Иностранные языки

Формирование антропонимикона современного немецкого языка усеченными мужским именами


           МИНИСТЕРСТВО ОБЩЕГО И ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ  РФ
          ВОЛГОГРАДСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ



                           Кафедра немецкого языка



                              Дипломная работа

 Тема: Формирование антропонимикона современного немецкого языка усеченными
                              мужскими именами.



                                       Работу выполнила: студентка V курса
                                       факультета иностранных языков, группы
                                       Н–511 Столповских Т.А.
                                       Научный руководитель: доцент,
                                       кандидат филол. наук Алимбекова Л.В.
                                 Содержание.

Введение.   3


Глава I. Специфика антропонимической системы немецкого языка. 8

  § 1. Из истории ономастических исследований. Объект и задачи
  антропонимики. 8
  § 2. Специфика антропонимической системы немецкого языка.   11

Глава II. Усечение как средство формирования ономастикона немецкого языка.
15

  §1. Этимологические свойства производящих и производных единиц процесса
  усечения. 15
  §2. Фонетические особенности исходных и усеченных единиц.   22
    2.1. Вводные замечания. Слоговая структура производящих и производных
    имен.  22
    2.2. Акцентная характеристика исходных и усеченных мужских имен.     27
  §3. Словообразовательная структура опорных и усеченных имен.      31
    3.1. Вводные замечания по вопросу о структурировании личных имен.
    Структурно-словообразовательная классификация личных имен в
    лингвистике. Основные принципы моделирования антропонимических единиц
    процесса усечения. 31
    3.2. Словообразовательная структура исходных и усеченных имен.  37
    3.3. Ступенчатая и объемная антропонимическая деривация.  42

Глава III. Лексико-грамматический аспект усечения личных имен 46

  §1. Лексико-грамматические свойства производящих единиц.    46
    1.1. К вопросу о грамматических особенностях опорных имен.      46
    1.2. Морфологический аспект композитных опорных имен.     47
  §2. Семантические особенности произодящих имен.  54
    2.1. Общие замечания.   54
    2.2. Лексико-семантические особенности одноосновных производящих имен.
    55
    2.3. Лексико-семантические группы двухосновных УЕ.  60

Заключение. 67


Библиография.    71


Приложение. 75



                                  Введение.

      В составе любого языка с высокоразвитой словообразовательной  системой
значительное  место  занимают  производные   единицы,   образованные   путем
сокращения.  Об  этом  свидетельствуют  весьма  интенсивные  исследования  в
данной  области,  проводимые  как  в  отечественной,  так  и  в   зарубежной
лингвистике. Возросший за последние годы интерес лингвистов  к  производству
сокращенных  единиц  вполне  закономерен:  объект  исследования   достаточно
сложен. Кроме  того,  его  изучение  тесно  связано  с  разработкой  проблем
общетеоретического характера, в  частности,  с  одной  из  «вечных»  проблем
языкознания –  проблемой  наполнения  состава  языка  за  счет  относительно
нового структурного типа производимых слов, каковыми являются сокращения.
      Согласно исследованиям последних  лет,  сокращения  достаточно  широко
представлены как в составе нарицательных, так и в составе собственных  имен.
Следует однако заметить, что в отличие от нарицательных  единиц,  сокращению
собственных имен  в  лингвистике  уделяется  мало  внимания.  Утверждение  о
противопоставлении в подсистеме немецких личных имен полных и кратких,  и  о
преображении последними статуса  имен,  а,  следовательно,  и  о  пополнении
ономастикона  (инвентаря  имен)  сокращенными  единицами,  обычно   никакими
статистическими данными не подкрепляется.
      Нередко  встречается  и  неразграничение  основных  типов  сокращенных
единиц. Так, единица типа Fred от Alfred и Willi  от Willhelm  в  работе  Р.
А. Комаровой относятся к одному разряду сокращений – усечениям с  дальнейшей
суффиксацией возникающей основы (Р. А. Коморова, с. 6). На  самом  же  деле,
усечением с суффигцированным конечным компонентом –i здесь  является  Willi.
Единицы  подобного  типа  в  отдельных  работах  по  сокращениям  совершенно
справедливо именуются усеченопроизводными (см., например, Г. В.  Павлов,  с.
6–7). Что же касается усеченных единиц,  то  в  приведенных  примерах  к  их
числу относится только лишь Fred.
      Логические и фактические  (связанные  с  теоретическим  осмыслением  и
практическим описание фактов) противоречия подобного  рода,  фрагментарность
сведений о сокращении личных имен содержатся как в  работах  по  ономастике,
так  и  в  специальных  исследованиях   по   сокращениям,   где   сокращение
собственных имен обычно не рассматривается. Одной из первых работ,  подробно
освещающей усечение как нарицательных, так и  собственных  имен  в  немецком
языке  является  диссертационное  исследование  Л.  В.  Алимбековой.   Объем
диссертационной  работы   не   позволил,   однако,   ее   автору   тщательно
проанализировать   исследуемый   антропонимический   материал.    Достаточно
сказать, что усечение личных имен дается Л. В. Алимбековой  в  небольшом  по
объему «Приложении». В нем освещены наиболее  ярко  проявляющиеся  тенденции
образования усеченных антропонимов, хотя по справедливому замечанию  автора,
при  более  пристальном  изучении  материала  и  полном  его  охвате,   т.е.
выделении всего именного фонда, участвующего  в  процессе  усечения,  вполне
возможны и необходимы  наблюдения  и  выводы  уточняющего  характера.  Более
тщательного  анализа  требует,  в  частности,  производящая  база   процесса
усечения, в–первую очередь  ее  структурная  организация,  способ   и  место
сокращения  исходных  единиц,  возможная  взаимосвязь   между   структурными
особенностями производящих  (исходных)  и  произведных  (усеченных  единиц),
иными  словами  наличие  или  отсутствие  каких–либо  правил,   регулирующих
образование кратких форм имен.
      Таким  образом,  отмеченные  выше  причины  и  обусловили  выбор  темы
настоящей дипломной работы. Этим и определяется его актуальность.
      Целью работы является описание механизма образования усеченных  личных
мужских имен.
      Под «усеченными единицами» мы, вслед за Л.  В.  Алимбековой,  понимаем
такие краткие имена,  которые  образованы  путем  отсечения  начального  или
конечного, начального и конечного компонента исходной формы одновременно.
      Раскрытие  механизма  образования   усеченных   мужских   антропонимов
предполагает  полное  выделение  их  инвентаря  и  систематизированное   его
описание,   т.   е.   выявление    этимологических,    фонетических    форм,
словообразовательных,   лексико-грамматических    и    лексико-семантических
свойств, производящей базы процесса усечения и его результата,  установление
условий, регулирующих создание основных типов кратких единиц, что и  явилось
основными задачами предлагаемой работы.
      Без теоретического осмысления уже имеющихся в науке  фактов,  вряд  ли
возможно дальнейшее познание  свойств  и  закономерных  связей  предметов  и
явлений окружающего нас мира, в  том  числе  и  языка,  как  одной  из  форм
общественного  явления  и   отражения   объективной   действительности.   На
теоретическое осмысление и обобщение имеющихся в лингвистической  литературе
сведений по усечению личных мужских  имен  и  нацелена,  в  конечном  счете,
настоящая работа.
      Методика исследования. В процессе анализа исходных и усеченных мужских
антропонимов  используются  описательный,  сопоставительный   метод,   метод
количественного подсчета.
      Материалы  и  методы  исследования.  Теоретической   базой   послужили
монографические работы по собственным именам (в том числе  и  нарицательным)
отечественных и зарубежных лингвистов: М. М. Сегаля, В. Э. Сталтмане, А.  В.
Суперанской, М.  В.  Томильчина,  Х.  Наумана,  В.  Флейшера,  А.  Баха,  В.
Зайбике, статьи и диссертационные работы по усечению Л. В.  Алимбековой,  В.
П.  Артамонова,  М.  А.  Никаноровой,  а  также  работы   общетеоретического
характера.
      Исследование базируется на анализе 494 полных и кратких мужских  имен,
полученных  в  результате  сплошной  выборки  из  словарей  личных  имен  В.
Зайбике, Л.  Макнзена,  Б.У.  Хергемеллера  и  «Лексикона  личных  имен»  Г.
Дроздовского.
       При отборе фактического материала использовались также публикации  по
ономастике  немецких  языковедов  Е.  Фишера,  Х.Вальтера,  Х.  Наумано,  Х.
Кауфманна.
      Теоретическая ценность работы состоит в том, что  освещение  механизма
формирования  усеченных  антропонимов   расширяет   имеющиеся   сведения   о
тенденциях и  закономерностях  пополнения  именного  фонда  немецкого  языка
краткими именами, основных условиях, регулирующих их производство.
      Практическая ценность работы состоит в том, что  ее  результаты  могут
быть использованы в создании словарей мужских собственных имен,  при  чтении
теоретического курса лексикологии современного немецкого языка, в  частности
при освящении раздела  «словообразование».  Актуальной  словарный  материал,
представленный  в  работе  может  быть  привлечен  в  качестве  учебного  по
практике немецкого языка, при написании  дипломных  работ  сопоставительного
характера, например, при выявлении общих  и  специфических  черт  сокращения
имен нарицательных и собственных. Представляется, что  данная  работа  может
способствовать воспитанию языковой культуры,  поскольку  изучающий  немецкий
язык должен иметь представление о возможностях и  закономерностях  появления
определенных типов усеченных личных имен.

        Глава I. Специфика антропонимической системы немецкого языка.


      §  1.  Из  истории  ономастических  исследований.  Объект   и   задачи
антропонимики.

      Объектом   ономастических   исследований   являются,   как   известно,
собственные имена (далее СИ), изначально ему присущие или заимствованные  из
других языков, причем, по степени  «архаичности»,  т.  е.  принадлежности  к
одному из древнейших пластов словарного запаса  любого  языка,  СИ  занимают
одно из центральных мест. Однако,  несмотря  на  архаичность,  материал  при
описании отдельных языков продолжительное время игнорировался.
      Исследователями СИ были преимущественно логики и философы.  Интерес  к
СИ проявляли древние,  древнегреческие,  древнеримские  ученые.  Как  особый
класс они были выделены стоиками (в частности, Хрисиппом). Однако и  позднее
– в эпоху Возрождения, в новое время (Дж. Локк, Г. Лейбниц) в течение  всего
XIX столетия продолжалась дискуссия  о  категориях  СИ,  их  значении  (Б.Д.
Бондалетов,  с. 11).
      Специальные    ономастические    исследования    стали     выполняться
«относительно недавно» (см. Теория и методика  ономастических  исследований,
с. 7). Достаточно сказать, что интенсивное  обобщение  положительного  опыта
ономастов в  нашей  стране  наблюдается  лишь  в  последние  20  лет,  после
создания Группы ономастических исследований  при  Институте  языкознания  АН
СССР.  Результаты  работы  существующего  при  этой  группе  Ономастического
семинара и организуемых  им  всесоюзных  и  международных  конференций  были
обобщены  в  опубликованной  1986  г.  коллективной  монографии  «Теория   и
методика ономастических исследований». Коллективный труд сотрудников  Группы
посвящен выявлению специфики ономастической лексики, определению  методов  и
приемов, основных принципов ее дальнейших исследований.
      Значительный вклад в ономастическую исследовательскую работу вносят, в
частности,  немецкие  лингвисты.   В   ГДР   плодотворно   работала   секция
языкознания  при  Лейпцигском  университете.  Группа  ученых   этой   секции
занималась  изысканиями  германо–славянской  ономастики,  в  первую  очередь
топономики. В тесной связи с  Лейпцигскими  ономастами  работали  сотрудники
секции языкознания университета им. Шиллера в г. Йене. С 1966 года в  состав
этой  секции  входила  группа  ученых  отделения  института   диалектологии,
созданная на базе  архива по  в 1952  году.  Результатом  работы  творческих
коллективов ГДР являлись многочисленные публикации и статьи, напечатанные  в
таких лингвистических журналах, как, например, Spachpflege, Zeitschrift  fьr
Germanistik,  Zeitschrift  fьr   Slaw.istik,   Zeitschrift   fьr   Phonetik,
Sprachwissenschaftliche Kommunikationsforschung.
      Круг вопросов, освещенных в научных  трудах  по  ономастике,  довольно
обширен:    лексикографирование     фактического     материала;     факторы,
воздействующие    на    историческое     развитие     СИ     языкового     и
социально–диалектического  характера;  фонологические,   морфологические   и
семантические особенности СИ, их география.
      Особый  интерес  представляют  исследования,  связанные  с   проблемой
синтаксиса  СИ,  их  использования   в   речевой   ситуации   (H.   Naumann.
Sprachflege, 1985, №4, s. 45–46).
      Большой  вклад  в  разработку  ономастических,  а,  следовательно,   и
общеязыковых   проблем   внесли   и   вносят   лингвисты   ФРГ.   Одним   из
фундаментальных западногерманских трудов по ономастике  является  монография
В. Зайбике (см. библиографию),  посвященная  личным  именам,  где,  по  сути
дела, освещаются все аспекты  немецкой  антропонимии   –  терминологический,
исторический (имя, как  отражение  истории  и  культуры  немецкого  народа),
социологический и, тесно связанные с ним,  стилистический  и  географический
аспекты  (использование  и  нормативность   имен   в   разных   социумах   и
территориях,  их  общественная  оценка),   логический   (значение   СИ,   их
апеллятивизация), – а также специфические ономастические вопросы  (фонетика,
морфология, словообразование).
      Из вышеизложенного нетрудно заметить все разнообразие и обилие  задач,
успешно решаемых и неразрешенных, еще стоящих перед  описанием  онимической,
в том числе, и антропонимистической лексики.
      В  свете   вышеизложенного,   четко   вырисовывается   многоплановость
ономанистических,  в  частности,  антропонимистических   исследований,   что
вполне понятно и закономерно. СИ пронизывают всю речевую практику  человека,
сопутствуя ему во всех сферах его жизни и деятельности.  Специалисты  разных
профилей заинтересованы при изучении в получении наиболее  полной  и  точной
информации, которую несет имя: о времени и месте его создания, о  людях  его
создавших, о сопутствующих ему реалиях. Следует  однако  заметить,  что  при
характерном  для  современных  работ  всестороннем  освещении  многоплановых
лингвистических  объектов,  некоторые  моменты  могут  упускаться  из  виду.
Поэтому  воссоздание  более  или  менее  общей  картины  изучаемого  явления
возможно либо при сосредоточенности исследователя на проблематике  в  целом,
либо  при  углубленном   анализе   отдельной   частной   проблемы,   сужения
исследования. Этим, а  также  отсутствием  специальных  трудов  по  вопросам
формирования ономастикона немецкого языка усеченными единицами  (далее  УЕ),
объясняется выбор темы настоящего дипломного сочинения.
      Ограничение объекта изучения УЕ позволит, как представляется, получить
подробные сведения о специфике данной разновидности сокращенной  онимической
лексики.
      Для выполнения любой работы, тем более содержащей элементы творческого
характера, необходимо, как известно, знание предмета, умение разбираться  не
только в специальных, но и в общих вопросах ее касающихся.  Одним  из  таких
вопросов, имеющих непосредственное отношение к объекту нашего  исследования,
является  специфика  антропонимической  системы  немецкого  языка.  Сведению
воедино существующих сведений о лингвистическом своеобразии  антропонимов  в
немецком языке и посвящается следующий параграф.



      § 2. Специфика антропонимической системы немецкого языка.


      Антропонимом называют именование человека. Если до  недавнего  времени
все СИ, включая антропонимы, воспринимались как разрозненные слова,  которые
можно выборочно, в зависимости от  вкуса  или  лексикографических  традиций,
включить в словари, то с 50–60–ых годов XX века  онимическую  лексику  стали
рассматривать как самостоятельную систему (Теория  и  методы  ономастических
исследований, с. 8).
      Под антропонимической системой понимают совокупность именования  людей
в языковом и национальном своеобразии (Р.А. Комарова, г.1, с.4).
      Антропонимическая система современного немецкого языка двучленна.  Для
наименования   людей   используется   имя   и   фамилия.    Древнегерманская
антропонимическая система, сформировавшаяся между 200 и  400  гг.  до  н.э.,
была одноименной, использующей  для  наименования  человека  лишь  одно  имя
(Р.А. Комарова, с. 4).
      Противопоставленность имя/фамилия – один из важных признаков системной
организации антропонимического материаля немецкого языка. Общеизвестно,  что
основным свойством элементов любой лингвистической системы является  наличие
в ней оппозиций.
      Каждый член оппозиции образует своеобразную подсистему, которая  также
образуется на  определенных  противопоставлениях  и  характеризуется  своими
особыми связями. В подсистеме  личных  имен  четко  противопоставляются  два
разряда: мужские и женские имена. В нашей работе  будут  рассмотрены  только
мужские   имена,   в   которых   конфронтация   словообразовательных   типов
обнаруживается в полных и сокращенных именах. Оппозицию образуют исконные  и
иноязычные имена.  Степень  семантической  прозрачности  антропонимов  также
различна. Среди личных имен выделяются «семантически доступные»  –  прозвища
и «самые» – календарные имена (Теория и методы ономастических  исследований,
с. 110).
      Иллюстрацией системности, к тому же  своеобразно  воплощаемой,  служат
случаи выработки «самостоятельной» грамматики, иначе  говоря,  специализация
грамматических категорий  и  средств  в  антропонимической  лексике:  личные
имена и фамилии – это имена существительные, как  правило,  не  изменяющиеся
по числам и используемые в определенных синтаксических  функциях  (обычно  в
функции подлежащего и дополнения) (В.М. Томильчик, с.93).
      Как  и  все  существительные,  антропонимы   немецкого   языка   могут
сопровождаться артиклем. Вместе  с  тем,  употребление  артикля  при  личном
имени  или  фамилии  несет  несколько  иную  функциональную   нагрузку,   по
сравнению с нарицательной лексикой. Артикль перед СИ выполняет   в  немецком
языке  эмоционально–стилистическую  функцию,  это  еще  один   из   примеров
выработки «самостоятельной грамматики».
      Как видно из  вышеизложенного,  виды  и  формы  связей  в  современной
антропонимической системе немецкого языка весьма  разнообразны  и  в  то  же
время  самобытны  по   сравнению   с   апеллятивной   лексикой.   По   своей
структурно–семантической      организованности       отдельные       участки
антропонимической лексики явно уступают обычной лексике  языка.  Вот  почему
об ономистике вообще и антропонимике  в  частности  обычно  говорят  «как  о
слабо организованной системе, когда берут ее во всей  своей  полноте»  (Б.Д.
Бондалетов, с.35).
      Установленное в ходе изучения специальной литературы, с одной стороны,
разнообразие,   а   с   другой,    самобытность    внутренней    организации
антропономической лексики, ее системных  связей,  ставят  перед  нами  новую
задачу  –  проследить  эту   специфичность   антропонимов   на   исследуемом
материале.  В  соответствии  с  целью  настоящей   работы   наблюдение   над
своеобразием  этого  разряда  онимической  лексики  будет  осуществляться  в
структурно–языковом плане, т.е. в области формо– и словообразования.
      Анализу подлежат лексико–грамматические  и  семантические  особенности
антропонимов.
      Приступая к освещению  указанных  аспектов  антропонимической  системы
немецкого языка следует обратить  внимание  на  то,  что  фамильные  мужские
имена  усечению  подвергаются  редко.   В   специальных   лексикографических
источниках усеченные фамилии не  фиксируются  вследствие  их  образования  и
функционирования в предельно узком кругу людей. По  этой  причине  в  работе
рассматривается усечение только личных мужских имен.



 Глава II. Усечение как средство формирования ономастикона немецкого языка.


      §1.  Этимологические  свойства  производящих  и   производных   единиц
процесса усечения.

      Пожалуй,  невозможно назвать ни одного языка, словарный фонд  которого
состоял бы из одних лишь национальных слов.  Сказанное  относится  в  полной
мере  к  личным  именам.  Ономастикон  (именной  фонд,   «инвентарь   имен»,
«именник» – Р.А. Комарова, с. 4) справедливо рассматривается  «как  один  из
компонентов   истории   духовной   культуры   народа»   (Теория   и   методы
ономастических  исследований,  с.  195).  Являясь   одним   из   компонентов
исторической и культурной жизни народа, ономастикон  дает  представление  об
истоках современного состояния антропонимической системы имен. Как и язык  в
целом, номенклатура имен  языка  отражает  эпоху  и  состояние  общества  на
определенном этапе его развития. Как и на язык  в  целом,  на  именной  фонд
немецкого языка влияют все  изменения  в  общественном  строе,  в  классовой
структуре общества. Показателен, например, в этом отношении  тот  факт,  что
имя Гитлера Адольф оказалось «загубленным» для австрийцев после   1936  года
и для немцев после разгрома фашистской Германии. Это  имя  перестали  давать
новорожденным.
      Таким образом, информация о  языках,  участвовавших  и  участвующих  в
формировании антропонимикона конкретного  языка,  имеет  не  только  большой
познавательный, но и, прежде  всего,  теоретический  интерес.  То  же  самое
можно сказать  и  в  отношении  изучаемого  материала,  с  той  лишь  только
разницей, что в данной работе обобщаются сведения о происхождении  отдельной
части антропонимикона немецкого языка, а именно, той его части,  что  служит
его обновлению и пополнению за счет  создания  производных  особого  типа  –
усеченных имен.
      Сложилось мнение, что онимическая лексика может пополняться:
   1) путем онимизации нарицательных имен;
   2) путем заимствования готовых имен или именных основ из других языков;
   3) путем искусственного создания имен из лексики своего языка;
   4)  путем  деривации  на  базе  СИ  своего   языка   (Теория   и   методы
      ономастических исследований, с. 71)
      Наблюдения над изучаемым материалом не позволяют полностью  согласится
с данным мнением. Наряду с чистым заимствованием и  чистой  деривацией  (см.
выше п.п. 2, 4) в антропонимии, как и в языке вообще, имеет место  деривация
на базе заимствований. Роль деривации на базе исконно немецких  антропонимов
путем их усечения остается при этом ведущей.  Однако, прежде чем  перейти  к
освещению  вопроса  о  степени  участия  исконных  и   иноязычных   имен   в
формировании антропонимикона немецкого языка  вообще  и  именника  усеченных
антропонимов в  частности,  следует  остановиться  на  проблеме  определения
этимологической характеристики заимствованной антропонимической лексики.
      В  ряде  лексикографических  источников   этимологические   данные   о
заимствованных личных именах не  совпадают.  Встречается  двоякая  трактовка
этимологии одного и того же имени. – Angelus (gr.–lat.).
      В связи  с  этим  этимология  личных  имен,  участвующих  в  усечении,
определялась с учетом частотности совпадения  помет в словарях.
      Решающим фактором для отнесения личного имени к той  или  иной  группе
заимствований считались пометы, зафиксированные не в одном, а  в  нескольких
словарях. При этом следует подчеркнуть, что усечения не всегда  относятся  к
тем или и иным этимологическим группам, что и исходные имена.
      Личные  имена  близкородственных  языков  рассматриваются  под  единой
рубрикой. Под немецкими  именами  здесь  и  далее,  вслед  за   В.  Зайбике,
понимаются засвидетельствованные или  же  реконструированные,  восходящие  к
древневерхненемецкому периоду развития  языка  (750–1150  г.г.),  а  так  же
созданные  в  последствии  по  образцам  этого  периода   формы   (западно–)
германского происхождения. Полученные в результате работы данные  сведены  в
таблице 1.
                                                                   Таблица 1
      Этимологическая характеристика процесса усечения и его результат
|языки       |Общее количество исходных     |Общее количество     |
|            |мужских имен (ИЕ)             |мужских имен (УЕ)    |
|Dt.         |153                           |222                  |
|Lat.        |144                           |121                  |
|Gr.         |61                            |55                   |
|Hebr.       |27                            |17                   |
|Span.–ital. |32                            |35                   |
|Engl.       |30                            |59                   |
|Slaw..      |16                            |35                   |
|Fries.      |12                            |16                   |
|Kelt..      |8                             |4                    |
|Nederl..–ska|6                             |9                    |
|nd.         |                              |                     |
|Frz.        |5                             |12                   |
|Итого:      |494                           |585                  |

      Как видно из таблицы, в процессе усечения участвуют 494 личных  имени.
Из них на  долю  немецких  имен,  если  брать  каждый  язык  в  отдельности,
приходится наибольшее количество единиц (153 ИЕ).
      Достаточно высокую степень активности в  процессе  усечения  проявляют
греко–латинские имена.  Группу  заимствований  из  латинского  образуют  144
опорные единицы, из греческого 61.
      Степень активности базисных единиц из древнееврейского  языка  гораздо
ниже  по  сравнению  с  греко–латинскими.  По  данным  нашей   выборки,   их
количество   составляет   27   единиц.    Количественная    представленность
испано–итальянских и английских  имен  приблизительно  одинакова  (32  и  30
единицы соответственно), что дает основание усматривать  в  этом  одинаковую
степень их активности в образовании дериватов. Участие в  процессе  усечения
этих  заимствованных  имен   изначально   незначительно   по   сравнению   с
греко–латинскими   именами   и   достаточно   регулярно   по   сравнению   с
производством кратких единиц на базе заимствований из  языков  скандинавской
группы, включая нидерландский, и французского языка.  Но  при  этом  следует
отметить высокую репрезентативность славянских, фризских и кельтских имен.
      Как  показывают  цифровые  данные,  зафиксированные   в   таблице   1,
количественный состав УЕ и ИЕ не совпадает. Цифровое несовпадение  УЕ  и  ИЕ
(здесь  и  далее)  объясняется   многократностью  усечения  личных  имен.  В
отличие  от  апелятивной  лексики,  подвергающейся  одноразовому   отсечению
начальных  и/или  конечных  формантов  в  базисных   единицах,   антропонимы
участвуют в производстве одно–, двухступенчатых и  объемных  дериватов  (см.
об этом подробнее в §3 п. 3.3.).
      Цифровые  расхождения,   касающиеся   этимологической   характеристики
производных и производящих антропонимов процесса усечения, обусловлены  тем,
что создание немецких, английских и славянских УЕ осуществляется в  основном
на базе латинских и греческих имен.
      Согласно приведенным в таблице 1 данным,  количество  немецких  УЕ  по
уровню с исходными значительно возросло (153 ИЕ > 222 УЕ),  а  английских  и
славянских, увеличилось почти в 2 раза (59 и 35 УЕ соответственно).
      Изменения в сторону уменьшения УЕ по отношению к ИЕ  обнаруживается  в
латинской группе имен (144 ИЕ  >  121  УЕ).  Значительно  сократилось  число
греческих, еврейских и кельтских имен (55, 17 и 4 УЕ соответственно).
      Расхождение этимологической характеристики производных и  производящих
единиц  процесса  усечения  можно  отчасти  объяснить  тем,  что   на   базе
латинских, греческих и  еврейских  имен  происходило  образование  немецких,
английских и славянских УЕ, то есть в языках  –  рецепторах  на  базе  более
ранних заимствований.
      Говоря  о   немецких   мужских   именах,   не   следует   забывать   о
раздробленности Германии, царившей в ней  на  протяжении  ряда  веков.  Этот
факт дает основание предположить наличие  диалектической  разветвленности  в
составе немецких личных имен.
      Наблюдения над анализируемым языковым материалом служат подтверждением
данного предположения. В результате обобщения этого  материала  был  выявлен
территориально–диалектный  состав  коррелирующих  единиц  процесса  усечения
(см. таблицу 2).
                                                                   Таблица 2
        Диалектно–территориальный состав немецких личных мужских имен
|Диалекты             |ИЕ                   |УЕ                   |
|Norddt.              |17                   |22                   |
|Sьddt.               |4                    |17                   |
|Rhein.               |1                    |3                    |
|Westdt.              |1                    |4                    |
|Bayer.               |–                    |4                    |
|Schweiz.             |1                    |9                    |
|Итого:               |24                   |59                   |

      Исходя из данных таблицы 2, общее количество ИЕ составляет  24  имени,
на базе которых создано 59 УЕ. В диалектном составе отмеченных в таблице  ИЕ
наибольшей  распространенностью  характеризуются  имена,   принадлежащие   к
северо–немецкому диалекту (17  ИЕ).  Опорные  мужские  имена,  имеющие  иную
диалектную  закрепленность  (южно–немецкие,  западно–немецкие  и  т.д.,  см.
таблицу) единичны. Среди УЕ превалируют имена  не  только  северо–немецкого,
но южно–немецкого диалектов (22 и 17 УЕ соответственно).
      Специфической особенностью усеченных форм является наличие  среди  них
дериватов, созданных в рамках одного  из  литературных  вариантов  немецкого
языка,  а  именно,  швейцарского,  хотя   их   общее   количество   (9   УЕ)
незначительно по сравнению с краткими формами, возникшими на базе северо–  и
южно–немецких диалектов.
      В   качестве   производящей   базы   диалектальных   усеченний   могли
использоваться как немецкие [Rudolf  (dt.)  >  Rudo  (bes)   sьddt.)  Arnold
(dt.) > Noll (rhein.)],  так  и  заимствованные  [Xaverus.  (span..)  >  Ver
(sьddt., bayr.); Thomas (hebr.) >  Thoma  (oberdt.)]  мужские  имена.  Среди
заимствованных мужских имен обращают на себя  внимание  в  основном  единицы
греко–латинского происхождения, что, несомненно, связано с  ранним  периодом
их проникновения в немецкий язык и их широкого в нем использования.
      В результате рассмотрения немецких  и  заимствованных  производящих  и
производных  единиц   по   языкам   в   отдельности   четко   вырисовывается
максимальная  (для  немецких,  латинских,  греческих  имен),  средняя   (для
испано–итальянских, английских, еврейских, славянских  имен)  и  минимальная
(для французских, кельтских, фризских имен и  имен  нидерландо–скандинавской
группы) продуктивность в создании производных. Вместе с тем, при  совокупном
рассмотрении СИ по группам «немецкие – заимствованные» мужские имена,  общая
картина резко меняется. Исконно немецких мужских имен, как исходных,  так  и
усеченных, оказывается почти  в  два  раза  меньше  заимствованных  (153  ИЕ
немецкого и 341 ИЕ иноязычного  происхождения).  Значительный  удельный  вес
заимствованных антропонимов в рамках  анализируемого  материала  объясняется
целым рядом факторов  социального  и  лингвистического  порядка,  которые  в
данной работе и не рассматриваются.



      §2. Фонетические особенности исходных и усеченных единиц.


      2.1. Вводные замечания. Слоговая структура производящих и  производных
имен.

      Вследствие  длительного игнорирования  ономастического  материала  при
описании отдельных языков и активизации  исследовательской  работы  лишь  за
последние  годы  «в   лингвистике   обнаруживаются   лакуны   –   отсутствие
элементарных сведений об  именах  данного  языка»,  их  ударении,  формо–  и
словообразовании (Теория и методика ономастических  исследований,  с.  199).
Недостаточно изученными являются фактические преобразования  полного  имени,
происходящие при его усечении. Рассмотрению этого вопроса  посвящается  этот
параграф.
      Фонетическая  структура  слова,  в  том  числе  и  собственных   имен,
подразумевает под собой как его акцентные, та и слоговые характеристики.
      Существует мнение, что личные имена образуются по  “строгим  правилам”
(Н.А. Петровский, с. 322). Оно  опровергается  некоторыми  учеными,  которые
доказывают,  что  какие–либо  правила  в   сфере   образования   этих   имен
отсутствуют.
      При изучении сокращения нарицательных имен  в  английском  языке  М.М.
Сегалем  было  установлено  наличие  определенной  связи  между  полными   и
краткими единицами, выражающейся в том, что для каждого  фонетического  типа
ИЕ можно с большей или меньшей  степенью  вероятности  предсказать  слоговую
характеристику сокращения (М.М. Сегаль, с 16).
      Сопоставительный  анализ  звуковой  структуры  исходных  и   усеченных
антропонимов, проведенный в настоящей  работе,  позволил  подтвердить  вывод
М.М. Сегаля  относительно  существования  этой  связи.  Необходимо,  однако,
заметить, что определение слоговой структуры сопоставляемых  единиц  связано
с некоторыми трудностями, возникающими вследствие:
      а) нечеткой дифференциации между слогами в письменной  и  устной  речи
(например, Gui–de  или [gid]) и, как результат, нечеткого  выделения  слогов
в том или ином имени;
      б) разветвленной этимологии, когда одно и тоже имя, зафиксированное  в
нескольких языках,  оказывается в  этих  языках  разнослоговым.  Так,  Louis
(frz.) /  Louis (span.–ital.) является  во  французском  языке  однослоговым
[lu:], а в итальянском и  испанском  двуслоговым  [lu:is]  (W.  Seibike,  S.
105).
      Трудности определения слоговой структуры нарицательных, в том числе, и
онимических слов в  полной  степени  обусловлены  также  отсутствием  единой
дефиниции слога, как в специальной, так  и  в  учебной  литературе.  Так,  в
словаре  Х.  Бусманна  отмечается,  в  частности,  следующее:  «Слог  –  это
фонетико–фонологическая  единица  слова  и  речи,   которая   обнаруживается
интуитивно, но не имеет, однако, единого научного определения» (H.  BuЯmann,
S. 684).
      В «Фонетике  немецкого  языка»  О.  Цахера  (с.  142–143)  различаются
следующие типы слогоотделения нарицательных слов.
     1. Границы слогоотделения находятся между долгим гласным и последующим
        согласным – deu–tsche;
     2. Граница слогоотделения находится между двумя различными согласными,
        за исключением сочетания смычного и сонорного согласных –  fin–den,
        но Kдm–pfe.
     3. Слогораздел проходит между долгим гласным и сочетанием  смычного  и
        сонорного согласных – Si–gnal.
     4. Слогораздел образуется за счет согласного  и  краткого  гласного  и
        предшествующего, тесно  связанного  с  ним,  корневого  гласного  –
        Wet–ter
     5. Слогораздел может проходить между двумя гласными –  The–a–ter.
     6. В случае наличия трех согласных граница слогоделения проходит,  как
        правило, перед последующим согласным – Fens–ter.
      Во избежание неточностей, возможных при слогоделении полных и  кратких
форм,  в  работе  использовались  приведенные   выше   данные   относительно
слогоделения нарицательных имен немецкого языка.
      С  опорой  на  эти  данные  было  установлено,  что   исходные   имена
представляют  собой  пяти–,  четырех–,  трех–,   двухслоговые   образования.
Исключения составляют  шестислоговые  Maximianus,  Aurelianus,  Maximilianus
(всего 3 ИЕ), которые из–за их единичности при освещении слоговой  специфики
ИЕ и УЕ далее в тексте  не  рассматриваются.  Данные  исследования  слоговой
структуры опорных и кратких имен представлены в таблице 3.
                                                                   Таблица 3
          Слоговая характеристика исходных и усеченных личных имен
|      УЕ|2       |3       |4       |5 слогов|6 слогов|Всего УЕ|
|        |слога   |слога   |слога   |        |        |        |
|ИЕ      |        |        |        |        |        |        |
|1 слог  |137     |54      |17      |4       |–       |212     |
|2 слога |42      |160     |73      |13      |–       |288     |
|3 слога |–       |4       |55      |18      |1       |77      |

|4 слога |–       |–       |1       |5       |1       |7       |
|5 слогов|–       |–       |–       |–       |1       |1       |
|Всего ИЕ|163     |184     |115     |29      |3       |        |
|        |        |        |        |        |        |585     |
|        |        |        |        |        |        |        |
|        |        |        |        |        |        |494     |

      С  учетом  проанализированного   материала   следует   отметить,   что
наибольшее количество ИЕ приходиться на долю трехслоговых имен,  таких  как,
например, Borislaw,  Kilian   и  др.  (всего  184  ИЕ).  Высокую  активность
проявляют также двух– и четырехслоговые ИЕ (163  и  115  ИЕ  соответственно)
типа  Leven,  Siegmar,  Polykarpus,  Aldobrandus.  Число   пятислоговых   ИЕ
незначительно (29 ИЕ), например: Bonaventura, Eliodoro.
      Согласно данным, приведенным в работе В. Зайбике,  большинство  личных
имен в немецком языке являются двух– и трехслоговыми  образованиями,  что  в
равной мере характерно как для мужских,  так  и  для  женских  имен  данного
языка.  Слоговая  характеристика  мужских  имен  выглядит  в   частности   в
исследовании В Зайбике (W. Seibike, S. 104–105) следующим образом:
      однослоговые 17%
      двухслоговые 37%
      трехслоговые 38%
      четырехслоговые 7%
      пятислоговые 1%
      Как видно из приведенных выше  данных,  мужские  трех–  и  двуслоговые
имена образуют в общей сложности 75% всего антропонимикона  рассматриваемого
разряда имен в немецком языке.  При  этом  процентное  соотношение  двух–  и
трехслоговых  имен  приблизительно  одинаково.  Далее  следуют  однослоговые
мужские имена. Количество же четырех–  и  в  особенности  пятислоговых  имен
незначительно. Большая распространенность трех – и двуслоговых  фонетических
структур в именном фонде немецкого языка  создает  благоприятную  почву  для
вовлечения   их   в   процесс   усечения.   Достаточно   активное    участие
четырехслоговых опорных мужских имен в процессе  усечения  обусловлено,   на
наш взгляд, самой структурой этих единиц, позволяющей ее сокращать.
      В рамках результата процесса усечения первое место по  количественному
составу занимают двуслоговые  имена   (288  УЕ):  Frido  <  Fridolin.  Далее
следуют однослоговые (212 УЕ) типа Renz < Laurenz  и  трехслоговые  усечения
(77 УЕ). См., например,  Valentin  <  Valentinus.  Четырех–  и  пятислоговые
усеченные имена, такие как Aurelian <  Aurelianus,  Augustin  <  Augustinus,
малочисленны.
      Образование двухслоговых усечений связано, по всей видимости, с  общей
тенденцией существования в  сфере  мужских  имен  двухслоговых  фонетических
структур, доминирование  однослоговых  УЕ  объясняется  высокой  активностью
двухслоговых ИЕ в анализируемом  процессе,  на  базе  которых  образуются  в
основном  однослоговые  УЕ.  По  данным  количественного  подсчета,  от  163
двухслоговых ИЕ возникло  137  однослоговых  УЕ.  Например:  Tьhnes  >  Tьn,
Wolfbert > Bert. Трехслоговые ИЕ служат основой  для  создания  двухслоговых
имен  (160  УЕ),  таких  как  Dragomar   >   Drago,   Pascalis   >   Pascal.
Четырехслоговые имена являются источником возникновения  как  двух–,  так  и
трехслоговых имен (73 и  55  УЕ  соответственно):  Remigius  >  Remi.  Такая
приблизительно  в  равной  пропорции  картина  наблюдается  и   относительно
пятислоговых  ИЕ,  на  базе  которых  создаются  преимущественно   двух–   и
трехслоговые усечения  (13  и  18  УЕ  соответственно)  типа:  Laurentius  >
Laurenz, Theodebaldus > Baldus.
      Заслуживает внимание и то, что этимологическая характеристика  мужских
имен, участвующих в процессе усечения  на  формирование  слоговой  структуры
результата  данного   процесса   в   целом   не   влияет,   хотя   некоторые
закономерности  здесь  все  же  прослеживаются.  Так,  например,  наибольшую
активность в образовании двуслоговых имен проявляют трех– и  четырехслоговые
немецкие  и  латинские  имена.  В  образовании  же   однослоговых   усечений
наибольшее участие  принимают  двухслоговые  немецкие  и  английские  имена.
Появление однослоговых УЕ на  базе  английских  мужских  имен  соответствует
положению, высказанному в работе М.  Сегаля  применительно  к  нарицательным
именам.   Из   него   вытекает,   что   различные   фонетические   процессы,
происходившие в различные периоды истории английского языка,  способствовали
тому, что однослоговые слова стали иметь большой удельный вес в  современном
английском  языке.  Это  привело  к  тому,  что  однослоговые  слова   стали
восприниматься в нем как некая норма, как  своеобразная  структурная  модель
(М. Сегаль, с. 17).


      2.2. Акцентная характеристика исходных и усеченных мужских имен.


      Для  того,  чтобы  представить  полную  картину  влияния  фонетических
факторов на  образование  усеченных  личных  имен,  необходимо  обратится  к
акцетной характеристике производящей  базы  анализируемого  процесса  и  его
результата тем  более,  что  на  материале  онимической  лексики  вопрос  об
акцетной корреляции производящих  и  производных  пока  еще  не  поднимался.
Между тем существование  подобной  корреляции  было  доказано  с  опорой  на
экспериментальные  данные  в  области  психологии  и  физиологии  речи  М.М.
Сегалем при изучении им английских нарицательных слов. Автор в частности  со
ссылкой на И.П. Павлова отмечает, что «что слово для человека есть  реальный
условный раздражитель» (М.М. Сегаль, с. 10). Как сложный раздражитель  слово
делится на ряд компонентов  –  кратчайших  линейных  функционально  значимых
отрезков речи.
      Активность элементов сложного  раздражителя  может  зависеть  от  ряда
обстоятельств, например, от его силы и  от  места  занимаемого  им  в  общем
комплексе. Как  показали  психологические  исследования,  первые  компоненты
слов запечатлеваются в сознании легче и  быстрее,  чем  их  конечные  и  тем
более промежуточные элементы.
      Фактор первого компонента играет существенную,  а  в  ряде  случаев  и
ведущую, роль в образовании сокращения аббревиатур в английском языке  (М.М.
Сегаль, с. 10).
      Как указывает автор, с действием фактора первого компонента связано  в
том числе и образование «всей  системы  простых  и  комплексных  сокращенных
символов  (графических  аббревиатур)  во  многих  письменных  языках»   (ММ.
Сегаль, с. 10).
      Последние замечания исследователя представляется особенно  важным  для
сопоставления акцентных характеристик исследуемых единиц, потому что в  силу
известной десемантизации  собственных  имен  их  можно  с  большой  степенью
вероятности относить к разряду символов, а не «обычных» слов.
      Для установления возможной взаимосвязи между первичными  и  вторичными
единицами рассмотрим  сначала  акцентные  характеристики  тех  и  других  по
отдельности, сопоставив их затем друг с другом.
      В ходе анализа производящих и производных мужских имен  были  выявлены
их различные акцентные свойства. Результаты данного анализа были  сведены  в
таблицу 4 (Следует, однако, заметить, что шестисловные мужские  имена  здесь
и далее из-за их немногочисленности (3ИЕ) не рассматриваются).
                                                                   Таблица 4
                      Акцентная характеристика ИЕ и УЕ
|ИЕ     |Хх |Ххх|хХх|ххХ|Ххх|хХх|ххХ|ххх|хХх|ххХ|ххх|Ито|
|УЕ     |   |   |   |   |х  |х  |х  |Х  |хх |хх |Хх |го |
|       |   |   |   |   |   |   |   |   |   |   |   |УЕ |
|Х      |137|37 |14 |3  |5  |4  |   |   |   |3  |   |203|
|Хх     |42 |82 |43 |4  |7  |24 |19 |   |2  |5  |8  |236|
|хХ     |   |4  |27 |1  |   |18 |   |   |   |2  |   |52 |
|Ххх    |   |1  |   |   |3  |12 |17 |3  |   |2  |5  |43 |
|хХх    |   |   |   |1  |   |7  |   |   |   |   |   |8  |
|ххХ    |   |   |   |2  |   |3  |20 |   |   |7  |   |32 |
|Хххх   |   |   |   |   |2  |   |   |   |   |   |   |2  |
|хХхх   |   |   |   |   |   |2  |   |   |   |   |2  |4  |
|ххХх   |   |   |   |   |   |   |   |   |   |3  |   |3  |
|хххХ   |   |   |   |   |   |   |   |   |   |   |2  |2  |
|Итого  |163|107|70 |7  |10 |55 |49 |1  |1  |17 |11 |582|
|ИЕ     |   |   |   |   |   |   |   |   |   |   |   |   |
|       |   |   |   |   |   |   |   |   |   |   |   |   |
|       |   |   |   |   |   |   |   |   |   |   |   |491|

      Из вышеприведенной таблицы следует, что  среди  двухслоговых  исходных
мужских имен преобладает  тип ударения Хх – ударение на первый слог 163  ИЕ:
Thomas, Stefan;  в  трехслоговых  именах  возможны  три  типа  ударения  Ххх
(Eduard, Michael), xXx (Mathias, Roberto)  и  xxX  (Theophan,  Nikola),  при
явном преобладании первого из них. Общее  количество  имен  с  ударением  на
первом слоге составляют 107  ИЕ.  Широко  представлен  здесь  и  второй  тип
ударения хХх – 70 ИЕ. Мужские исходные  имена  с  акцентной  структурой  ххХ
единичны (7ИЕ). Четырехслоговые имена оформалены  в  основном  по  следующим
акцентным моделям хХхх (Hippolytos, Cцlestinus – 55 ИЕ) и  ххХх  (Antoninus,
Severinus – 49 ИЕ).
      Среди пятислоговых мужских имен более менее  частотны  следующие  типы
ударения:  ххХхх  (Jnnocentius,  Gaudentius  –  всего   17   ИЕ)   и   xxxXx
(Bartholomдus, Theodebaldus – 11 ИЕ). Остальные типы  ударения  представляют
собой скорее исключение, чем правило.
      Акцентная характеристика УЕ может быть представлена тремя группами.  В
первую   входят   два    самых    распространенных    типа    ударения    Xx
(Chrispin Dino), либо к  разряду  одноосновных
(Stephan (gr.-lat.) – Steven (engl.)  >  Steve).  Следует  отметить,  что  в
составе двухосновных антропонимов  наряду  с  полноосновными  структурами  с
неизмененными   компонентами   типа    Siegmar   содержатся   прототипы    с
сокращенными    первыми    или    вторыми    основами,    так     называемые
«сложносокращенные» имена,  по  терминологии  апеллятивной  лексики.  Точная
картина структурного построения сложносокращенных имен оказывается  довольно
пестрой.  Здесь  можно   выделить   следующие   наиболее   типичные   группы
словообразовательного оформления этих опорных имен:
      А) усеченная основа + полная основа – Hubert – Hu(gi)+bert;
      Б) основа + усеченная основа – Anselm – Ans+(h)elm;
      В) усеченная умлаутизированная основа + основа – Hedwig – Ha(n)d+wig.
      Во избежание излишней детализации и громоздкости при моделировании все
вышеуказанные двухосновные антропонимы относятся к следующим типовым  схемам
построения:  L1+L2  -  «основа  +  основа»,  l1+L2,  L1+l2,  где   l1+L2   –
«измененная основа + полная основа», L1+l2 –  «полная  основа  +  измененная
основа».
      Двойные   имена,   сокращенные   основы   которых   функционируют    в
антропосистеме  языка  самостоятельно,  включаются  в   группу   прототипов,
построенных по модели L1+L2 – “основа + основа».
      Набор моделей усеченных антропонимов от двухсоставных  опорных  единиц
достаточно  обширен.  Усеченные  имена  могут  быть  представлены  в   общей
сложности восемью моделями структурно различными по  отсекаемым  компонентам
исходных:  L1,  L2,  L1+l2R,  l1R,  l1,  где   L1   –   первая   основа   ИЕ
(MarkTino  и
др., DonManu,  Agilius>Gil,
Bonaventura>Ventur, Appolonius>Loni, Eusebius>Seb, Ezechiel>Zech.
      В  результате  анализа  одноступенчатого  усечения  производящих  имен
установлено, что наряду с  общим  типовым  признаком  дериватов,  таким  как
способ сокращения антропонимов, преобразование тех  или  иных  изолированных
частей  прототипов,  в  ряде  случаев   четко   прослеживается   образование
определенных  формотипов  кратких  имен.  Причем,   условия   их   появления
конкретны, а само образование отличается высокой степенью предсказуемости.
      Достаточно  четкой  регулярностью  характеризуется  усечение   мужских
антропонимов с исходом на  –(i)as,  -is,  -ium,  -(i)us,  где  эти  элементы
обычно отсекаются: Andre(as), Tobi(as), Vital(is), Mark(us).
      Из 146 зарегистрированных  нами  случаев  одноступенчатого  сокращения
имен,  содержащих  указанные  форматы,  отсечение  их  наблюдается  в   136.
Отступление от этой нормы  создания  одноступенчатых  дериватов  встречается
редко. См.: 4 медиальных (Gil, Loni, Seb, Gene  –  см.  выше),  5  финальных
(LinusУЕ1>УЕ2   –
Maximilian>Maxim>Max.
      Формула объемной деривации может быть представлена в следующем  имени:
ИЕ          УЕ1

                   УЕ3       УЕ2
      Иллюстрацией объемного усечения может служить следующий пример:
      Eberhard         Eb/Ebe

      Hard/Hart        Eber
      Возникновение нескольких вторичных единиц  на  базе  одной  и  той  же
первичной, позволяет говорить о  действии  в  сфере  производства  усеченных
мужских   имен   помимо   одноразового   или   одноступенчатого   сокращения
прототипов,  ступенчатого  или  объемного  их  усечения.  Наличие   ступеней
деривации  может  создать  впечатление  об  отсутствии  каких  либо  правил,
регулирующих   образование   антропонимических   кратких   форм.   Ближайшее
рассмотрение  усеченных  имен,  их  сопоставление   с   исходными,   однако,
показывает, что определенная  степень  предсказуемости  все  же  существует.
Заслуживает внимания прежде всего тот  факт,  что  большинство  антропонимов
(422  из   494   УЕ)   подвергаются   одноразовому   усечению.   Возможность
формирования   кратких   имен   по   принципу   «объемности»   и    особенно
«ступенчатости» сведена до минимума. В объемной деривации участвуют  49  ИЕ,
образующие в процессе усечения 110 УЕ. В списке зафиксированных  нами  имен,
допускающих образование «ступенчатых усечений» значится 23 ИЕ, служащие  для
образования 53 УЕ.
      Кроме минимальной продуктивности ступенчатого  усечения  в  пополнении
состава кратких имен, оно  характеризуется  тем,  что  радиус  его  действия
ограничен  зоной  мужских   имен,   оканчивающихся   в   подавляющем   своем
большинстве на –ius, -us, -ios,  -os  (17  из  23  ИЕ)  имеют  эти  форматы.
Название форманты свидетельствует  о  том,  что  в  «ступенчатой»  деривации
участвуют в подавляющем большинстве случаев греко-латинские имена.
      Немаловажно и то, что в рамках указанной группы мужских имен  возможна
только ступенчатая деривация. Образование  вторичных  единиц  осуществляется
по формуле (см. с.       ).
      Результатом двухступенчатой деривации является инициальные антропонимы
(19  из  23  ИЕ).  В  исходных  или  первичных  сокращенных  единицах  (УЕ1)
устраняются конечные сегменты.
      По  сравнению  с  двухступенчатым  усечением  объемное  играет   более
заметную роль в пополнении немецкого антропонимикона мужскими  именами,  что
в  первую  очередь  определяется  достаточно   активным   в   нем   участием
производящих   единиц,   а   также   характером   образования   производных.
Деривационной  базой  для  создания  рассматриваемой  группы   служат,   как
отмечено выше, 49 прототипов, на основе  которых  возможно  появление  серии
кратких форм.
      Характерной  группой  образования  дериватов  по  принципу  объемности
является отсечение в  исходном  имени  его  начальной  или  конечной  части:
Joachim>Jo,  Achim;  Eberhard>Eb/Ebe,  Hard/Hart.   Возникающий   вследствие
такого сокращения объемный деривационный ряд репрезентируется обычно  двумя,
как правило, инициально-финальными сокращениями.
      Не  исключена  представленность  объемного  ряда   двумя   инициально-
финальными   (Alex,    Xander

смотреть на рефераты похожие на "Формирование антропонимикона современного немецкого языка усеченными мужским именами"