Искусство и культура

История развития музыкальных вкусов молодежи 60-70 г.



      Изучение музыкальных вкусов среди населения одна, на  мой  взгляд,  из
интереснейших тем. Конец 80-х - 90-е года  пик  технического  прогресса.  На
рядового зрителя обрушился поток неведанных  ранее  музыкальных  технических
возможностей -  магнитофоны,  стереомагнитофоны,  компакт  диски  и  прочее.
Необходимое техническое оснащение дает возможность даже не  имеющим  таланта
людям блистать на сцене, как звезды,  представляя  свои  песни.  Музыкальные
кумиры - кумиры во всем: стиле одежды, стиле прически и даже в стиле  жизни.
Вот почему важно и необходимо изучать музыкальные  вкусы  населения.  Потому
как эти вкусы формируют  личность.  Но,  на  мой  взгляд,  важно  проследить
становление музыкальных вкусов в  нашей  стране  в  60-70  года.  Это  время
зарождения  новой  культуры  -  массовой.   Именно   она   заложила   основу
современной                      музыкальной                       культуры.



      60  -  70-е  годы -   время  оживления   эмпирических  исследований  в
области социологии  искусства '.  Причины здесь многообразны:  прежде  всего
 усиленное внимание   к  развитию   общественных   наук   в   нашей  стране,
выразившееся в ряде  партийных   постановлений.   Далее,   характерная   для
гуманитарных   дисциплин   тенденция   к   использованию   методов    точных
наук. И,  наконец,  само   экстенсивное  развитие    культуры    (гигантское
распространение  средств массовой  коммуникации  приобщило   к    культурным
ценностям   невиданную  по   масштабам  аудиторию)   породило   естественное
стремление   реально   измерить   пульс   бытования  искусства   в   народе.
Возникло желание   выяснить,  что  же   из   огромного   потока  выпускаемых
книг,    кинофильмов,     спектаклей,     музыкальных     произведений     в
действительности  предпочитается,- а  что и  кем отвергается  и почему
 это  происходит;  что  и   как   воспринимается   в  процессе   потребления
данного   вида    искусства,    жанра,   произведения;    каковы    факторы,
способствующие       этому       процессу       и      тормозящие       его.

        Очевидна      необходимость      подобных      исследований      для
конкретизации  чересчур  расплывчато-обобщенного   и  потому   сегодня   уже
никого  не    удовлетворяющего   понятия   советский   слушатель  (читатель,
зритель),  а   ведь  речь   идет   о    понятиях,    образующих    фундамент
социологии искусства.  Но  этим  результаты   эмпирических   исследований  -
в         идеале         -         отнюдь         не          исчерпываются.


      Но и здесь авторы не  остаются  на  чисто  статистическом   уровне,  а
осмысливают и  обобщают   цифровые   данные,  ибо   видят  за   ними  проис-

 ходящие в жизни процессы '.
           Эмпирическая    музыкальная     социология    в     нашей    стра
не  находится   пока  еще   в  стадии   первоначального   становления.   Она
располагает весьма малым  количеством  надежных   фактических   данных,   ей
предстоит  период их  накопления;  еще  меньше   рабочих  гипотез,   частных
специализированных  теорий,  базирующихся  на  фактах или
 нуждающихся  в проверке  эмпирическим путем.  После  во              многом
несовершенных  опытов 20-х  годов  (Р.   И.  Грубер  и  др.)  и  длительного
периода затишья   во  второй    половине  60-х  годов  начинают  проводиться
конкретно-социологические исследования, в той или  иной  мере  затрагивающие
вопросы массового  - потребления  музыки .
        Среди    них   заслуживает    особого    внимания     книга    ураль
ского социолога В.  С.  Цукермана  “Музька   и  слушатель”  (М.,   1972),  в
которой предпринята  серьезная попытка раскрыть  специфику  социологического
подхода  к системе “музыка - слушатель”, теоретически  обосновать  некоторые
  вопросы  методологии   конкретного  исследования
 (оценка как инструмент  познания  эстетических  потребностей  и  ценностных
ориентаций) . В основе книги   -  изучение  музыкальных  вкусов,   выявление
отношения  к различным  музыкальным   жанрам  взрослого   населения  крупных
промышпенных  городов  -  Свердловска  и Челябинска ', причем следует  особо
подчеркнуть  широту охвата
     материала:     результаты     анкетных      опросов      сопоставлялись
анализом статистических  и  других   объективных  данных   (от    социально-
демографической                      структуры                     аудитории

  '  (   Можно   указать,     например,    на     поднимаемую    в     книге
малоисследованную   проблему  “телесмотрения”,   связываемую   авторами    с
определенным    телевизионно-газетным     типом    повседневной   культуры,-
проблему, в которой  сталкиваются   сложные,  противоречивые  тенденции.  Об
интересе    к   этой    проблеме   свиде            тельствуют    конкретно-
социологические исследования уральских          социологов под  руководством
Л.     Н.     Когана      (см.       кн.:      Телеви                зионная
аудитория:структура,ориентации, культурная  активность.  Свердловск,  1973).



        концертов   и   оперных   спектаклей   до   цифр     продажи    грам
пластинок, музыкальных инструментов и радиотоваров) .
        Ценность  представляют  наблюдения  автора  над  динамикой  развития
музыкальной культуры  населения рассматриваемого   региона   в   60-е  годы,
зафиксированные им    тревожные  факты  снижения  удельного  веса  серьезной
музыки в общефилармонических концертах, нарастания
количества продаваемых  пластинок с  записями эстрадной            музыки  в
сравнении с серьезной и т. д. Автор приходит к  важному   выводу:  само   по
себе    широчайшее   распространение    средств    воспроизводения    музыки
(проигрыватель и магнитофон) отнюдь не  ведет   автоматически  к   повышению
музыкальной    культуры   народа.    Нужны   целенаправленные    и    хорошо
скоординированные                  воспитательные                  действия.

      Значение исследования снижается из-за  недостатков            методики
опросов  (“звучащей анкете”  предпочтена вербальная форма опроса, о чем  см.
дальше), слабости теоретических  основ  (неубедительная   дифференциация   и
    классификация   музыкального  материала;   неточное   представление    о
факторах,    способствующих   полноценному   восприятию,  и  т.  д.)   .   В
результате возникает сомнение
 в полной достоверности тех фактических данных,  которые            получены
путем  анкетировапия  (данные   анализа  объективных  материалов,  наоборот,
никаких           сомнений             не            вызывают)            '.

          Одна   из  фундаментальных   и  сложных   задач,  стоящих
 перед   эмпирической   музькальной  социологией,   -  нарисовать   реальную
   картину   бытования    музыки   в    нашей    стране,    иначе    говоря,
показать,  какая  музька   какими  группами    слушателей    предпочитается.
   Сложность     задачи     заключается     в     том,      что,     видимо,
отсутствует   единое  основание   для   группировки   слушателей,  для    их
  типологии,-    на    формирование    слушательских    групп   воздействует
множество     порой      конкурирующих      факторов:      от     социально-
демографических   (пол,   возраст,   род   деятельности)
  и     социалъно-культурных     (образование,      ценностные     установки
среды,   слушатепьский   опыт)   до   личностно-характерологических
потребность             в              удовлетворении              субъектив

                                                                      новке,
уменьшается   значение   исследований  замкнутых аудиторий   -   посетителей
концерта,  музыкального  спектакля и  т. д.  (такие исследования  нужны,  но
 в качестве дополняющих,   ибо   составить   общую   картину   по   ним   не
возможно)     .    Объектом     музыкально-социологического     исследования
становится   все   население  страны,   ибо  каждый  человек    сегодня    -
фактический    слушатель   музыки.
        Оставляя   пока   в  стороне   характер,  качество,   самый  уровень
восприятия,   нельзя   все  же   не  признать,    что   более   или    менее
систематический  контакт  с  самой разнообразной  музыкой  (о  чем   дальше)
 не  может  не  способствовать  выработке  собственной  ориентации  в   мире
 звуков, установлению  собственной,  пусть  не    всегда   осознанной  шкалы
симпатий    и    антипатий,     которая    и     должна    быть    выявлена.

       Во-вторых,   происходит  колоссальное   расширение  рамок   звукового
  мира,   в   котором   живет   сегодня   человек.   Ежедневно    работающие
радиостанции,     значительная    часть   вещательного    времени    которых
отведена   музыке  (вспомним  хотя  бы  о    круглосуточной   информационно-
музыкальной   программе  “Маяк”),    фирмы   грампластинок,    в   несколько
меньшей   мере   телевидение   и   кино   включают   в  массовый     обиход,
предназначают   массовому   слушателю (что  и   как   им  воспринимается   -
вопрос  особый) поистине  безграничный  поток  музыки. В  этом потоке   есть
все: от  глубокой старины  до  произведений,   созданных  буквально   вчера,
от признанных  вершин человеческого  гения до шлягера   и   непритязательной
танцевальной  мелодии. Правда,  большая  часть  музыкальной   продукции   МК
(массовых коммуникаций),  как  об  этом  давно  говорят и  пишут  музыканты,
  представляет  собой   развлекательную'  музыку.
 Но  и,  остающаяся  на  долю серьезного  искусства меньшая  часть   -   есл
учесть   масштаб   работы  средств   МК  сама  по  себе  достаточно  велика.

          Учтем еще  одно  немаловажное  обстоятельство.  Музыка  звучит  не
только в качестве самостоятельного субъекта восприятия,  она  широко  и   во
 все  увеличивающихся масштабах  (причем   серьезная  классическая    музыка
 также) используется  в   качестве   компонента    других   искусств,  и  не
только искусств, но и в спорте, в быту, в  разнообразнейших   сочетаниях   с
изображением  и  словом:  от музы
 кальных  заставок  постоянных  радиорубрик  до  видовых   и  документальных
кинофильмов,          от          балетных           постановок           на

(а  ведь  эти   потоки   суммируются),    представляет   собой  причудливое,
гевероятно    пестрое     чередование    произведений      и     фрагментов,
принадлежащих   различным     стилям    и   жанрам   и   выполняющих   самые
разнообразные функции ".,
         Не   менее   важна   другая   сторона   рассматриваемого   явления.
При    восприятии   музыки    через   средства    МК    в   какой-то    мере
размываются  и  четкие границы  многих  жанров,   основывающиеся   -  не   в
последнюю   очередь  -   на  различии   мест   исполнения,   исполнительских
средств    и   составов.-Для    слушателя,    лишенного     непосредственных
контактов  с  исполняемой   музыкой   и    зрительных   впечатлений  (радио,
механическая  запись), отдаленного  от нее  в про странстве  и  во  времени,
различие,  скажем,   между  оперой,  ораторией,    симфонией,    балетом   -
особенно если  он слушает  их  не  целиком, а  фрагментарно  (и   тем  более
если он не   знаком   с   сюжетом,   текстом)  -   будет  далеко   не  столь
существенно  и  безусловно,  как  для   слушателя,  воспринимающего   их   в
концерте   или  музыкальном   театре.  Есть
  основания   полагать,    что   гораздо    большую   роль    здесь   играет
разграничение  на  стилевом   и  языково-содержательном   уровне:   различие
между  старинной и,  условно говоря, классической   музыкой,   привычной   и
непривычной,  остроритмичной,   моторной   и    мелодичной,   созерцательной
и  т.  д.   Во   всяком   случае  средства   МК  снимают   ту    приподнято-
благоговейную   атмосферу  концертного   зала,   которая   сама    возвышает
восприятие   и  в которую  столь  легко   вписывается    любая   музыка    -
от Шютца  и  Могтеверди  вплоть   до  опусов    крайнего   авангарда",-   и,
наоборот,    ярче   обнажают    различия   самого  музыкального   материала.

      Итак, мы приходим к выводу, что в  новых  условиях,        создаваемых
МК, границы слушательской аудитории установить а ргiori невозможно.

      " В конце концов и здесь  сохраняется возможность  выбора  -  хотя  бы
в  переключении   или  выключении   репродуктора,  приемника,  телевизора  в
ситуации резкого  неприятия предлагаемого. Но в этом случае,  как  остроумно
 заметил А.  Моль в своей спорной   по  общим   концепциям,  но   интересной
ценными наблюдениями  книге   “Социодинамика   культуры”   (М.,  1973),  как
раз пассивность  слушателя нередко  оказывается решающим  факгором,  ведущим
к “принудительному потреблению”, ниспровергательские  тенденции,  на  службу
которым  ставится   круг   <музыкального   потребления>,    определить    на
основании    каких-либо    объективных    характеристик,    кто   на   какую
музыку   ориентирован   (что    в    предыдущую    эпоху  специализированных
помещений    и    естественного    разделения   функций   между    ними,   а
следовательно,  дифференциации   аудитории   было   вполне   достижимо)    .
  Разумеется,   в    области    массовых    вкусов    нет    недостатка    в
разнообразных  суждениях  и  умозаключениях,   вроде,    например,   такого:
 сегодня   происходит    дифференциация   слушательских
  групп   на   две   полярные   категории   -   слушателей    серьезной    и
слушателей  развлекательной  музыки,  и   между  этими  категориями   весьма
   мало   точек    соприкосновения.    Но   решительность,     с     которой
высказываются   подобные  суждения,-  увы!  -  не  может  превратить   их  в
твердо установленные   факты,  не   говоря  уже   об  условности   и   порой
зыбкости   критериев   деления   всей  музыки   на  серьезную
 и   развлекательную.   Дифференциация   слушательской   аудитории   сегодня
-  сложная  проблема,  которую   не  решить без  эмпирическых   работ,   без
экспериментов            и             теоретического            обсуждения.

         Поэтому,  с  точки  зрения Э.  Алексеева,   приступая   к   конкрет
ным        музыкально-социологическим         исследованиям        массового
музыкального   потребления,   нужно   исходить    из    приведенных     выше
положений,   которые  можно,   очень  упрощая,  кратко   изложить   в   виде
тезисов:  1)   каждый  сегодня  может   услышать   все,   2)   наслушанность
человека   в  мире  музыки   шире   его   осведомленности   в   этом   мире.


        В зародившейся музыкальной массовой культур  социологи  60-70  годов
уже  отмечали  резкий  упад  интереса  к  классической   серьезной   музыке,
возросшие потребности слушателя (зрителя)  к  музыкальным  исполнениям.  Это
связано  и  с  пришедшими  с  Запада  новыми  культурами  и  с  техническими
возможностями ( телевидение, радио). Изучение музыкальных  вкусов  населения
продолжается.



  Литература:
1. Некоторые вопросы теории и практики изучения массовых музыкальных  вкусов
- Э Алексеев “ Вопросы социологии искусства”1979
2. Сохор А. Социология и музыкальная культура, М. 1975





смотреть на рефераты похожие на "История развития музыкальных вкусов молодежи 60-70 г."