Исторические личности

Реформаторская деятельность Екатерины II



                   СРЕДНЯЯ ОБЩЕОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ ШКОЛА №1274
                ИМ. В.В. МАЯКОВСКОГО С УГЛУБЛЕННЫМ ИЗУЧЕНИЕМ

АНГЛИЙСКОГО ЯЗЫКА ЮГО-ВОСТОЧНОГО ОКРУГА г. МОСКВЫ



                           ЭКЗАМЕНАЦИОННЫЙ РЕФЕРАТ



                                  По курсу

                               История России.



                                   На тему

                  Реформаторская деятельность Екатерины II



                            ученика 11 класса «Б»

                           Рахлевского Александра
                            aleksander@mailru.com



                                Москва, 2001

                                 Вступление.

      Минуло много лет, но споры о значении царствования Екатерины  и  о  ее
личности, вопреки утверждению многих,  так и не утихли. Все  новые  и  новые
поколения  историков,  литераторов,  публицистов  возвращались  к   событиям
далекого и, казалось бы, хорошо изученного прошлого, всматривались в дела  и
мысли той, кого современники называли «Семирамидой Севера», пытаясь  понять,
чем была для России эта  необычная  женщина,  какое  место  занимает  она  в
судьбе страны, какой след оставила  в  ее  истории.  Екатерину  и  после  ее
смерти  восхваляли и порицали, как восхваляют или порицают живого  человека,
стараясь поддержать  или  изменить  его  деятельность.  И  Екатерины  II  не
миновал столь обычный и печальный  вид  бессмертия  —  тревожить  и  ссорить
людей после смерти. Ее имя  служило  мишенью  для  дискуссии  противников  и
приверженцев ее политического направления. Уронить ее бюст или  удержать  на
пьедестале значило тогда дать то или другое направление жизни.

      Я считаю  тему «Реформаторская деятельность Екатерины II»   достаточно
актуальной, потому что в наше политически и экономически нестабильное  время
очень сложно выбрать верный путь развития страны, и мне кажется,  что  ответ
на вопрос о правильной  дороге  в  нашей  истории,  которая,  как  известно,
повторяется, а именно в деятельности  Екатерины  II   скрыто  руководство  к
действию будущих правителей.

      Её  правительство не разрушало все традиции и  устои,  а  пользовалось
положительными  наработками   своих  предшественников,  тем  не  менее  ведя
государство по собственной программе. И значительное место в этой  программе
занимали  не  только  задачи  вытекающие   из   практических    потребностей
времени   (усиление   могущества   империи,   укрепление    государственного
строя и  позиций  в  нем  дворянства  и  пр.),   но  и  отвлеченные  теории,
усвоенные  императрицей  преимущественно   из   французской   литературы   -
Вольтера, Дидро,  Монтескье,  Д’Аламбера.  Это  последнее  обстоятельство  и
позволяет характеризовать ее время как период "просвещенного абсолютизма".

      Смысл просвещенного  абсолютизма   состоял   в   политике   следования
идеям  Просвещения,   выражающейся   в   проведении   реформ,   уничтожавших
некоторые наиболее одиозные феодальные институты (а иногда делавшие   шаг  в
сторону   буржуазного  развития).   Мысль  о  государстве   с   просвещенным
монархом,  способным преобразовать общественную  жизнь  на  новых,  разумных
началах, получила в XVIII веке   широкое  распространение.  Сами  монархи  в
условиях  разложения  феодализма,  вызревания  капиталистического    уклада,
распространения идей Просвещения вынуждены были встать на  путь  реформ.   В
роли тогдашних "просветителей"  выступали  и прусский король Фридрих  II,  и
шведский - Густав III,  и  австрийский  император  Иосиф  II.  В  России  же
развитие и воплощение начал  просвещенного  абсолютизма  приобрело  характер
целостной    государственно-политической    реформы,    в   ходе     которой
сформировался новый государственный и правовой облик абсолютной монархии.

      Внутренняя  и   внешняя   политика   второй   половины   XVIII   века,
подготовленная мероприятиями предшествующих царствований,  отмечена  важными
законодательными актами,  выдающимися  военными  событиями  и  значительными
территориальными  присоединениями.  Это  связано  с  деятельностью   крупных
государственных и военных деятелей екатерининской  эпохи:   А.Р.  Воронцова,
П.А.  Румянцева,   А.Г.  Орлова,  Г.А.  Потемкина,  А.А.  Безбородко,   А.В.
Суворова, Ф.Ф. Ушакова и других.

      Впрочем,  надо  признать,  что  многие  десятилетия  у  нас  в  стране
Екатерина II  особой  популярностью  среди  историков  не  пользовалась.  Ни
школьник, ни студент не нашли бы на страницах  своих  учебников  сведений  о
жизни императрицы, о ее личности, образе мыслей, творчестве. С 1907 по  1990
год ни  разу  не  переиздавались  «Записки»  Екатерины,  ее  пьесы,  статьи,
сказки, научные сочинения, законопроекты.  Когда-то,  еще  в  прошлом  веке,
известная  детская  писательница  и  педагог  А.О.Ишимова,  предваряя   свое
повествование  о  царствовании   Екатерины   Великой,   предупреждала   юных
читателей: «Вы будете  удивляться  делам  этой  государыни,  как  удивлялись
некогда дети греков и римлян, слушая рассказы о знаменитых подвигах богов  и
героев своих».  Большинству детей  XX  века  слушать  и  читать  истории  об
императрице Екатерина II не довелось, хотя она была выдающимся  политическим
деятелем правившей Россией,  и  люди  окружавшие  императрицу  были  так  же
людьми незаурядными: Суворов,  Ушаков, Фонвизин, Державин,  Боровиковский  и
Баженов. Если имя Екатерины и попадалось им на глаза,  то  лишь  в  связи  с
описаниями ужасов крепостничества, восстанием Пугачева или рядом с не  очень
понятным, тогда, термином «просвещенный абсолютизм».

      Увы, как говорится, «свято место пусто не бывает», и взамен  серьезных
и добротных исследований любителям истории долго  приходилось  удовлетворять
жажду познания  прошлого  историческими  романами.  Буйная  фантазия  многих
авторов чаще всего  рисовала  Екатерину  коварной,  жестокой  и  развратной,
главным занятием которой на протяжении трех с лишним десятилетий  пребывания
у власти было менять любовников. А между тем, книги совсем иного  рода,  где
Екатерина  описывалась,  как  один  из  самых   выдающихся   государственных
деятелей в истории России, печатались  в  Англии,  США,  Германии,  Франции,
Италии. И уже в конце 1980-х годов  посещавшие   Москву  западные  историки,
увидев обилие на книжных лотках новых изданий о    Петре  I,  с  недоумением
спрашивали: «Почему Петр? Почему не Екатерина?»

      Двухсотлетняя годовщина со дня смерти Екатерины Великой,  отмечавшаяся
в 1996 году, стала поводом для ученых разных стран вновь  вспомнить  о  той,
суждения о  которой  все  это  время  оставались  крайне  противоречивыми  и
неоднозначными. Видимо, это естественно, ведь  всякая  личность,  а  крупная
личность особенно, всегда противоречива. Но дело не только в  этом.  Сколько
бы десятков самых серьезных, умных и глубоких докладов ни было бы  написано,
наверное, навсегда останется Загадка Екатерины. Ибо как иначе можно  назвать
то,  что  во  второй  половине  XVIII  века  в  России  —  стране  с  такими
устойчивыми традициями на троне оказалась женщина, да к тому же  не  имевшая
ровно никаких прав на престол, да к тому же свергнувшая с него  собственного
мужа, законного государя, да к тому же иноземка, до конца  жизни  говорившая
с немецким  акцентом?  И  не  просто  «оказалась»,  но  в  «эпоху  дворцовых
переворотов», то есть во времена, когда удержаться на троне было не  так  уж
просто, пребывала на нем долгие 34 года, пока не сошла  в  могилу,  оставляя
по себе такую память, что даже известный своим мрачным взглядом  на  русскую
историю  Петр  Чаадаев  вынужден   был   признать:   «Излишне   говорить   о
царствовании Екатерины II, носившем столь национальный характер, что,  может
быть, еще никогда ни один народ не отождествлялся до такой степени со  своим
правительством, как русский народ в эти годы побед и благоденствия».

      Как я уже сказал события второй половины XVIII века нам не могут  быть
безразличны, не только как часть  нашей  истории,  но  и  потому,  что  иные
проблемы той поры актуальны и сегодня, а многие мысли и  суждения  Екатерины
II звучат так свежо и современно,  будто  высказаны  только  вчера.  И  лишь
архаичное построение фраз и  старомодные  обороты,  непривычные  для  нашего
уха, выдают автора, писавшего почти два века назад.

      Жизнь всякого человека в сущности загадка, и даже он сам, к сожалению,
не всегда в состоянии объяснить свои поступки. Тем более  непостижима  жизнь
человека, отдаленного от нас веками истории.  Ведь,  пытаясь  разобраться  в
его  судьбе  и  характере,  мы  непроизвольно  сравниваем   его   с   собой,
«переводим» слова и поступки двухсотлетней давности на  современный  язык  —
совсем иной, чем тот, на котором говорил он сам. А значит,  мы  обречены  на
ошибку. Но осознание этого  парадокса  не  может  служить  преградой  нашему
желанию познать прошлое, и потому стоит  попробовать  вновь  приглядеться  к
долгой, наполненной яркими событиями жизни Екатерины  II,  к  перипетиям  ее
судьбы, к мыслям и поступкам императрицы. И тогда, быть может, завеса  тайны
немного приоткроется, и мы, если не прикоснемся к  истине,  то,  по  крайней
мере, ощутим, что она близко.



                                  Биография

      София Августа Фредерика родилась 21 апреля  (по  старому  стилю)  1729
года в городе Штеттине. Теперь он называется Щецин и находится в  Польше,  а
в ту далекую пору  принадлежал  Пруссии.  Служил  прусскому  королю  и  отец
девочки, принц Христиан  Август  Ангальт-Цербстский,  имевший  чин  генерал-
майора прусской армии и командовавший расквартированным в Штеттине полком.

      Мать Софии,  Иоганна  Елизавета,  была  дочерью  принцессы  Альбертины
Фредерики Баден-Дурлах и принца-епископа Любекского Христиана  Августа.  Его
родной брат, герцог Голштинский Фридрих IV (Фридрих Карл), в  свою  очередь,
был женат на  Годвиге,  родной  сестре  шведского  короля  Карла  XII,  того
самого, что противостоял Петру I во время Северной войны.

      Мать Екатерины часто брала в свои поездки по городам Германии  старшую
дочь, которая, таким образом, с раннего детства не была привязана к  дому  и
привыкала к необходимости вести себя в соответствии  с  правилами  приличий,
подчиняя им свои естественные наклонности. Между  тем,  София  росла  живой,
подвижной девочкой.

      Гувернантка принцессы, отмечала в ней независимый нрав, а  сама  София
более всего  любила  резвиться  с  другими  детьми,  предпочитая  грубоватые
мальчишеские забавы спокойным и чинным играм девочек. Кардель  читала  своей
воспитаннице  книги  знаменитых  французов  —  Корнеля,   Расина,   Мольера,
благодаря  чему  девочка  рано  приохотилась   к   современной   французской
литературе, любовь к  которой  сохранила  на  всю  жизнь.  Домашние  учителя
обучали принцессу Софию тому, чему и надлежало учить  девушку  ее  круга,  —
истории и географии, немецкому и французскому, музыке и богословию.

      Однако не все ответы пастора удовлетворяли принцессу. Так однажды  она
вступила с ним в жаркий спор, отстаивая право «великих мужей  древности»,  в
частности императоров Тита и Марка Аврелия, на пребывание в раю, хотя они  и
не  ведали  Божественного  Откровения.  При  этом   пастор   апеллировал   к
Священному Писанию, а его ученица — к принципам справедливости.  Другой  раз
София  во  что  бы  то  ни   стало,   захотела   узнать,   чем   был   хаос,
предшествовавший мирозданию.

      Отношения принцессы с матерью сердечностью не  отличались.  Считалось,
что шансов на удачное замужество у Фике (так называли ее домашние)  немного,
и принцесса Иоганна Елизавета воспитывала дочь в строгости.  В  семь  лет  у
Фике отобрали все игрушки, старались подавлять всякие проявления гордости  и
высокомерия,  нередко  заставляя   целовать   край   платья   знатных   дам,
приезжавших к ним в дом. Однако  смиреннее  маленькая  принцесса  не  стала,
скорее наоборот: научилась скрывать свои истинные  чувства  и  притворяться,
что очень пригодилось ей впоследствии. Уже в  детстве  она  была  склонна  к
самостостоятельности.

      Почти все, что нам известно о детстве Софии, восходит к ее собственным
мемуарам. Свидетельств же людей, знавших ее в те годы, очень мало. Но  разве
можно назвать обыкновенной женщину, уже в детстве  отличавшуюся  «серьезным,
расчетливым и холодным» умом, не склонную к легкомыслию? И разве  не  именно
эти качества столь необходимы политику? Очевидно, что  юная  принцесса  Фике
уже в детстве  обладала  многими  из  тех  качеств,  которые  и  сделали  ее
Екатериной Великой. К тому же находились люди, смотревшие  на  Софию  иначе.
Так, некий монах предсказал, что в будущем ее ждут три  короны,  а  шведский
вельможа  граф  Гюлленборг  посоветовал  принцессе  Иоганне  Елизавете  быть
повнимательнее к дочери, заметив:  «Ваше  высочество,  вы  не  знаете  этого
ребенка; ручаюсь вам, что он имеет гораздо больше ума и  достоинств,  нежели
вы думаете».

      Как уже говорилось, родители были очень  озабочены  будущим  принцессы
Софии. Мысль о необходимости удачно выйти замуж все чаще приходила в  голову
и ей самой. Когда Софии было уже десять лет, ее познакомили с  мальчиком  по
имени Петр Ульрих.  Мать  рассказала  ей,  что  Петр  Ульрих  претендент  на
престолы  России  и  Швеции,  обладатель  наследственных  прав  на  Шлезвиг-
Гольштейн, приходится ей троюродным братом. Прошло  несколько  лет,  и  мать
вновь заговорила с ней о странном мальчике по  имени  Петр  Ульрих.  За  это
время  его  тетка  Елизавета  стала  русской   императрицей.   Она   вызвала
племянника  в  Россию  и  объявила  своим  наследником  под   именем   Петра
Федоровича.  Теперь  юноше  подыскивали  невесту  среди  дочерей  и   сестер
европейских герцогов и принцев. Выбор был велик, но  приглашение  прибыть  в
Россию  на  смотрины  получила  одна  София  Августина  Фредерика   Ангальт-
Цербстская.

      Чтобы стать русской княгиней, Софии предстояло освоить хотя бы  основы
русского языка, крестится по православному  обычаю.  Но  если  русскому  она
училась с охотой, то переход в православие  был  крайне  болезнен  для  неё.
Молодая принцесса часто плакала и к ней тайком приглашали пастора, чтобы  её
утешать. Но, честолюбие брало свое. 28 июля 1744г. София была  крещена.  Еще
через год, 21августа  1745г,  состоялась  её  свадьба  с  Петром  Федорычем,
который был провозглашен наследником престола.

      За год между обручением и свадьбой Петр успел переболеть оспой и стал,
по мнению Екатерины, еще более уродлив; ее  мать  перессорилась  со  многими
русскими вельможами и вызвала  не  довольство  императрицы;  сама  Екатерина
наделала долгов, получила за это выговор от Елизаветы Петровны  и  научилась
гасить ее гнев, смиренно произнося «виновата, матушка». А  кроме  того,  она
твердо решила стерпеть все, но не упустить предоставленный судьбой шанс.

      В то же время  Екатерина,  искренне  интересуясь  страной,  где  волею
судеб оказалась,  начинает интересоваться историей России подобных  же  книг
практически не существовало, и Екатерина,  использовала  всякую  возможность
во время путешествий в Москву, Киев, Троице-Сергиев монастырь, чтобы  узнать
побольше, и расспрашивала всех, кого могла, об обычаях,  традициях,  истории
России.  Так, постепенно  у  Екатерины  сложилось,   одной  стороны,  вполне
определенное мировоззрение, основанное на идеях просветителей, и   другой  —
представление о России, где, по ее мнению, эти идеи могли быть  использованы
с большей  пользой.  Наблюдая  же  вблизи  процесс  управления  страной  при
Елизавете Петровне, Екатерина со свойственной ей проницательность»  замечала
удачи и промахи правительства, его успехи и просчеты и пришла  к  убеждению:
окажись власть в ее  руках,  она  бы  лучше  знала,  что  и  как  делать,  а
результаты ее правления были бы гораздо более основательны.

      После рождения ребенка Екатерину оставили  в  покое.  Петр  надолго  и
прочно увлекся фрейлиной Елизаветой Воронцовой,  а  императрица  сочла,  что
невестка успешно исполнила свое предназначение. Правда, внука она забрала  в
свои покои, воспитывала так, как находила нужным, и мать  допускали  к  сыну
только с разрешения Елизаветы Петровны.  Сама Екатерина тогда уже  в  полной
мере освоила искусство придворного поведения и научилась делать то,  что  ей
нравилось  умело  скрывая  это  от  императрицы  и  иных  любопытных   глаз.
Одновременно она очень старалась завоевать симпатии двора: была  подчеркнуто
набожна, строго  соблюдала  все  обряды  православной  церкви,  преподносила
придворным богатые подарки, проявляла о них всяческую  заботу.  Слухи  о  ее
уме, доброте и религиозности постепенно выходили за стены царского дворца  и
распространялись по стране.

      25 декабря 1761 умирает Елизавета Петровна и на престол вступает  Петр
III.  Однако за своё недолгое царствование он сумел  настроить  против  себя
буквально  всех.  Духовенство  было  недовольно   секуляризацией   церковных
земель, от чего рождались слухи о пренебрежении царем основами  православия.
Гвардия не одобряла  намерение  императора  отправить  её  на  бессмысленную
войну с Данией, промышленники – запрет  на  покупку  крепостных  к  заводам.
Вскоре сложными стали и  его  отношения  с  дворянами.  Двор  был  шокирован
пропрусскими действиями Петра, пьянством и безалаберностью. Он  вознамерился
заточить Екатерину  с  Павлом  в  монастырь,  жениться  на  своей  фаворитке
Елизавете Воронцовой и  объявить  себя  вассалом  Фридриха  II.  Жизнь  сама
подвигла Екатерину к действию.

      Петр III со всей свитой и любовницей Воронцовой с середины  июня  1762
года жил в Ораниенбауме. Ранним  утром  28  июня  она  покидает  Петергоф  в
сопровождении Алексея Орлова и нескольких особо  приближенных  лиц.  В  пяти
верстах от Петербурга ее встречает Григорий Орлов с новыми лошадьми,  и  все
вместе направляются в Измайловский полк,  которым  командует  ее  сторонник,
родной брат фаворита Елизаветы, гетман Разумовский.  Вслед  за  Измайловским
Екатерине  присягают  Семеновский   и   Преображенский   полки.   Окруженная
гвардейцами,  новая  императрица  направляется  к   Казанскому   собору.   В
Казанском соборе  Екатерину  благословляет  архиепископ  Санкт-Петербургский
Вениамин. Она направляется в Зимний дворец, где ждут  Генералитет,  Сенат  и
Синод. Все члены этих ведомств единодушно присягают Екатерине.

      6 июля 1762 года она получила известие о внезапной смерти мужа, а днем
позже из манифеста,  изданного  ею,  народ  русский  узнал,  что  Петр  III,
свергнутый с трона  и  находившийся  под  усиленной  охраной,  скончался  от
«геморроидических колик». Хотя большинство историков  утверждают,  что  Петр
был убит. Так это или нет нам это не известно. Смерть Петра  была  Екатерины
единственным выходом из сложившегося положения,  потому  что  если  бы  Петр
остался жив, то постоянная угроза её трону сохранялась. Но вероятно также  –
она была непричастна к убийству мужа и приняла случившееся как угодное  Богу
дело.

      Как бы то ни было 22сентября 1762 года состоялась пышная коронация   и
София – Августа - Фредерика стала императрицей Екатериной II



                                   Наказ.

      Вскоре после вступления на престол Екатерина обнаружила, что одним  из
существенных    недостатков    русской    жизни     является     устарелость
законодательства: сборник законов  был  издан  при  Алексее  Михайловиче,  а
жизнь,  с  тех  пор  изменилась  до   неузнаваемости.   Императрица   видела
необходимость большой работы по собранию и пересмотру законов. Екатерина  II
решила составить новое Уложение. Она читала множество сочинений  иностранных
ученых о государственном устройстве  и  суде.  Конечно,  она  понимала,  что
далеко не все применимо  к  русской  жизни.   К  середине  же  1760-х  годов
Екатерина окончательно убедилась, что вельможи из  ее  ближайшего  окружения
не в состоянии подготовить новое всеобъемлющее законодательство,  отвечающее
высоким принципам Просвещения. Уж слишком они  были  консервативны,  слишком
озабочены удовлетворением нужд сановной  верхушки.  И  тогда  у  императрицы
рождается мысль привлечь к работе над законодательством более  широкие  слои
подданных. Сама идея была не столь уж оригинальна,  ибо  еще  при  Елизавете
Петровне  собирались  созвать  выборных  депутатов   для   создания   нового
уложения. Но Екатерина поставила дело иначе. Прежде  всего  она  принимается
за детальную  инструкцию  для  депутатов,  где  излагает  основные  принципы
нового законодательства. Так появляется на свет знаменитый  «Большой  наказ»
Екатерины II — один из самых  замечательных  памятников  общественной  мысли
эпохи Просвещения.

      Императрица  считала,   что   законы   должны   быть   согласованы   с
потребностями страны, с понятиями и обычаями народа. Для этого  решено  было
созвать  выборных  (депутатов)  из  различных   сословий   государства   для
выработки нового Уложения. Это собрание выборных было названо Комиссией  для
составления  проекта  нового  Уложения.  Комиссия   должна   была   сообщить
правительству о нуждах и пожеланиях населения, а  затем  выработать  проекты
новых, лучших законов.

      Комиссия была открыта торжественно в 1767 году самой Екатериной  II  в
Москве, в Грановитой Палате. Было собрано 567 депутатов: от  дворянства  (от
каждого  уезда),  купечества,  государственных  крестьян,  а  также  оседлых
инородцев. Широко заимствуя идеи передовых  западных  мыслителей,  Екатерина
для этой Комиссии составила “Наказ комиссии  о  составлении  проекта  нового
уложения”. Это были правила, на основании  которых  должно  быть  составлено
новое Уложение и которыми  должны  были  руководствоваться  депутаты.  Стоит
отметить,  что  «Наказ»  является  образцом  литературы  эпохи  Просвещения,
который печатался в качестве такого в Европе.  Над  “Наказом”  Екатерина  II
трудилась более двух  лет.  В  “Наказе”  Екатерина  говорит  о  государстве,
законах,  наказаниях,  производстве  суда,  воспитании  и  прочих  вопросах.
“Наказ” показывал и знание  дела,  и  любовь  к  людям.  Императрица  хотела
внести в законодательство больше мягкости и  уважения  к  человеку.  “Наказ”
был встречен везде с восторгом. В частности, Екатерина  требовала  смягчения
наказаний: “любовь  к  отечеству,  стыд  и  страх  поношения  суть  средства
укротительные  и  могущие  воздержать  множество  преступлений”.  Также  она
потребовала  отменить  наказания,  могущие  изуродовать  человеческое  тело.
Екатерина выступала против применения пыток. Она считала пытку вредной,  так
как слабый может не выдержать пытки и сознаться в том, чего не  совершал,  а
крепкий, даже  совершив  преступление,  сможет  перенести  пытку  и  избежит
наказания. Особенно большой осторожности  она  требовала  от  судей.  “Лучше
оправдать 10 виноватых, чем обвинить одного невиновного”.  Еще  одно  мудрое
изречение:   “гораздо   лучше   предупреждать   преступления,   нежели    их
наказывать”. Но как это сделать? Надо, чтобы люди чтили законы и  стремились
к добродетели. “Самое надежное,  но  и  самое  труднейшее  средство  сделать
людей лучше есть приведение в совершенство воспитания”. Хотите  предупредить
преступления - сделайте чтобы просвещение распространялось между людьми.

      Также  Екатерина  казалось  необходимым  предоставить   дворянству   и
городскому сословию самоуправление. Екатерина II думала  и  об  освобождении
крестьян  от  крепостной  зависимости.  Но  отмена  крепостного   права   не
состоялась. В “Наказе” говорится о том, как  помещики  должны  обращаться  с
крестьянами: не  обременять  налогами,  взимать  такие  налоги,  которые  не
заставляют  крестьян  уходить  из  дому  и  прочее.  В  то  же   время   она
распространила мысли о том, что для блага государства крестьянам нужно  дать
свободу.

      Комиссия разделилась на 19 комитетов, которые должны  были  заниматься
различными отраслями законодательства.

      Здесь, я считаю нужным процитировать некоторые отрывки из «Наказа» для
лучшего понимания всей глубины, проработанности этого документа.


            "НАКАЗ ИМПЕРАТРИЦЫ ЕКАТЕРИНЫ II, ДАННЫЙ КОМИССИИ ДЛЯ


                    СОСТАВЛЕНИЯ ПРОЕКТА НОВОГО УЛОЖЕНИЯ"

                                 ИЗ ГЛАВЫ VI

      41. Ничего не должно запрещать законами, кроме того,  что  может  быть
вредно или каждому особенно, или всему обществу...

      42. Для нерушимого сохранения законов надлежало бы, чтобы они были так
хороши и так наполнены всеми способами, к  достижению  самого  большого  для
людей блага  ведущими,  чтобы  всяк  несомненно  был  уверен,  что  он  ради
собственной своей пользы стараться должен сохранить нерушимые сии законы...

      58. Для введения лучших законов необходимо потребно умы людские к тому
приготовить. Но чтоб сие не служило  отговоркою,  что  нельзя  установить  и
самого полезнейшего дела; ибо если умы к  тому  еще  не  приуготовлены,  так
приймите на себя труд приуготовить оные, и тем самым вы уже много сделаете.

      60. Итак, когда надобно сделать перемену в народе великую  к  великому
оному добру, надлежит законами то исправить, что учреждено  законами,  и  то
переменять  обычаями,  что  обычаями  введено.  Весьма  худая  та  политика,
которая переделывает то законами, что надлежит переменять обычаями...

      ИЗ ГЛАВЫ Х

      178. Где законы ясны и точны, там долг судьи не состоит ни в чем ином,
как вывесть наружу действие...

      183.  Приговоры  судей  должны  быть  народу   ведомы,   так   как   и
доказательства преступлений, чтоб всяк из граждан мог сказать, что он  живет
под защитою законов; мысль, которая подает  гражданам  ободрение  и  которая
больше всех угодна и выгодна  самодержавному  правителю,  на  истинную  свою
пользу прямо взирающему...

      194. Человека не можно почитать виновным прежде приговора  судейского,
и законы не могут его лишить зашиты своей прежде, нежели будет наказан...

      ИЗ ГЛАВЫ XI

      230. Гражданское общество, так как и всякая вещь,  требует  известного
порядка. Надлежит тут быть одним, которые правят и повелевают,  а  с  другой
стороны предостерегали бы опасности, могущие оттуда произойти...

      255. Несчастливо то правление, в котором принуждены установить жесткие
законы...

      ИЗ ГЛАВЫ XIII

      294. Не может быть там ни искусное  рукоделие,  ни  твердо  основанная
торговля, где земледелие в уничтожении, или нерачительно производится...

      ИЗ ГЛАВЫ XX

      502.  Повреждение  всякого  правления  начинается   почти   всегда   с
повреждения начальных своих оснований...

      506.  Чтоб  сохранить  начальные  основания   учрежденного   правления
невредимыми, надлежит удержать государство в настоящем его  величии:  и  сие
государство разрушится, если начальные в нем переменятся основания...



      Вскоре обнаружилось, что многие депутаты не понимают  того,  для  чего
они призваны, и хотя депутаты относились к делу серьезно, работы шли  весьма
медленно. Бывали случаи, что общее собрание, не кончив  рассмотрение  одного
вопроса, переходило к другому. Дело, порученное  Комиссии,  было  большое  и
сложное, и приобрести соответствующие навыки было не  так  легко.  Екатерина
перевела Комиссию в Петербург, однако и в  Петербурге  за  год  Комиссия  не
только не приступила к составлению нового Уложения, но даже  не  разработала
ни одного его отдела. Екатерина была этим  недовольна.  Многие  депутаты  из
дворян в 1768 году должны были отправиться на  войну  с  турками.  Екатерина
объявила  о  закрытии  общих  собраний  Комиссии.  Но   отдельные   комитеты
продолжали работу еще несколько лет.

      Можно сказать,  что  деятельность  Комиссии  об  Уложении  закончилась
провалом. Комиссия преподнесла Екатерине II предметный урок о  невозможности
реализации теоретических построений европейских философов на русской  почве.
Шанс, который история давала России,  не  был  и  не  мог  быть  реализован.
Роспуск Уложенной Комиссии  стал  для  Екатерины  прощанием  с  иллюзиями  в
области внутренней политики.

      Тем не менее,  хотя  Комиссия  не  составила  Уложения,  но  зато  она
ознакомила  Императрицу  с  нуждами  страны.  Пользуясь  трудами   комиссии,
Екатерина II издала много важных законов. Сама  Екатерина  писала,  что  она
“получила свет и сведения обо всей Империи,  с  кем  дело  иметь,  и  о  ком
пещись  должно”.  Теперь  она  могла  действовать   вполне   сознательно   и
определенно.

      Екатерина II хорошо понимала место России в  тогдашнем  мире.  Она  не
слепо копировала европейские образцы, но была на уровне тогдашнего  мирового
политического знания.  Она  стремилась  использовать  европейский  опыт  для
реформирования страны, где не было ни частной собственности, ни  буржуазного
гражданского  общества,   но,   напротив,   имелось   традиционно   развитое
государственное хозяйство, господствовало крепостное право.



                         Секуляризационная реформа.

      Одной из проблем  разрешением  которой  занялась  Екатерина  в  первую
очередь была связана с церковными имениями. Число  крестьян  числившихся  за
духовенством составляло почти миллион человек. Кирилловский  монастырь  один
владел 35 000 душ: Троицке – Сергиевский – 120 000. Факт того,  что  церковь
владела подобными богатствами,  не  вписывался  в  екатерининскую  концепцию
идеального государства, не соответствовал ее взглядам на роль церкви.

      Также страна остро нуждалась в  деньгах  и  изъятие  у  церкви  земель
позволяло быстро пополнить казну. Наконец, в-третьих, взаимоотношения  между
крестьянами и  монастырскими  властями  обострились  как  никогда  прежде  и
государству приходилось вмешиваться, чтобы улаживать конфликты.  Этим  очень
удобным  предлогом  и  воспользовалось  государство.  Оно  как  бы  говорило
церкви: или справляйтесь с крестьянами сами, или отдайте их мне,  а  на  то,
чтобы всякий раз посылать для их усмирения воинские команды, средств нет.

      У Екатерины необходимость секуляризационной реформы,  видимо,  никогда
сомнений не вызывала, и она лишь собиралась провести  ее  постепенно,  когда
улягутся страсти  вокруг  поспешных  преобразований  ее  мужа.  Она  создаёт
Комиссию  о  духовных  имениях  во  главе  с  Г.  Н.Тепловым   —   человеком
деятельным, способным, преданным и довольно циничным. К концу года  комиссия
Теплова представила императрице «Мнение о  монастырских  деревнях».  12  мая
1763 года восстанавливается  работавшая  при  Петре  и  закрытая  Екатериной
Коллегия экономии, но не ради конфискации церковных  владений,  а  формально
лишь для того, чтобы их описать. Комиссия между тем  работала  над  проектом
реформы, который был  готов  в  начале  1764  года.  Екатерина  приняла  его
благосклонно и 26 февраля подписала манифест, по которому  все  монастырские
вотчины вновь оказались в ведении Коллегии экономии, то есть государства.  А
поскольку  монахи  теперь   перешли   на   его   содержание,   все   епархии
подразделялись на три класса — каждому  соответствовало  определенное  число
монастырей и находившихся в них монахов.  Лишние  монастыри  выводились  «за
штат», - а монахи или переходили в другие монастыри, или доживали свой  век,
кормясь подаянием. Общее число монастырей сократилось в три с  лишним  раза.
Иные из них представляли собой историческую  или  культурную  ценность  и  в
результате запустения погибли. Но  в  XVIII  веке  о  сохранении  памятников
архитектуры еще не задумывались.

      Государство между тем поправило  свои  денежные  дела,  обложив  около
миллиона  вышедших  из  крепостной  зависимости  крестьян   полуторарублевым
налогом.  Но  главное,  реформа  окончательно  лишила  православную  церковь
какого-либо политического влияния, поставив ее в финансовую  зависимость  от
государства. Таким образом появился  еще  один  важный  рычаг  регламентации
духовной жизни общества. Ограничивая жесткими рамками количество  подданных,
имеющих право посвятить себя Богу, государство тем самым определяло и  место
церкви в  социально-политической  системе.  Секуляризация  церковных  земель
означала  продолжение  секуляризации  общества  в  целом.   Духовенство   же
окончательно превращалось в один из отрядов  чиновничества.  Именно  в  этом
видела его роль и Екатерина и впоследствии,  занимаясь  созданием  в  России
полноценных сословий, она никогда не пыталась сделать таковым духовенство.

      Избранная  Екатериной  тактика  постепенных  реформ  принесла   плоды:
секуляризация, начатая еще при Петре I, так  дружно  принятая  в  штыки  при
Петре  III,  теперь  почти  не  вызвала  в  обществе   протеста:   поведение
императрицы не давало повода заподозрить ее в пренебрежительном отношении  к
православию.



                           Первые преобразования.


                                    ВЭО.

Из числа первых преобразований Екатерины хотел бы отметить, что в 1765  году
интересах дворянства было учреждено Вольное  экономическое  общество  (ВЭО).
Главой его избирается  фаворит  императрицы  Григорий  Орлов,  что  является
одним из доказательств степени внимания уделявшегося  Екатериной  ВЭО.  Одно
из старейших в мире и первое в  России  экономическое  общество  (вольное  -
формально  независимое  от  правительственных  ведомств)  было  учреждено  в
Петербурге. Землевладельцы стремившиеся в условиях роста рынка  и  торгового
земледелия     рационализировать      сельское      хозяйство,      повысить
производительность крепостного труда. Остальные же через  ВЭО  хотели  найти
точки понимания с  властью  или  занимались  политическим  лоббизмом.  Стоит
отметить, что основание ВЭО было одним из проявлений политики  просвещенного
абсолютизма. ВЭО начало деятельность объявлением конкурсных задач,  изданием
“Трудов ВЭО” (1766-1915,  более  280  томов)  и  приложений  к  ним.  Первый
конкурс был объявлен по инициативе самой императрицы в  1766  году:  “В  чем
состоит собственность земледельца (крестьянина) в земле ли его,  которую  он
обрабатывает, или в движимости и какое он право на то и  другое  для  пользы
общенародной иметь должен?”. С  помощью  этого  «пробного  камня»  Екатерина
хотела выяснить общественное настроение. Сама постановка этого вопроса  была
для  того  времени  поистине  революционным  событием  и,  хотя   каких-либо
практических последствий конкурс не имел, крестьянский вопрос именно  с  тех
пор стал предметом общественного  обсуждения.   Из  160  ответов  русских  и
иностранных авторов наиболее прогрессивным  было  сочинение  правоведа  А.Я.
Поленова,  критиковавшего   крепостничество.   Ответ   вызвал   недовольство
конкурсного комитета ВЭО и напечатан не был. До  1861  года  было  объявлено
243  конкурсные  задачи  социально-экономического  и   научно-хозяйственного
характера.  Социально-экономические  вопросы  касались  трех   проблем:   1)
земельной собственности и крепостных отношений, 2) сравнительной  выгодности
барщины и  оброка,  3)  применение  наемного  труда  в  сельском  хозяйстве.
Деятельность  ВЭО  способствовала   внедрению   новых   сельскохозяйственных
культур, новых видов сельского хозяйства, развитию экономических  отношений.
Еще стоит отметить, что впервые  в  России  власть  и  бизнес  начали  вести
цивилизованный диалог. ВЭО существовало в России более 150лет. В  члены  ВЭО
обсуждали широкий  круг  вопросов  касающихся  не  только  экономики,  но  и
политики, социальной сферы, государственного устройства. Благодаря  этому  в
19 веке ВЭО становится центром либерального  движения,  откуда  вышла  целая
плеяда известных политических деятелей, таких как  Петрункевич  Иван  Ильич,
Шаховской Дмитрий Иванович.



                  Комиссии опекунства иностранных граждан.

      Еще до основания Вольного экономического общества, в  июле  1763  года
Г.Г.Орлов получил и другой  важный  пост:  главы  вновь  созданной  Комиссии
опекунства  иностранных  граждан.  Несмотря  на  скромное   название   этого
учреждения,  само  назначение  в  него  фаворита  было  многозначительным  и
подчеркивало его важность в  глазах  императрицы.  И  действительно,  еще  4
декабря 1762 года был издан манифест  Екатерины  о  приглашении  иностранных
колонистов, по которому за последующие два года в Россию  прибыли  около  30
тысяч  поселенцев,  осевших  главным  образом  в  Саратовской  губернии.  Им
предоставлялись  свобода   вероисповедания,   ограниченное   самоуправление,
кредиты на обзаведение хозяйством и большие  земельные  наделы,  избавленные
на  определенный  срок  от  налогов  и  рекрутских  наборов.  В  отличие  от
иностранцев, приезжавших в Россию  при  Петре  I  и  его  преемниках,  новые
переселенцы собирались вести здесь крестьянскую жизнь, возделывая  землю.  В
результате осваивались  территории  (позднее  также  земли  Новороссии),  на
которые  у  русского-  правительства  не  хватало  средств,  и  одновременно
демонстрировалась эффективность свободного труда.

Екатерине  в  связи  с  её  реформаторскими  планами   нужен   был   сильный
законодательный  орган,  поэтому  в  1763  году  по  проекту   Панина   была
осуществлена  сенатская  реформа.   Необходимость   коренной   реорганизации
Сената,  этого  детища  Петра  Великого,  назрела  давно.  Преемники   царя-
реформатора то низводили его до ничтожного состояния, то вновь  подымали.  В
результате  указы  Сената  на  местах  практически  не   исполнялись,   дела
рассматривались  годами,  а  сами  сенаторы  давно  перестали  ощущать  себя
коллективным alter ego (второе я — лат.) государя, какими  хотел  их  видеть
Петр. В ходе реформы 1763  года  Правительствующий  Сенат  был  разделен  на
шесть департаментов со строго определенными функциями у каждого.  Возглавили
департаменты  обер-прокуроры,  подчинявшиеся  генерал-прокурору.  В  ведение
каждого  департамента  передавались  определенная   сфера   государственного
управления  и  конкретные  государственные  учреждения.  Сенат   по-прежнему
сочетал административную, контрольную и судебную  функции,  хотя  номинально
лишился функции законодательной. В результате он стал  работать  оперативнее
и квалифицированнее. На некоторое время  необходимость  более  основательной
реформы центрального управления потеряла былую остроту. И лишь  в  последнее
десятилетие своей жизни  Екатерина  вновь  вернулась  к  идее  реорганизации
Сената, подготовила обширный проект, но реализовать его так и не успела  Тем
не менее реформа укрепила  центральную  власть  и  создала  предпосылки  для
превращения России в унитарное государство, что было реализовано  Екатериной
в Губернской реформе,  о которой я расскажу чуть позже.



                             Восстание Пугачева.

      Одним из знаковых событий времени правления Екатерины стало  восстание
Пугачева, ни одно событие её времени так сильно не повлияло на  политический
курс правительства.  Сперва, когда в октябре 1773 года  в  Петербург  пришло
известие о бунте на Яике, императрица сочла,  что  речь  идет  об  очередной
«глупой казацкой истории». Но  уже  вскоре  развитие  событий  заставило  ее
изменить свое мнение. На борьбу с восставшими послали верного  А.И.Бибикова,
хорошо зарекомендовавшего себя в качестве руководителя  Уложенной  комиссии,
а еще ранее как усмирителя  приписных  крестьян.  Новгородскому  губернатору
Я.Е.Сиверсу  Екатерина  писала:  «Генерал  Бибиков   отправляется   туда   с
войсками... чтобы побороть этот ужас XVIII  столетия,  который  не  принесет
России ни славы, ни чести, ни прибыли, но наконец с Божиею помощью  надеюсь,
что мы возьмем верх. По всей вероятности  это  кончится  повешаниями.  Какая
перспектива, г. губернатор, для меня, не любящей повешаний! Европа  в  своем
мнении отодвинет нас ко временам царя Ивана  Васильевича  —  вот  та  честь,
которой мы должны ожидать для империи от  этой  жалкой  вспышки».   Ситуация
стала особенно опасной летом 1774 года, когда Пугачев перебрался  на  правый
берег Волги и  восстание  охватило  районы,  плотно  заселенные  помещичьими
крестьянами.  Возникла  реальная  угроза  крупнейшим   городам   Центральной
России, в том числе  Москве.  «Мы  тут  в  собрании  нашего  совета  увидели
государыню крайне пораженною, —  сообщал  Н.И.Панин  своему  брату  генералу
П.И.Панину, — и она объявила  свое  намерение  оставить  здешнюю  столицу  и
самой ехать для спасения Москвы и внутренности империи, требуя и настоя и  с
великим жаром, чтоб каждый из нас сказал ей о  том  свое  мнение.  Безмолвие
между нами было великое».

      Командующим   правительственными   войсками    вместо    скоропостижно
скончавшегося  Бибикова  был  назначен  П.И.Панин.  Императрица   дала   ему
следующие  инструкции:  «Намерение  наше...  не  в  том  одном  долженствует
состоять, чтоб поражать, преследовать и  истреблять  злодеев...  но  паче  в
том, чтоб поелику возможно, сокращая пролитие крови  заблуждающих,  кое  для
человеколюбивого нашего сердца столь оскорбительно, возвращать  их  на  путь
исправления чрез истребление мглы, души их помрачившей, возстановлять  везде
повиновение, покой и безопасность внутреннего гражданского общежития...».

      Как  и  предвидела  Екатерина,  восстание  Пугачева  —  самое  крупное
социальное потрясение XVIII столетия — закончилось казнями. Главная  из  них
состоялась в  Москве  10  января  1775  года.  По  свидетельству  одного  из
очевидцев,  собравшиеся  в  тот  день  на  Болотной  площади  ожидали,   что
самозванный император будет посажен на кол,  но  объявили  о  четвертовании.
При этом, по тайному указанию императрицы и вопреки обычаю, чтобы  сократить
муки казнимого ему сперва отрубили голову, а уж затем  руки  и  ступни  ног.
Вообще репрессии против восставших  после  подавления  бунта  были,  вопреки
встречающимся  в  литературе  утверждениям,  не  столь  уж  масштабны.  Так,
например, из 9164 человек, чьи дела рассматривались  Казанской  следственной
комиссией, казнены 38, а 8342 — отпущены. Из 40 мятежников,  проходивших  по
генеральному следствию, то есть из тех,  кто  был  признан  самыми  Хотя  во
время следствия делались тщетные попытки обнаружить зловредное  влияние  из-
за рубежа и  изучалась  роль  старообрядцев  в  среде  восставших,  истинные
причины  «бессмысленного  и  беспощадного»,  по  словам  А.С.Пушкина,  бунта
Екатерина отлично понимала. Долго  сдерживаемая  энергия  народа  прорвалась
наружу и оказалась гораздо более страшной и разрушительной, чем  можно  было
себе представить.

      Документы сохранили множество свидетельств массовых казней  не  только
офицеров и помещиков, которые оказали мятежникам сопротивление, но и их  жен
и детей,  а  также  мелких  чиновников,  священников,  торговцев  и  простых
солдат, не захотевших изменить присяге. В ходе восстания  разрушались  дома,
церкви, разорялись заводы, выжигались поля,  тысячи  людей  погибли  в  боях
пугачевцев с правительственными войсками. Когда  с  бунтом  было  покончено,
край, который он охватил, надолго остался опустошенным.  Сам  же  Пугачев  —
человек невежественный и ограниченный, хоть и талантливый — не  имел,  да  и
не мог иметь какой-либо программы преобразования страны. Приди он к  власти,
и  на  месте  екатерининской  России  возникло  бы  государство  еще   более
жестокое, но уже с новыми хозяевами,  да  к  тому  же  отброшенное  в  своем
развитии далеко назад.

      Показательно, что казнь Пугачева состоялась  именно  в  Москве.  И  не
только  потому,  что  именно  сюда  стремился  самозванец,  чтобы   «принять
престол». Но и потому, что в сознании Екатерины Москва была  символом  всего
того  темного,   мрачного,   варварского,   обращенного   в   прошлое,   что
олицетворяла для нее Пугачевщина.  Она  ясно  показала,  что  консервативные
настроения присущи самым широким слоям  народа,  ведь,  в  сущности,  чаяния
пугачевцев,  выраженные  в  многочисленных  «манифестах»  их   предводителя,
сводились  не  к  построению  на  обломках  старого  строя   нового,   более
свободного  и  демократического  общества,  а   лишь   к   перераспределению
собственности.   И   одновременно   восстание   было   признаком   глубокого
внутреннего   неблагополучия,   сигналом   к   безотлагательному   действию.
Испуганное  дворянство  как  никогда  прежде  сплотилось  вокруг  трона,   и
императрица могла не опасаться  серьезного  сопротивления  воплощению  своих
замыслов.  Однако  в  подготовке  необходимых  законопроектов   она   теперь
полагалась лишь на саму  себя.  Так  начался  новый  этап  ее  царствования,
нередко называемый  периодом  «легисломании»  —  словом,  которое  она  сама
употребляла в  переписке  с  иностранными  корреспондентами,  описывая  свои
занятия.  Ибо  составление  новых  законов  стало   отныне   главным   делом
государыни.



                                Легисломания.

      О своей «легисломании» Екатерина отзывалась с присущей ей  иронией,  а
между  тем  она  продолжала  свой  внутриполитический  курс  и   создаваемые
императрицей законодательные акты служили  выполнению  той  же  политической
программы, которую она наметила в самом начале своего царствования.

      Первые из них появились сразу  же,  как  это  позволили  “политические
обстоятельства”. Уже в марте 1775 года по случаю подписания мира  с  турками
был опубликован манифест «О  высочайше  дарованных  милостях».  В  манифесте
объявлялось,  что  отныне  «всем  и  каждому»  дозволено   открывать   новые
производства  без  какого-либо  специального   разрешения.   Иначе   говоря,
декларировалась  свобода  предпринимательства.   Относительно   торговли   и
промышленности Екатерина отказалась от  усвоенной  Петром  системы  опеки  и
надзора  исключение сделано только  для  хлеба,  цены  которого  императрица
хотела регулировать, устроив во всех городах хлебные магазины..

      В том же 1775 году были  восстановлены  купеческие  гильдии  и  введен
высокий имущественный ценз на вступление  в  них.  Зато,  попав  в  гильдию,
купец получал  определенные  привилегии  и,  в  частности,  освобождался  от
рекрутской повинности  и  подушной  подати,  которая  заменялась  налогом  с
оборота.  По  мысли  законодательницы,  эти  меры,  наряду   с   ликвидацией
монополий в промышленности, открытием русских консульств в  крупных  морских
портах зарубежных стран, развитием банковского  дела,  оживлением  денежного
обращения и др.,  должны  были  стимулировать  торговлю  и  производство,  а
следовательно, и ускорить процесс складывания третьего сословия.

      Екатерина верно подметила основные последствия начатой  еще  при  Анне
Иоанновне и  продолжавшейся  при  Елизавете  Петровне  широкой  приватизации
казенных предприятий, когда их владельцами становились  в  основном  крупные
сановники. Дабы выйти из положения, правительство принялось выкупать  заводы
у вельмож обратно в казну. Эта мера на  некоторое  время  погасила  волнения
приписных крестьян, но на  состоянии  промышленности  сказалась  не  слишком
благоприятно, поскольку  у  государства  не  было  необходимых  средств  для
развития тяжелой индустрии, и уже к  концу  века  еще  недавно  вышедшая  на
первое место в мире по выплавке чугуна Россия  стала  отставать  от  ведущих
европейских стран. В области промышленности и торговли Екатерина II  (указом
1767  года  и  манифестом   1775   года)   провозгласила   принцип   свободы
предпринимательской  деятельности,  что  было  выгодно  в   первую   очередь
дворянству: оно обладало  крепостными  трудовыми  ресурсами,  имело  дешевое
сырье,  получало  субсидии  от   государственных   и   сословных   кредитных
учреждений.  Дворянство,  в  том   числе   и   среднее,   встало   на   путь
крепостнического   предпринимательства    стало   расти   число    вотчинных
мануфактур. Рост крестьянских мануфактур также оказался на руку  дворянству,
так как многие крестьяне предприниматели  были  крепостными.  Наконец,  уход
оброчных  крестьян  в  город  на  заработки  также  был   удобен   помещику,
стремившемуся получить больше наличных  денег.  Капиталистических,  то  есть
основанных на наемном труде, предприятий было немного, да и наемные  рабочие
зачастую были лично не свободными, а крепостными крестьянами на  заработках.
Абсолютно преобладающими были формы промышленности, основанные на  различных
видах подневольного труда. В начале царствования  Екатерины  в  России  было
655 промышленных предприятий, к концу  2294.

      Так же говоря о новаторской деятельности Екатерины в области экономики
нельзя не упомянуть заселение отдаленных земель. Чтобы  населить  пустынные,
но чрезвычайно плодородные поволжские и украинские земли, Екатерина  вызвала
иностранных колонистов, она обещала  им  беспроцентную   ссуду  капитала  на
десять лет и освобождение от всякой бы и податей в течение 30  лет.  Первыми
колонистами преимущественно немцы. Подобно Фридриху II, она  давала  убежище
всем изгнанным из-за религии. В одной Саратовской губернии поселено было  до
12 тысяч семейств, многочисленные потомки которых живут еще  и  ныне  в  том
крае,   в  одном  1774  прибыло  до   26   тысяч   колонистов.   Уничтожение
малороссийского гетманства и разорение Сечи  Запорожской  благоприятствовали
колонизации. Об уничтожении гетманства на  Украине  я  хотел  бы  рассказать
особо.


                   Уничтожение малороссийского гетманства.

       В  свое  время  Петр  I,  создавший  губернскую  систему  управления,
подчиненную  сильной   центральной   власти,   заложил   основы   устройства
Российского государства как унитарного. Однако отдельные  территории  страны
в силу различных причин сохраняли признаки  автономии.  Екатерина  имела  по
этому  поводу  вполне  однозначное  мнение:  «Малая  Россия,   Лифляндия   и
Финляндия  —   суть   провинции,   которые   правятся   конфирмованными   им
привилегиями; нарушить оные все вдруг весьма непристойно б было, однако ж  и
называть их чужестранными и обходиться с ними на  таком  же  основании  есть
больше, нежели ошибка, а  можно  назвать  с  достоверностию  глупостию.  Сии
провинции, также и Смоленскую,  надлежит  легчайшими  способами  привести  к
тому, чтоб они обрусели и перестали бы глядеть как волки к лесу... когда  же
в Малороссии гетмана не  будет,  то  должно  стараться,  чтоб  навек  и  имя
гетманов исчезло».

      Эти слова написаны в начале 1764 года в секретной инструкции  генерал-
прокурору  Сената   и,   следовательно,   определяли   стратегическую   цель
императрицы. Отменить гетманство было несложно,  ибо  еще  с  елизаветинских
времен пост гетмана занимал поклонник  Екатерины  граф  Кирилл  Разумовский,
давно уже живший  в  Петербурге,  редко  бывавший  на  родине  и  фактически
передоверивший все дела своему  правителю  канцелярии  Г.Н.Теплову.  Ему  же
императрица  поручила  и  работу  над  проектом   нового   административного
устройства Украины. Теплов составил «Записку о Малой России», где, в  полном
соответствии с волей своей  державной  заказчицы,  доказывал,  что  нынешняя
система   управления   на   Украине   никак   не   соответствует   характеру
самодержавного  государства.  Разумовский,  после  переворота  попытавшийся,
наоборот, добиться того, чтобы гетманство на Украине  стало  наследственным,
легко уступил  и  в  конце  1764  года  вышел  в  отставку.  Для  сохранения
видимости,  что  автономия  Украины  не  уничтожается  вовсе,  была  создана
Малороссийская коллегия,  которую  возглавил  П.А.Румянцев.  Он  же  стал  и
генерал-губернатором Украины, чем подчеркивалось, что такая смешанная  форма
управления носит временный, переходный характер.

      Румянцев   получил   подробную   секретную   инструкцию    императрицы
постепенно   ликвидировать   все   особенности   социально-политического   и
экономического устройства Украины с тем, чтобы  она  стала  полноценной,  то
есть способной приносить пользу,  губернией  Российской  империи.  Екатерина
была недовольна тем,  что  на  Украине  сохранялись  монастырские  земельные
владения, что свободное передвижение украинских крестьян мешало сбору с  них
податей, да и точное число налогоплательщиков было неизвестно,  что  там  не
проводились рекрутские наборы и  никто  не  следил,  как  товары  уходят  за
границу. Иначе говоря, империя не извлекала из этих земель всей той  выгоды,
на которую могла рассчитывать.

      Румянцев успешно справился с возложенной  на  него  задачей.  Железной
рукой, хотя и опять же постепенно, за несколько десятилетий он  ликвидировал
все  остатки  былой  казачьей  вольницы,  изменил  прежнее  административное
деление по общероссийскому образцу и для облегчения сбора податей  прикрепил
крестьян к земле, то есть фактически ввел на Украине крепостное право.

                            Крестьянский вопрос.

      Ошибочно  думать,  что  увлекшись  «Наказом»,  сенатской  реформой   и
реформами в области экономики  Екатерина  забыла  про  крестьянский  вопрос.
Просто она убедилась, что всякая попытка радикального его решения  неминуемо
вызовет волну дворянского протеста, которая может  захлестнуть  и  её  саму.
«Едва посмеешь сказать, что они (крестьяне) такие же люди, как  мы,  и  даже
когда я сама это говорю, - с горечью писала императрица,  -  я  рискую  тем,
что в меня станут бросать каменьями. Но Екатерина не отступилась  от  своего
замысла и будучи искусным политиком  предпочитала  действовать  осторожно  и
неспеша.  Первые  свои  попытки  изменить  ситуацию   Екатерина   начала   с
Лифляндии. После посещения в 1764 году прибалтийских  провинций  она  велела
лифляндскому губернатору Ю.Ю. Броуну

      Обсудить отношение крестьян и помещиков на заседании  ландтага  (орган
сословного представительства). На этом заседании Броун отметил, что  главное
зло  состоит  в  отсутствии  у  крестьян  права  собственности  и   требовал
установить  это  право  на  движимое  имущество,  а  также  регламентировать
крестьянские повинности и пресечь продажу крестьян за  границы  Лифляндии  и
торговлю ими поодиночке. Принятые тогда меры  в  1816-1818  годах  облегчили
Александру I отмену крепостного права в Прибалтике.

      В 1771 году правительство  Екатерины  предприняло  попытку  ограничить
продажу крестьян без земли, запретив торговлю ими  с  аукциона.  В  1773году
Сенат, ссылаясь на Наказ, предписал строго соразмерять наказание крестьян  с
совершенным преступлением и, в частности, сечь плетьми, а  не  кнутом,  ибо,
наказание кнутом в нашей стране почти равнялось смертной казни. В 1775  году
им было запрещено продавать своих  крепостных  в  услужение  людям  на  срок
более 5 лет. В марте того же года уже упомянутым манифестом отменялось  (что
соответствовало планам Екатерины,  обозначенным  еще  в  черновиках  Наказа)
многие десятилетия существовавший закон,  по  которому  отпущенных  на  волю
следовало непременно вновь закрепостить. Теперь их было велено записывать  в
купечество или в мещанство. Так фактически впервые была  декларирована  сама
возможность освобождения от крепостных пут, и в России  появилась  категория
свободных граждан. Не случайно на это екатерининское постановление  ссылался
впоследствии Александр I в своём указе о вольных хлебопашцах 1803года.

      Свободными объявлялись и питомцы  воспитательных  домов,  а  в  случае
брака –  их  супруг  или  супруга.  Запрещено  было  обращать  в  крепостную
зависимость церковников, пленных и незаконнорожденных. Иначе  говоря,  сфера
крепостничества  сужалась,  ограничивалось  его  распространение  на   новые
категории населения. Так же я  хотел  бы  коснуться  такого  документа,  как
Дворянская грамота, где вопрос  о  владении  крепостными  обойден  стороной.
Лишь одна статья грамоты,  да  и  то  появившиеся  в  ней,  по-видимому,  на
последнем этапе работы над документом,  подтверждала  право  дворян  владеть
деревнями. Многих историков эта статья ввела в  заблуждение,  ведь  понятно,
что деревня – это не только избы, но  и  живущие  в  них  крестьяне.  Однако
законодательная практика того времени рассматривала деревни и крестьян   как
два самостоятельных субъекта владения.

      Характерна следующая запись в бумагах императрицы, позднее воплощенная
в одном из указов: «Всякий помещик знает свою отмеженную  границу  –  земля,
лес и всё угодье его. Мужик его же и все, что сей нажил и выработал, его  же
».

      Не смотря на то, что многие проекты Екатерина  не смогла  воплотить  в
жизнь, т.к. они не нашли широкой общественной поддержки, тем  не  менее  она
создала  предпосылки   для  дальнейшего   реформирования   отношений   между
землевладельцами и крестьянами, что и произошло при Александре I.


                          Административная реформа.


                     Учреждения для управления губерний.

      Екатерина  не  питала  иллюзий  по  поводу  исполнения   изданных   ею
законопроектов. Она решила укрепить «властную вертикаль». Это её  желание  в
совокупности с давно назревшими проблемами  в  управлении  породило  главное
событие 1775 года появление на  свет  одного  из  важнейших  законодательных
актов Екатерины II — «Учреждения для управления губерний».  Само  знакомство
с этим  обширным  документом  объемом  более  полутораста  печатных  страниц
убеждает, что готовя его, императрица проделала  поистине  гигантский  труд.
Об этом свидетельствуют  и  многочисленные  черновики,  сохранившиеся  в  ее
архиве. Как единодушно  утверждают  историки  русского  права,  «Учреждения»
были новым словом в  законодательной  практике  России:  документ  отличался
простым и  ясным  языком,  без  сложных  иностранных  терминов  и  при  этом
детальной    разработкой    норм    государственного,     административного,
финансового, семейного и других  отраслей  права.  Созданная  по  губернской
реформе 1775 года система  местного  управления  просуществовала  до  реформ
1860-х годов,  а  введенное  ею  административно-территориальное  деление  —
вплоть до Октябрьской революции.

      За основу деления страны на  губернии  Екатерина  взяла  территории  с
населением  в  300—400   тысяч   человек,   причем   никакие   национальные,
исторические или экономические особенности во внимание не принимались.  Зато
так  было  гораздо  удобнее  осуществлять  управление  страной  из   центра.
Исполнительную  власть  в  губернии  возглавлял  губернатор   или   генерал-
губернатор,  при  котором   создавалось   губернское   правление.   Губернии
членились на уезды с населением в 20—  30  тысяч  человек.  Власть  в  уезде
возглавлял  городничий.  Для  управления  городами   учреждался   губернский
магистрат, а в самих городах — городовые магистраты.

      Губернская реформа 1775 года стала  важным  этапом  по  окончательному
превращению России в  унитарное  государство  путем  введения  единообразной
системы  управления  на  всей  территории  империи.  Новые  земли,   которые
впоследствии присоединялись к империи, сразу же получали  органы  управления
в соответствии с «Учреждениями». И хотя позднее, при Павле I и Александре  I
некоторые  национальные  окраины   вновь   обрели   отдельные   традиционные
институты власти, характер государства в целом это изменить  уже  не  могло.
Важность  же  унификации  управления  состояла  прежде  всего  в  том,   что
громоздкая  конструкция,  которую  представляла   собой   многонациональная,
обширная по территории, с разнообразными  климатическими,  экономическими  и
культурными   условиями   Российская   империя,    становилась    необычайно
устойчивой.

      Введение  «Учреждений»  означало  и  судебную  реформу.  Еще  Петр   I
попытался  создать  самостоятельную  судебную  власть,  то   есть   судебные
учреждения, отделенные от органов исполнительной власти.  Однако  после  его
смерти содержание самостоятельных судов показалось новым  правителям  затеей
слишком  дорогой,  и  право   суда   возвратили   местным   администраторам.
Перечисляя «болячки» страны, обнаруженные в первые  годы  своего  правления,
Екатерина отмечала  и  то,  что  «та  же  места,  коя  решит  дело,  оная  и
исполняет».  Хорошо  знакомая  с  идеей  Монтескье  о  разделении   властей,
императрица установила новую систему судебных органов. Правда, не  до  конца
независимых:  губернатору  вменялось  в  обязанность  бороться  с   судебной
волокитой.

      Как  уже  ясно  из  вышесказанного,  «Учреждения»   1775   года   были
многоцелевым  и  многоаспектным  документом.  Коснулись  они  и  еще  одного
важного  для  того  времени  вопроса.  Уже  в  Уложенной  комиссии   дворяне
выступали с требованием передать в их руки управление на  местах,  и  теперь
императрица решила пойти им навстречу.  Согласно  «Учреждениям»,  целый  ряд
должностей местной администрации — заседатели судов разных ступеней,  в  том
числе  совестного,  уездные  судьи,  земские  капитан-исправники  и  др.   —
замещались выборными из местных дворян. Казалось, что таким образом  дворяне
станут, с одной стороны, хозяевами в своих губерниях, а с другой —  вышедшие
после 1762 года в отставку помещики смогут получать дополнительные  средства
к существованию, почти не выезжая из своих имений. Но Екатерина не  забывала
и  об  интересах  страны.  Фактически  так  удавалось  вернуть   дворян   на
государственную   службу   и   заполнить   многочисленные   административные
должности, которые в ином случае рисковали  остаться  вакантными.  При  этом
дворянская сословная организация как бы становилась частью  государственного
аппарата,  поскольку  все   дворянские   должности,   включая   предводителя
дворянства,  соотносились  с  Табелем  о  рангах  и  получали   определенный
классный чин.

      Екатерина понимала, что только издать новый закон мало, и, как  могла,
зорко следила за судьбой  своего  детища.  «Князь  Александр  Алексеевич!  —
пишет она Вяземскому  в  ноябре  1775  года.  —  Всуе  будет  всякое  доброе
учреждение, ежели не падет жребий исполнения онаго  на  людей  совершенно  к
тому способных. На сем основании возвращаю я доклад от  Сената...  о  чинах,
помещаемых в палаты судные  Тверскаго  и  Смоленскаго  наместничеств.  Я  не
могла оной утвердить потому, что не вижу я тут людей, искусившихся  в  делах
ею  родов,  к  коим  они  определяются.  ...  Я  чаяла,   что   выбор   оных
соответствовать будет лучшей моей  надежде  и  что  к  сим  местам  взыщутся
искуснейшие из членов Юстиц - и  Вотчинной  коллегии,  с  коих  Сенат  лучше
знать может. И ради сего еще раз я хочу повторить вам мое  желание,..  чтобы
из сих обоих мест в председатели палат  и  верхнего  земского  суда  избраны
были достойные люди, а хотя и из других, но конечно такие, что уже  на  деле
в своих способностях  испытаны...  должно  во  оные  ко  исполнению  частных
должностей избрать умеющих, а не людей, что в делах новы  и  упражнялись  во
всю жизнь в иных званиях».

      Одним из важнейших последствий введения «Учреждений» было значительное
увеличение   армии   чиновников,   которые   все   больше   превращались   в
самостоятельную   и   грозную   политическую   силу.   Укрепление   аппарата
управления,   а   следовательно,   бюрократизация   страны   соответствовала
представлению о том,  каким  должно  быть  регулярное  государство.  Но  его
конструкция оставалась еще далеко не завершенной. В 1782  году  появился  ее
новый  важный  элемент  —  «Устав  благочиния»,  еще  один  плод   увлечения
императрицы законотворчеством.

      Если согласно «Учреждениям», страна была разбита на губернии, губернии
— на уезды, и в каждом посажено по  доброй  дюжине  разных  начальников,  то
теперь дошла очередь и до городов. Каждый из них был разделен  на  части,  а
те — на кварталы. В каждой городской части — по 200— 700  дворов  и  частный
пристав, в каждом квартале —  50—100  дворов  и  квартальный  надзиратель  с
квартальным  поручиком.  Над  всеми  ними   возвышается   городская   управа
благочиния, где заседают городничий, два  пристава  и  два  ратмана.  Управа
имеет «бдение, дабы  в  городе  сохранены  были  благочиние,  добронравие  и
порядок», к чему относятся контроль за  торговлей,  поимка  беглых,  починка
дорог, улиц и мостов, борьба с азартными играми, строительство бань,  разгон
не разрешенных  законом  «обществ,  товариществ,  братств  и  иных  подобных
собраний».

      Непосредственный вершитель полицейского надзора  в  городе  —  частный
пристав. Именно он следит за порядком и,  в  частности,  за  тем,  чтобы  не
происходило несанкционированных «сходбищ и  скопищ»,  советуя  обывателям  в
таких случаях разойтись по домам и «жить покойно и безмятежно». Как  обычно,
Екатерина не забыла и о мелочах. «Устав  благочиния»  предписывал  в  каждом
квартале поставить специальный  столб  для  развешивания  объявлений.  Столб
этот —  в  сущности,  один  из  органов  управления,  некий  «информационный
центр», при помощи которого городские, да и более высокие,  власти  сообщают
подданным, как им надлежит жить.

      Особую прелесть новому закону придавало «зерцало управы благочиния»  —
своего  рода  моральный  кодекс  и  полицейского  и   рядового   гражданина.
Начинался он семью наказами,  повторявшими  хорошо  знакомые  русским  людям
христианские истины:«Не чини ближнему, чего сам терпеть не хочешь. Не  токмо
ближнему не твори лиха, но  твори  ему  добро  коли  можешь.«  Кто  ближнему
сотворил обиду личную, или в имении, или в добром  звании,  да  удовлетворит
её по возможности. В добром помогите друг другу  веди  слепого,  дай  кровлю
неимеющему, Haпри жаждущего. Сжалься  над  утопающим,  протяни  руку  помощи
падающему.  С пути сошедшему указывай  путь»  Причисленные  к  законам,  эти
истины, которые прихожане привыкли слышать  с  церковного  амвона,  обретали
силу  юридической  нормы,  подкрепленной  авторитетом  высшей  власти.   Так
императрица  брала  на  себя  еще  одну  заботу  просвещенного   монарха   —
воспитывала подданных.


                             Жалованные грамоты.

      Прошло еще три года, и 21 апреля 1785 год на свет  явились  сразу  два
важнейших закона. На сей раз названные «жалованными грамотами» —  дворянству
и  городам.  Дата  была  избрана  не  случайно.  Это   был   день   рождения
императрицы,  Екатерина как бы сама себе преподносила  подарок,  подчеркивая
тем самым значение этих документов.  И  действительно,  на  долгие  годы  им
суждено было стать краеугольным камнем российского законодательства, ибо  на
сей раз государыня добралась до решения самой сложной из поставленных  задач
— создания законодательства о правах отдельных сословий. Сложной это  задача
была потому,  что  никто  до  Екатерины  не  закреплял  в  законах  права  и
обязанности сословий, хотя процесс начался еще при Петре I и закончился  при
Екатерине.  Грамота  подтверждала  дарованное  Манифестом  1762  года  право
дворян служить или не служить по своему выбору, и в том числе наниматься  на
службу в иностранных  государствах.  Закреплялись  и  все  права  дворян  на
наследственные   и   благоприобретенные    имения,    причем    первые    не
конфисковывались даже у самых закоренелых преступников,  а  передавались  их
наследникам. Уточнялось также, что дворянин владеет не только самой  землей,
но и ее недрами. Специальной статьей дворянам разрешалось «иметь  фабрики  и
заводы по деревням». Помещичьи дома в сельской  местности  освобождались  от
постоя войск, а сами дворяне — от всех видов податей.

      Помимо созданных  еще  «Учреждениями»  1775  года  уездных  дворянских
собраний, создавались и губернские, которым придавался  статус  юридического
лица. Им вменялось в обязанность составление губернских родословных книг  из
шести частей. В первую вносились роды,  получившие  дворянство  по  царскому
указу, во вторую — выслужившие дворянское  достоинство  военной  службой,  в
третью  —  гражданской,  в  четвертую   вписывались   дворяне   иностранного
происхождения, в пятую — титулованное дворянство, и,  наконец,  в  шестую  —
старинные дворянские роды.

      Почти всеми включенными в грамоту правами  и  привилегиями  дворянство
уже фактически обладало, но за их оформление в виде закона  оно  боролось  с
петровских  времен.   Грамота   завершила   длительный   процесс   правового
оформления  статуса  дворянства   и   стала   основой   всего   последующего
законодательства  в  этой  области  вплоть  до  Октябрьской  революции.   Но
ошибочно думать, что, ублажая дворян,  Екатерина  забыла  о  государственном
интересе. И далеко не все, на чем настаивало дворянство, нашло  отражение  в
грамоте. Прежде всего уже само название нового  акта  —  «грамота»  —  имело
двоякий смысл.  С  одной  стороны,  подчеркивался  фундаментальный  характер
этого закона, с другой — зависимость дворянства от монаршей  воли.  Права  и
привилегии дворянства, хоть и заслуженные ратными подвигами, объявлялись  не
естественно присущими  этому  сословию,  а  пожалованными  свыше  государем.
Таились в тексте грамоты и иные хитрости. Так дворянин, конечно,  мог  и  не
служить, но если уж он избирал праздность, то лишался  голоса  в  дворянском
собрании. Что касается промышленных предприятий, то четко говорилось лишь  о
праве заводить их в сельской местности, в городах же, как глухо  упоминалось
в Жалованной грамоте, дворянам дозволялось покупать дома  «и  в  оных  иметь
рукоделие».

      Иной характер, нежели грамота дворянству,  носила  Жалованная  грамота
городам. Значительно более объемная, она охватывала  и  более  широкий  круг
вопросов.  И  рассматривались  в  ней  не  только  личные  права  городского
населения, но и организация и деятельность купеческих  гильдий,  ремесленных
цехов и органов городского  самоуправления.  Но  при  этом  система  прав  и
привилегий,  которыми  наделялись  третье  сословие   и   дворянство,   были
максимально сближены. «Городские обыватели», или  мещане,  как  их  называет
грамота,  образуют  градское  общество,  наподобие   дворянского   собрания,
которому также приданы статус и права юридического лица. Если  в  дворянском
собрании  права  голоса  лишается  дворянин,  никогда  не  служивший,  то  в
градском  обществе  —  мещанин,  не  имеющий  собственности  или   капитала.
Градское  общество   заводит   городовую   обывательскую   книгу,   подобную
родословной дворянской и тоже из шести  частей.  В  первую  заносятся  лица,
владеющие в городе недвижимостью, во  вторую  —  гильдейское  купечество,  в
третью — зарегистрированные ремесленники, в четвертую — иностранцы, в  пятую
— именитые граждане (те, кто более одного раза занимал  выборные  должности,
люди с  университетским  образованием,  художники,  архитекторы,  банкиры  и
пр.), в шестую — все остальные жители.

      Согласно грамоте, мещане — это особое сословие — «средний род  людей»,
то есть  то  самое  третье  сословие,  к  созданию  которого  Екатерина  так
стремилась. Звание мещанина, как и дворянское, наследственное, и лишали  его
за те же преступления, что и дворянина. Как  дворян  судят  дворяне,  так  и
мещан  —  мещане.  Купцы  1-й  и  2-й  гильдий  освобождаются  от  телесного
наказания. Первогильдейцам  разрешено  ездить  в  карете,  заложенной  парой
лошадей, купцам 2-й гильдии — в коляске, а 3-й —  лишь  на  телеге  с  одной
лошадью. Именитые же граждане могли не только красоваться,  как  дворяне,  в
карете, но и запрягать в нее аж четверку лошадей. В  третьем  поколении  они
имели право претендовать на дворянство.

      Жители  города  избирали  городскую  думу,  а  та,  в  свою   очередь,
шестигласную думу, куда выходили по  одному  человеку  от  каждой  категории
городских обывателей. Управлял думой городской голова, а  в  ее  обязанности
входило поддержание порядка в городе, надзор за соблюдением правил  торговли
и за состоянием строений. Помимо гильдий для купечества, грамота  закрепляла
и цеховое устройство ремесленников. Екатерина знала, что в  Западной  Европе
того времени ремесленные цехи уже стали анахронизмом  и  мешали  дальнейшему
экономическому и социально-политическому  развитию.  Но  в  России,  считала
она, цехи еще не  исчерпали  свои  возможности  и  могли  быть  полезны  для
оживления ремесленного производства.  Иначе  говоря,  императрица  полагала,
что России нужно не перепрыгивать  через  те  этапы,  которые  уже  миновала
Западная  Европа,   а   развиваться   постепенно.   Разрабатывая   городовое
законодательство,  Екатерина  пыталась   решить   весьма   сложную   задачу:
примирить принципы свободного городского самоуправления и создания  наиболее
благоприятных условий для торговли,  ремесленного  и  иного  производства  с
реалиями крепостнического  Российского  государства  второй  половины  XVIII
века. Дело это  было  непростое.  И  не  только  потому,  что  само  понятие
самоуправления плохо вписывалось  в  ту  систему  власти,  которая  всячески
ограничивала личную свободу горожан,  но  и  потому,  что  городские  жители
оказались не слишком к этому готовы. Сами условия, в которых складывались  и
развивались русские города, были изначально совсем  иными,  чем  в  Западной
Европе, и у их жителей совсем  не  было  опыта  и  традиций  самоуправления.
Екатерина это сознавала и, тем не менее, мечтала: «Заведению  в  государстве
одного манифактурного города, где бы,  пользуясь  некоторыми  вольностями  и
авантажами беспрепятственно могли селиться и питаться как наилучше  возможно
земския и чужестранныя ремесленная люди, какой бы  веры  они  ни  были,  кои
работать  похотят  железную,  стальную  и  другия   метальныя   работы   или
производить торг изготовленными из того товарами. Причем  необходимо  нужно,
чтоб такое  ремесленное  учреждение  купно  со  всем  манифактурным  городом
освобождены  были  от  всех  введенных  мастерских   обществ   и   фабричных
учреждений.

      Все три жалованные грамоты (две опубликованные  и  одна  оставшаяся  в
проекте), по словам американского историка Д.Гриффитса,  представляют  собой
«конституцию в дореволюционном значении этого  слова,  стратегической  целью
которой  было  установление   свободы,   как   ее   понимала   императрица».
Рассмотрение  грамот  как  триединого  целого  «обнаруживает   и   целостную
политическую программу, отражающую ясные и взаимосвязанные  представления  о
форме общественного устройства.  Это  не  либеральные  и  не  консервативные
представления, не про  и  не  антидворянские.  Это  характерные  для  начала
Нового  времени  представления  о   регулярном   государстве   с   сословной
структурой».


                            Народное образование.

      Разрабатывая важнейшие законы, императрица не забывала и еще об  одной
стороне своей деятельности — о народном образовании. К  концу  1770-х  годов
стало  ясно,  что  теория  воспитания,  избранная  Бецким  и  предполагавшая
изоляцию молодых людей от дурного влияния общества,  себя  не  оправдала.  К
тому же созданные учебные  заведения  —  Смольный  институт,  воспитательные
дома, училище  при  Академии  художеств  и  др.  —  были  лишь  подступом  к
формированию системы народного образования. В связи с этим в  начале  1780-х
годов  Екатерина  основывает  Комиссию  об  учреждении  училищ,   руководить
которой станет ее бывший фаворит П.В.Завадовский. Главным консультантом,  по
рекомендации  императора  Иосифа  II,  приглашают  известного   австрийского
педагога  Ф.И.Янковича  де  Мириево.  Комиссия  подготовила  план   создания
двухклассных  училищ  в  уездных  и  четырехклассных  училищ  в   губернских
городах. В них  должны  были  преподавать  математику,  географию,  историю,
физику, архитектуру, русский и иностранный языки. Новые училища поступали  в
ведение местных органов власти, которым поручалось  следить  за  соблюдением
множества  нормативно-методических  документов.  Были  выпущены  учебники  и
пособия,  важнейшим   из   которых   стала   книга   австрийского   педагога
И.Фельбигера  «О  должностях  человека  и  гражданина»,  изданная  Бецким  и
отредактированная  самой  императрицей.  Главная  цель  книги  —  воспитание
верноподданного:

      «Не должно нам никогда того желать, что званию  нашему  не  пристойно,
потому что и получить того не можно... Не терзались  бы  люди  толь  многими
суетными желаниями,  когда  бы  знали,  что  благополучие  не  содержится  в
вещах... Не состоит оно в богатстве, то есть в землях, многоценных  одеждах,
великолепных украшениях или в других вещах... Богатые  удобно  себе  таковые
вещи могут доставать, но чрез то они еще не  суть  благополучны...  Истинное
благополучие есть в нас самих. Когда душа хороша, от  беспорядочных  желаний
свободна и тело наше здорово, тогда человек благополучен.

      В государстве нет ничего полезнее и  нужнее  трудолюбия  и  прилежания
подданных; ничего же нет вредительнее ленности и праздности. ...  Труд  есть
должность наша и твердейший щит против порока. Ленивый  и  праздный  человек
есть бесполезное бремя земли и гнилой член общества.

      ...подданные должны иметь совершенную доверенность  к  вышнему  разуму
верховных своих начальников, на благость их  полагаться  и  твердо  уповать,
что  повелевающие  ведают,  что  государству,  подданным  и   вообще   всему
гражданскому обществу полезно и что они ничего иного не желают, кроме  того,
что обществу за полезное признают.

      Новые училища были бессословные, то есть в  них  принимали  детей  вне
зависимости от их происхождения. Однако располагались училища в  городах,  а
потому доступ в них крестьянским детям был практически  закрыт.  Но  даже  с
учетом этого осуществленные правительством меры имели огромное  значение.  В
стране  появилась  система  народного  образования,  основанная  на   единых
принципах. Большая часть населения стала учиться одним и  тем  же  предметам
по одним и тем же программам и учебникам.

      Выпустив в свет жалованные грамоты дворянству и городам, Екатерина II,
казалось  бы,  выполнила  важнейший  пункт  своей   политической   программы
(создание  сословий)  и  могла  почивать  на   лаврах.   Ее   слава   мудрой
правительницы  и  законодательницы  разнеслась   необыкновенно   широко,   а
авторитет  был  непререкаем,  ведь  за  время  ее  правления  выросло  целое
поколение русских  людей,  не  знавших  иного  государя.  Но  не  таков  был
характер императрицы, чтобы успокоиться.  Она  понимала,  что  ее  программа
реализована лишь отчасти, а следовательно, и  до  желаемого  результата  еще
далеко. Все оставшиеся, отпущенные ей Богом годы жизни Екатерина  продолжала
интенсивно работать над проектами новых  законов,  не  менее  масштабными  и
значительными. Из-под ее  пера  вышли,  наряду  с  проектами  новой  реформы
управления, целые своды уголовного, полицейского, семейного,  имущественного
права,  способных  изменить  политический  строй  России,  превратить  ее  в
гражданское общество. Для их  создания  потребовались  годы  кропотливого  и
тщательного  изучения  русского  и   западноевропейского   законодательства,
специальной литературы и пр. Времени и  сил  уходило  много,  а  императрица
была уже совсем  не  так  молода  и  энергична,  как  прежде.  Не  могла  не
волновать ее и судьба своего  наследия,  ибо  она  понимала,  что  только  в
преемственности политики — залог успеха. С грустью записывает государыня  на
клочке бумаги осенью 1787 года: «Зиму 1787 и начало 1788 года употребить  на
составление главы о Сенате и Сенатскаго порядка, и  Наказа.  Сие  учинить  с
прилежание  и  чистосердечным  радением.  Буде  же  в  сообщении  и  критики
найдутся препятствии и скучные затруднении,  либо  лукавые,  ту  всю  работу
положить в долгой ящик, ибо не вемь (то есть не ведаю), ради  кого  тружусь,
и мои труды и попечение, и горячее к пользе  империи  радении  не  будет  ли
тщетны, понеже вижу, что мое умоположение не могу учинить наследственное».

      Но какого же рода законами  намеревалась  облагодетельствовать  Россию
Екатерина? Прежде  всего,  основополагающими,  фундаментальными  законами  о
характере власти и управления. Российская империя управляется  самодержавным
государем, ибо самодержавие есть  единственно  приемлемая  для  этой  страны
форма правления, всякая иная была бы гибельна. «Основание самодержавия  суть
мудрость, кротость  и  сила.  Мудрость  избирает  полезное  общему  доброму,
кротость употребляет  способы,  споспешествующие  оному  же  добру;  сила  и
власть  приводит  то  и  другое  в  действительное  исполнение».   При  этом
«Императорская величества  власть  есть  самодержавная,  которая  никому  на
свете о своих делах ответу дать не должно,  но  силу  и  власть  имеет  свои
государства и земли по своей воле и  благомнению  управлять».  Императорская
власть имеет  три  рода  «преимуществ».  Во-первых,  она  принадлежит  одной
«особе»,  которая  «есть  освященная,  понеже  святым  миром   помазанно   и
короновано». Ей все подданные приносят присягу в верности, и она  выше  всех
чином,  достоинством,  властью  и  имуществом.   Во-вторых,   она   обладает
законодательной властью, правом заключать мир и объявлять войну,  направлять
за границу послов, «жаловать достоинства, чины и  имения»,  а  также  правом
помилования. Наконец, в-третьих, только  у  императора  есть  право  чеканки
монеты.

      Казалось бы, зачем вообще нужно определять суть самодержавия? Ведь оно
на то и  самодержавие,  чтобы  власть  государя  была  безграничной!  Однако
безграничной ее как раз и делало отсутствие подобного закона. Появись  он  и
самодержавие по существу перестало бы быть таковым, поскольку  оказалось  бы
ограниченным определенными рамками. Но Екатерина никакого  противоречия  тут
не  находила.  Идеология  Просвещения   проводила   четкую   границу   между
самодержавием и деспотизмом. Это деспот правит, подчиняясь лишь  собственным
желаниям, а истинный  самодержавный  монарх  подчиняется  законам.  Суть  же
самодержавия,  по  Екатерине,  в  единоличном  правлении  и  неподотчетности
государя никому, кроме Господа Бога.

      Что же касается закона, то он должен быть справедлив,  но  не  слишком
строг, не «кровав», ибо «строгость  законов  есть  верной  признак,  что  та
земля имеет потаенная немочь или по крайней мере слабость  в  установлении».
И «когда закон кровав, тогда сомнение родится о власти, составляющей  оной»,
ведь «кровавой закон доказывает недостаток законодательства  и  слабость  во
власти исполнительной». Закону надлежит прежде всего  быть  справедливым,  а
«судья должен судить по словам закона». Решение же  судьи,  «не  сходное  со
здравым рассудком или не справедливое, не сходно и законам», причем  «обычаи
не имеют силу закона». Толковать закон  следует  в  «простом,  обыкновенном,
общенародном  смысле».  При  обнаружении   разницы  между  двумя   законами,
действует тот, который издан позднее. Если смысл закона непонятен,  то  надо
вникнуть в причину его издания, сравнить с другими законами, а если и  тогда
«слова  не  имеют  никакого  назначения  или  же  в  простом  смысле  нелепы
окажутся, тогда понимать их в смысле здравого рассудка».

      В планы Екатерины входило  и  много  других  нововведений.  Так,  срок
службы рекрут она собиралась ограничить 15 годами; подумывала о  создании  в
России «мануфактурных городов» по  типу  вольных  городов  Западной  Европы,
освобожденных от налогов и торговых ограничений;

      Она предполагала открыть специальные  училища  для  подготовки  судей,
установить экзамены для всех  прочих  чиновников  и  многое  другое,  что  в
значительной мере выполнили ее  преемники  уже  в  следующем  столетии.  Как
обычно, свои преобразования она намеревалась проводить постепенно.  Так,  на
1797  год  была  намечена  реформа   Сената.   Но   скоропостижная   кончина
императрицы в 1796 году помешала осуществлению ее замыслов.



                                 Заключение.

      Так чем же все-таки была для  России  вторая  половина  XVIII  века  и
каково место Екатерины в  русской  истории?  Прежде  всего  это  было  время
внутриполитической стабильности, пришедшей на смену череды  правительств,  а
с  ними  и  политического  курса,  вереницы  бесконтрольных  временщиков   и
отсутствия  у  власти   четкой   программы.   Это   было   время   активного
законотворчества  и  серьезных  реформ,  имевших  долговременное   значение.
Причем именно Екатерина была, возможно, самым успешным  из  всех  российских
реформаторов, ведь ей без каких-либо серьезных  социальных,  политических  и
экономических потрясений  удалось  почти  полностью  реализовать  задуманную
программу значительных преобразований. Правда, многого она не успела,  а  от
многого ей пришлось  отказаться  по  различным  объективным  и  субъективным
причинам.  Историки,  еще  недавно  обвинявшие  Екатерину  в  реакционности,
нежелании бороться с крепостным правом, последние годы  все  чаще  признают,
что к отмене его русское общество было  не  готово  и  попытка  такого  рода
могла привести к самым негативным  последствиям.  «Она  любила  реформы,  но
постепенные,  преобразования,  но   не   крутые,   —   уже   давно   заметил
П.А.Вяземский. — Она была ум светлый  и  смелый,  но  положительный».  Иначе
говоря,  реформы  Екатерины  носили  созидательный,  а   не   разрушительный
характер. Какие бы последствия не имели те или иные  конкретные  мероприятия
Екатерины в области экономики, ни одно из  них  не  было  разорительным  для
населения.  Во  все  продолжение  ее  царствования  Российское   государство
становилось богаче, а жизнь  подданных  —  зажиточнее.  Одним  же  из  самых
впечатляющих успехов правительства Екатерина можно считать  её  деятельность
в экономике. Было построено 144 новых города.  Число  фабрик  увеличилось  с
500 до 2 тыс. Увеличен ввоз - вывоз внешней балтийской торговли   с  9  млн.
до 44 млн. рублей. Увеличен ввоз -  вывоз  внешней  черноморской  (созданной
Екатериной) торговли с  390  тыс.  до  1  900  тыс.  рублей.  Бюджет  России
увеличился в  4  раза  (сумма  государственных  доходов  с  16  млн.  рублей
поднялась до 69 млн. рублей ) , но самое главное  то, что  она  провозгласив
принцип  свободы  предпринимательской  деятельности,  заложила   тем   самым
фундамент дальнейшего движения России  в  сторону  буржуазного  государства.
Так же впервые в Российской истории бизнес  и  власть  стали  вести  диалог.
Диалог не с позиции силы или шантажа, а  как  равные  партнеры,  и  возможно
если бы не Екатерина, то сейчас не появился  РСПП  и  подобные  организации.
ВЭО  вообще  явления  достаточно  уникальное  и  немалая  заслуга   в   этом
принадлежит лично Екатерине, главой его стал  фаворит  императрицы  Григорий
Орлов, что является одним из доказательств степени внимания императрицы.

      И хотя мы можем характеризовать период правления Екатерины, как период
безусловного  усиления  и  расцвета  крепостничества  тем   не   менее   ряд
законопроектов  её  правительства  привели  к  реальному   улучшению   жизни
крестьян. Таких законопроектов  много,  напомню,  на  мой  взгляд,  наиболее
важные: в 1771 году правительство  Екатерины   ограничило  продажу  крестьян
без земли, запретив торговлю ими с аукциона, в  1773  году  Сенат  предписал
строго соразмерять наказание крестьян с совершенным преступлением. Также  во
время её царствования было издано 123 указа для облегчения жизни народа

      Её приемники продолжили реформы  в  этом  направлении.  Павел  I  ввёл
закон, запрещающий помещикам увеличивать  барщину  более  чем  на  3  дня  в
неделю, а Александр I  в  1803году  подписал  указ  о  вольных  хлебопашцах,
согласно которому помещики  могли  отпускать  крестьян  на  волю.  Из  всего
вышесказанного можно сделать вывод, что дело Екатерины  было  продолжено  её
потомками.  Именно  её  крестьянская  реформа   заложила   предпосылки   для
подписания  манифеста  об  отмене  крепостного  права  Александром    II   в
1861году.

      Особую важность для России имели,  конечно,  успехи  внешней  политики
Екатерины. Россия  значительно  расширила  свои  границы,  население  страны
выросло на несколько сотен тысяч человек  (  отвоёваны  у  Польши  и  Турции
земли с населением до 7 млн. человек. ), а ее положение и авторитет  в  мире
были как никогда высоки. Стоит отметить, что русская армия  была  не  только
одной из самых больших в Европе (армия с 162 тыс.  человек  усилена  до  312
тыс.), но одной из наиболее боеспособной. Русские люди  по  праву  гордились
подвигами Румянцева и Потемкина, Суворова и  Ушакова  (флот  с  21  линейных
кораблей и 6 фрегатов усилен до 67 линейных и 40 фрегатов).

      Правда, со  временем  стало  ясно,  что  далеко  не  все  обстоит  так
благополучно,  как  кажется.  С  усилением  экспансии  России  все  яростнее
становились противодействие и сопротивление европейских держав,  все  острее
— противоречия с ними. Но было бы неверным обвинять в  этом  Екатерину.  Она
была человеком своего времени, когда о могуществе государства судили  не  по
благосостоянию  населения,  а  по  победам  на  полях  сражений  и  размерам
территорий.

      Век  Екатерины  —  это  и  эпоха  духовного   расцвета,   формирования
национального самосознания, складывания в обществе  понятий  чести,  личного
достоинства, законности. Не  случайно  историки  говорят  о  двух  непоротых
поколениях  русских  дворян,  выросших  за  время  правления  Екатерины,  из
которых вышли герои 1812 года и декабристы, великие писатели и  художники  —
гордость  отечественной  культуры.  Немалая  заслуга  в  развитии  свободной
мысли,  литературы  и  искусств  принадлежит  и   самой   императрице,   чьи
собственные духовные запросы и интересы были необыкновенно широки и  которая
собственным  примером  побуждала  подданных  к  занятиям   журналистикой   и
историей, сочинительством и  архитектурой,  театром  и  живописью.  Духовные
силы, накопленные  русскими  людьми  в  послепетровское  время,  именно  при
Екатерине  как  бы  прорвались  наружу,  выплеснулись   в   литературные   и
художественные шедевры, мучительные размышления о судьбе отечества  и  месте
России в мире.

      Конечно, и при Екатерине, как и во всякое время, народ  познал  немало
тягот, страданий, несправедливостей. И реальная жизнь была очень  далека  от
того лубочного всеобщего благоденствия, о  котором  мечтала  императрица.  И
все же этот период русской истории  с  гораздо  большим  основанием,  нежели
многие другие, может именоваться периодом расцвета России.

      Вторая половина XVIII века не случайно названа екатерининской  эпохой,
личность императрицы наложила  на  нее  особый  отпечаток.  Волею  судеб  на
российском  престоле  оказался  человек   яркий,   незаурядный,   оставивший
заметный след в  отечественной  истории,  —  несомненно,  один  из  наиболее
талантливых  государственных  деятелей  России,  верно  сумевший  понять   и
оценить объективные тенденции развития общества  и  небезуспешно  пытавшийся
их направлять. Деяния Екатерины имели долговременное значение  и  во  многом
определили последующую историю страны.



                                 Литература.

1. Павленко Н. И. “Екатерина Великая”, – М., 1999г.
1. Борзаковский П. “Императрица Екатерина Вторая Великая”,  М., 1991г.
2. Альфред Рамбо. “История древней и новой России”, М, 2000г.
2. Каменский А.Б. “Жизнь и судьба императрицы Екатерины Великой”, М, 1997г.

3.  Ключевский В.О. Исторические портреты., М., 1990
4. С.Ф.Платонов "Лекции по русской истории".,М.,1992


смотреть на рефераты похожие на "Реформаторская деятельность Екатерины II"