Политология

Сущность власти



                                  Введение.

        Понятие «власть»  в  обыденной  жизни  и  в  научной  литературе
    употребляется в разных смыслах. При глубоком  рассмотрении  вопроса
    обнаруживается,  что  понятие  «власть»  не  может  быть  полностью
    раскрыто лишь с точки зрения экономики и политики, права и  морали,
    представляющих отдельные аспекты такого многослойного  и  в  то  же
    время  целостного  феномена,  каким  является  власть.  Для   этого
    необходимо  исследование  власти  на  самых   разных   уровнях   её
    функционирования  в  обществе,   истории   и   культуре.   Разгадка
    парадоксов властных отношений и приращение всякого нового знания  о
    природе власти  и  механизмах  властвования  является  едва  ли  не
    главной задачей фундаментальной политологии.
        Первые попытки разобраться в парадоксах и механизмах  власти,  в
    частности, политической,  были  предприняты  ещё  в  ранний  период
    политической истории  Индии,  Китая  и  Греции.  Например  то,  что
    древнегреческое   слово   «архе»,   обозначавшее    «власть»    или
    «главенство»,  имело  и  другое  значение   -   «первоначало»   или
    «первопричина» - по-видимому, было  не  случайным  совпадением,  но
    смутной догадкой о природе власти.
        Власть, в отличие от физического насилия, оказывает  воздействие
    на тело, душу и ум, пронизывает их, подчиняет закону своей воли. По
    существу своему она  подобна  авторитету.  Коррелятом  её  является
    уважение; этическую ценность она представляет тогда и только тогда,
    когда так направляет  уважающего  её,  что  тот  оказывается  на  в
    состоянии осуществлять большее количество более высоких  ценностей,
    на  подвергаясь  непосредственно  воздействию  со  стороны  власти.
    Власть  нуждается  в   оправдании,   и   эти   попытки   составляют
    существенную часть политической истории.
        Концепция власти -  одна  из  ведущих  теоретических  концепций,
    способствующая  исследованию  политических  отношений  и  пониманию
    механизма деятельности государства и политической системы.
        Среди крупнейших теоретиков, имеющих  исследования  по  проблеме
    власти, необходимо в первую очередь отметить  Б.  Рассела,  который
    трактует власть как  «создание  намеченного  эффекта»,  М.  Вебера,
    согласно мнению которого «власть есть возможность  того,  что  одно
    лицо внутри социального отношения  будет  в  состоянии  осуществить
    свою  волю,  несмотря  на  сопротивление  других,   участвующих   в
    действии,  Х.  Арендт,  которая  полагала,  что  «власть   означает
    способность  человека  не  столько  действовать   самому,   сколько
    взаимодействовать с другими людьми», П. Морриса, который определяет
    власть как не просто способ воздействия на кого-то  или  что-то,  а
    действие  как процесс, направленный на изменение кого-то или  чего-
    то». Ф.  Бурлацкий  в  философском  словаре  1986г.  придерживается
    мнения, мнения, что «власть  есть  в  общем  смысле  способность  и
    возможность  осуществлять   свою   волю,   оказывает   определяющее
    воздействие на деятельность, поведение людей с помощью  какого-либо
    средства - авторитета, права, насилия».

                            Происхождение власти.

        Власть  появилась  с  возникновением  человеческого  общества  и
    сопутствовала его развитию, что нашло отражение в различных учениях
    о власти. На ранней степени своего развития политические  воззрения
    в целом ещё не успели  выделиться  в  относительно  самостоятельную
    область  человеческого  знания   и   представляли   собой   элемент
    целостного мифологического мировоззрения. В мифах  древних  народов
    господствует    представление    о    божественном    происхождении
    существующих отношений власти  и  порядка.   Согласно  этим  мифам,
    космос в  отличии  от  хаоса,  выражаясь  греческой  терминологией,
    упорядочен присутствием и усилием богов, земные же порядки -  часть
    мирового, космического порядка.
        Вместе с тем, в древней мифологии различно решается и освещается
    вопрос о способе и характере связи божественного начала  с  земными
    отношениями.  Например,  по  древнекитайскому  мифу,  власть  имеет
    божественное  происхождение,  но  единственной   точкой   связи   с
    небесными силами является китайский император, являясь одновременно
    сыном неба и отцом своего народа.
        В соответстви с религиозно-мифологическими  воззрениями  древних
    египтян  и  греков  боги,  являясь  источником  власти   правителя,
    продолжают оставаться первоначальными правителями и законодателями,
    верша земные дела.
        Божественный характер власти, правила поведения,  законы  -  всё
    это по тогдашним воззрениям соответствовало  божественному  порядку
    справедливости,  получившего  позднее  формулировку   как   «теория
    естественного права».
        Рационализация  политических  представлений,  наблюдаемая  в   I
    тысячелетии до н.э., означала отход  от  мифологической  идеологии,
    формирование научных подходов к проблеме власти.  В  Китае  большую
    роль сыграло философское учение Конфуция (551 - 479 гг.  до  н.э.),
    Мо-Цзы (479 - 400 гг. до н.э.), Лаоцзы (VI  -  V  вв.  до  н.э.)  -
    основоположника даосизма, идеи легизма (Шан Ян, 390 -  338  гг.  до
    н.э.), в Индии - учение Будды, в Персии - Заратустры.
        Весьма радикальным и  плодотворным  был  процесс  рационализации
    первоначально  религиозно-мифологических  воззрений  на  власть   и
    политику в  Древней  Греции  (Демокрит,  софисты,  Сократ,  Платон,
    Аристотель, Полибий и др.). Для древнегреческой политической  мысли
    было  характерно  анализировать  различные  формы  государственного
    устройства. Так, для Платона идеальное  государство  как  правление
    лучших и благородных  -  аристократическое  государство.  Самой  же
    правильной формой государства по  Аристотелю  является  полития,  в
    котором большинство правит в  интересах  общей  пользы.  Полития  -
    «средняя» форма государства, и «средний» элемент в  ней  доминирует
    во всём: в правах  -  целеустремлённость,  в  имуществе  -  средний
    достаток, во властвовании  -  средний  класс.  По  мнению  Цицерона
    простые формы  власти  как  царская  власть,  воля  аристократии  и
    народная  власть  не  являются  благом  для  общества  в  силу   их
    односторонности и неустойчивости.
        В Древней Руси проблемы единовластия князя, социальной базы  его
    власти  находят  освещение  в   наиболее   известных   литературных
    источниках, как «Повесть временных лет»,  «Новгородская  летопись»,
    «Русская правда» и др.
        Важной  проблемой  более  позднего  времени   была   борьба   за
    верховность власти между церковной властью  и  светской.  Отрицание
    божественного, сверхприродного происхождения  власти,  святости  её
    институтов, низведение их  до  уровней  земных,  обыденно-житейских
    дел,  до  «грешной»  природы  человека  выступала  для   мыслителей
    Возрождения  как  оружие  в  борьбе  за  автономизацию   социально-
    политического процесса, входило в комплекс основных идей гуманизма.
    Так, Н. Макиавелли (1469 - 1527 гг.)  стремился  отделить  реальную
    политическую  деятельность  от  религиозных  оснований,  исследовал
    всласть как отношение властвующих  и  подвластных,  её  устройство,
    учреждение законов. Симпатии Н.  Макиавелли  на  стороне  умеренной
    республики, или «смешанной»  формы  государства,  которая  сочетает
    демократический, аристократический и монархический элементы  власти
    и является более прочной по сравнению с «простыми» формами.
        К  вопросам  власти,  её  источникам  обращались   представители
    западноевропейской мысли Т. Гоббс (1588 - 1679 гг.) и Д. Локк (1632
    -  1704  гг.).  Власть  государства  по   Гоббсу   есть   следствие
    общественного  договора,  который  раз  и   навсегда   ограничивает
    гибельное стремление людей  к  осуществлению  своей  индивидуальной
    власти. Это  власть,  отчуждаемая  от  «естественного  человека»  и
    приобретающая самостоятельное существование, продукт не  природных,
    а  сознательных  человеческих  установлений.   Идею   общественного
    договора принимал и  Ж.-Ж.  Руссо,  наделяя,  однако,  властью,  не
    единоличного государя-суверена, а  народную  ассоциацию  выражающую
    общую волю всего народа как равнодействующую частных воль людей. Д.
    Локк, в отличие от  Гоббса,  рассматривал  власть  как  средство  к
    обеспечению такого гражданского  состояния,  которое  в  наибольшей
    мере соответтсвует естественной природе человека.
        Большую роль в развитии учения  о  власти  сыграл  Ш.  Монтескье
    (1685  -  1775  гг.).   В  его  книге   «О   духе   законов»   была
    сформулирована  идея  разделения  властей,  развиваемая  в  теорию,
    обосновывающую принципы законности, политической свободы и придания
    роли праву истинного регулятора взаимоотношений между  государством
    и гражданами.
        Своеобразие в анализе проблемы власти обнаруживается  И.  Канта,
    И.  Фихте,  Г.  Гегеля,   русских   мыслителей   А.   Герцена,   Н.
    Чернышевского, В. Соловьёва, Н. Бердяева и др.
        Кроме того, уже в раннюю эпоху истории политической  мысли  была
    замечена и обратная сторона феномена власти. Аристотель, а  позднее
    и Монтескье, указывал на опасность злоупотребления властью лиц,  ею
    наделённых,  использования  ими  властных  возможностей  для  своей
    частной пользы, а не для общего блага.


                        Современные концепции власти.


        Современные концепции  власти  можно  классифицировать  по  ряду
    оснований. Прежде всего,  концептуальные  подходы  к  интерпретации
    политической   власти,   с    известной    долей    условности    и
    относительности,  можно   разделить   при   самом   общем   логико-
    гносеологическом анализе на два больших класса:
        атрибутивно-субстанциональные, трактующие  власть  как  атрибут,
    субстанциональное  свойство   субъекта,   а   то   и   просто   как
    самодостаточный «предмет» или «вещь»;
        реляционные, описывающие власть  как  социальное  отношение  или
    взаимодействие  на  элементарном  и  на   сложном   коммуникативном
    уровнях.
        Атрибутивно-субстанциальные  подходы к осмыслению власти, в свою
    очередь, можно подразделить на:
1. потенциально-волевые
2. инструментально-силовые и
3. структурно-функциональные.
        Потенциально-волевые концепции исходят из определения власти как
    способности   или   возможности   навязывания    воли    каким-либо
    политическим субъектом.  Такой  подход  был  особенно  влиятелен  в
    традиции немецкой политической  мысли.  Гегель  и  Маркс,  Фихте  и
    Шопенгауэр, Ницше и Вебер использовали понятия «волевого  свойства»
    или «волевой способности» в самых  разных,  порой  даже  когнитивно
    полярных определениях власти. По классическому определению  Вебера,
    власть  представляет  собой  «любую  возможность  проводить  внутри
    данных  общественных  отношений  собственную  волю,  даже   вопреки
    сопротивлению, вне зависимости от того, на  чём  такая  возможность
    основывается». Строго говоря, такое определение власти при  желании
    можно интерпретировать и как  «волевое  отношение»,  но  акценты  у
    Вебера, также как и у Гегеля или у  Маркса,  всё  же  смещаются  на
    трактовку  её  как  некоего  потенциала   политического   субъекта,
    обладающего особыми субстанциональными качествами носителя власти.
        Во многих волевых определениях  и  подходах  к  власти  ставится
    вопрос о средствах её  реализации  и  способах  «распредмечивания».
    Одним   из   первых,   кто   определили   власть    как    «силовое
    распредмечивание»,  а  также  обнаружил  её  важнейший  признак   в
    контроле над ресурсами, был в 30-е годы американский  политолог  Ч.
    Мерриэм.  Это  позволяет  выделить  специфическую  инструментально-
    силовую  концепцию  власти,  связанную  прежде   всего   с   англо-
    американской традицией. Уже в «Левиафане»  Гоббса  власть,  которой
    обладает суверен,  описывается  не  только  как  некий  абстрактный
    потенциал,  сколько  как  реальное  средство   принуждения,   форма
    силового воздействия. Трактовки феномена власти как  реальной  силы
    (т.е.  средства  реализации  воли)  придерживаются   и   сторонники
    «силовой модели»  власти  англо-американской  школы  «политического
    реализма», которые и во внутренней (Д. Кэтлин), и  в  международной
    (Г. Моргентау) политике определяют власть как  силовое  воздействие
    политического субъекта, контролирующего определённые ресурсы и  при
    необходимости использующего даже прямое насилие.
        И,  наконец,  в  современной  политической  теории   разработаны
    системная и структурно-функциональная концепции власти,  связанные,
    прежде всего, с работами Т.  Парсона,  Д.  Итона,  Г.  Алмонда,  М.
    Крозье и др. По Парсону, власть  скорее  всего  представляет  собой
    особенное интегративное свойство социальной системы, имеющее  целью
    поддержание её целостности, координацию общих коллективных целей  с
    интересами   отдельных   элементов,    а    также    обеспечивающее
    функциональную  взаимозависимость  подсистем  общества  на   основе
    консенсуса граждан и легитимизации лидерства.
        С  атрибутивно-субстанциональными   концепциями   власти   тесно
    соседствуют реляционные, трактующие  власть  при  помощи  категории
    «социальных отношений». Надо сказать, что  эти  подходы  достаточно
    тесно переплетаются между собой,  как,  например,  в  бихевиоризме.
    Поведенческий (бихевиористский)подход редуцирует  всё  многообразие
    властного общения к элементарным отношениям между поведениями  двух
    индивидов-акторов и  соответствующим  влияниям  одного  на  другое.
    Бихевиористы Г. Лассуэл и А. Каплан определяют  власть  в  качестве
    отношения двух акторов следующим образом: «А имеет власть над  В  в
    отношении  ценностей  К,  если  А  участвует  в  принятии  решений,
    влияющих на политику В, связанную с ценностями К».  Таким  образом,
    власть становится отношением двух поведений и влияний, при  котором
    одна сторона навязывает своё решение другой.
        К этим концепциям примыкают и так называемые  интеракционистские
    теории, согласно которым властное отношение выполняет роль  особого
    способа обмена ресурсами между людьми (П. Блау) или  асимметричного
    взаимодействия со сменой ролей акторов при разделе зон влияния  (Д.
    Ронг), а  также  основного  «стабилизатора»  в  совокупной  системе
    общественных отношений, обеспечивающего  посредством  регулирования
    постоянно  возникающих  конфликтов  по   поводу   распределения   и
    перераспределения материальных, идеологических  и  других  ресурсов
    (Р. Дарендорф, Л. Козер и др.) социальное равновесие и политический
    консенсус.
        Наконец, к наиболее сложным  и  комбинированным  подходам  можно
    отнести  коммуникативные  (Х.  Арент,   Ю.   Хабермас),   а   также
    постструктуралистские  (или   неоструктуралистские)   (М.Фуко,   П.
    Бурдье)  модели  власти,   рассматривающие   её   как   многократно
    опосредованный и иерархизированный механизм общения  между  людьми,
    разворачивающегося в социальном поле и  пространстве  коммуникаций.
    Арендт отмечает в связи с этим, что власть - это  не  собственность
    или свойство отдельного политического  субъекта,  а  многостороннее
    институциональное общение.  Возникновение  власти  как  социального
    феномена  обусловлено  необходимостью   согласования   общественных
    действий людей при преобладании совместного интереса  над  частным.
    Хабермас  отстаивает  точку  зрения,  что   власть   является   тем
    макромеханизмом  опосредования   возникающих   противоречий   между
    публичной и  частной  сферами  жизни,  который  наряду  с  деньгами
    обеспечивает  воспроизводство  естественных  каналов   коммуникаций
    между политическими субъектами.
        Что    касается    новейших     постсруктуралистических     (или
    неоструктуралистических) концепций «археологии и генеалогии власти»
    Фуко и «поля власти» Бурдье, от их объединяет не  субстанционально-
    атрибутивное, а скорее реляционное видение власти как  отношения  и
    общения. Фуко отмечает, что власть  представляет  собой  не  просто
    отношение  субъектов,  а  своего  рода  модальность  общения,  т.е.
    «отношение отношений»,  неперсонифицированное  и  неовеществлённое,
    поскольку  его  субъекты  находятся  каждый  момент   в   постоянно
    изменяющихся  энергетических  линиях  напряжений   и   соотношениях
    взаимных   сил.    Бурдье    обосновывает    собственное    понятие
    «символической  власти»,  которое  сводится   им   к   совокупности
    «капиталов» (экономических, культурных  и  т.д.),  распределяющихся
    между агентами в соответствии с их позициями в «политическом поле»,
    т.е. в социальном пространстве, образуемом и  конструируемом  самой
    иерархией властных отношений.

                              Структура власти.

        Основными  компонентами  власти  являются  её  субъект,  объект,
    средства (ресурсы) и процесс, приводящий в движение все её элементы
    и характеризующиеся механизмом и способами взаимодействия  субъекта
    и  объекта.  Субъект  власти  воплощает  её  активное  направляющее
    начало. Им может  быть  отдельный  человек,  организация,  общность
    людей, например, народ или даже мировое сообщество, объединённое  в
    ООН.
        Для возникновения властных отношений необходимо,  чтобы  субъект
    обладал рядом  качеств.  Прежде  всего,  это  желание  властвовать,
    проявляющееся в приказах или распоряжениях.  Большинство  людей  не
    испытывает  психологического  удовольствия  от  обладания  властью,
    власть сама по себе не является для них  ценностью,  многие  вообще
    предпочли бы уклониться от руководящих  должностей  и  связанных  с
    ними психологической и социальной ответственностью, если бы  власть
    не открывала широкие  возможности  для  получения  различного  рода
    благ. Для них стремление к власти имеет инструментальный  характер,
    т.е. служит средством достижения других целей.
        Помимо желания руководить и готовности брать на себя связанную с
    этим ответственность,  субъект  власти  должен  быть  компетентным,
    знать  суть  дела,  состояние  и  настроение   подчинённых,   уметь
    использовать ресурсы, обладать  авторитетом.  Конечно,  в  реальной
    жизни власть имущие наделены всеми вышеперечисленными качествами  в
    разной степени.
        Субъекты  политической  власти  имеют  сложный,   многоуровневый
    характер: её первичными факторами являются индивиды,  вторичными  -
    политические  организации,  субъекты  наиболее   высокого   уровня,
    непосредственно  представляющими  во   всех   властных   отношениях
    различные общественные группы и весь народ, - политические элиты  и
    лидеры. Связь между этими уровнями может нарушаться, лидеры нередко
    отрываются от масс и даже от приведших их к власти партий.
        Отражением первостепенной  роли  субъекта  в  отношениях  власти
    является  широко  распространённое  отождествление  власти   с   её
    носителем. Так, говорят о решениях власти, о  действиях  властей  и
    т.п., подразумевая под властью управленческие органы.
        Субъект определяет содержание властного отношения  через  приказ
    (распоряжение, команду). В приказе предписывается поведение объекта
    власти, указываются (или подразумеваются) санкции,  которые  влекут
    за собой  выполнение  или  невыполнение  данного  распоряжения.  От
    приказа, характера содержащихся в нём требований во многом  зависит
    отношение  к  нему  объекта,  исполнителей  -  второго   важнейшего
    элемента власти.
        Власть никогда не является свойством или отношением лишь  одного
    действующего  лица  (органа).   Власть   -   всегда   двустороннее,
    асимметричное, с доминированием воли властителя  взаимодействие  её
    субъекта и объекта. Она невозможна  без  подчинения  объекта.  Если
    такого подчинения нет,  то  нет  и  власти,  несмотря  на  то,  что
    стремящийся  к  ней  субъект   обладает   ярко   выраженной   волей
    властвования и даже  мощными  средствами  принуждения.  В  конечном
    счёте у объекта властной воли всегда есть пусть крайний, но всё  же
    выбор - погибнуть, но не подчиниться. Осознание зависимости  власти
    от  покорности  населения  нашло  своё  практическое   политическое
    выражение  в  акциях   гражданского   неповиновения,   что   широко
    используется во всём мире.
        Масштабы отношения объекта к субъекту властвования  простираются
    от ожесточённого сопротивления до добровольного, воспринимаемого  с
    радостью повиновения. В принципе,  подчинение  так  же  естественно
    присуще человеческому обществу, как  и  руководство.  Готовность  к
    подчинению  зависит  от  ряда  факторов:  от  собственных   качеств
    объекта, от характера предъявляемых к нему требований, от  ситуации
    и средств воздействия, которыми располагает  субъект,  а  также  от
    того, как исполнитель воспринимает субъект в зависимости от наличия
    у него авторитета.
        Качества  объекта  властвования  определяются  его  политической
    культурой.  Наибольшую  покорность  обеспечивают  патриархальный  и
    подданнический типы политических культур. Преобладание  в  обществе
    людей, привыкших повиноваться, жаждущих  «твёрдой  руки»,  является
    благоприятной  питательной  средой  авторитарных   и   тоталитарных
    режимов.
        Мотивация подчинения достаточно сложна. Она  может  основываться
    на страхе, на привычке к повиновению, на убеждении в  необходимости
    подчинения, на авторитете, на заинтересованности  в  повиновении  и
    т.д. Все эти мотивы влияют на силу власти.
        Сила власти, основанная на страхе, прямо пропорциональна тяжести
    наказания  и обратно пропорциональна  вероятности  избежать  его  в
    случае неповиновения. Такая власть имеет тенденцию к ослаблению.
        Сравнительно безболезненно принимается людьми власть, основанная
    на привычке, обычае повиноваться. Она была  присуща  государству  в
    традиционных обществах. Она - надёжный фактор  стабильности  власти
    до тех пор, пока не приходит в противоречие с требованиями реальной
    жизни. Если же это происходит, то она быстро разрушается как только
    люди замечают, что она изжила себя, и её  представители  недостойны
    повиновения.
        Наиболее стабильной является власть,  построенная  на  интересе.
    Личная заинтересованность  побуждает  подчинённых  к  добровольному
    выполнению распоряжений,  делает  излишним  контроль  и  применение
    негативных санкций. Она способствует развитию у людей других  типов
    мотивации  подчинения:  на  основе   убеждённости,   авторитета   и
    идентификации.   Такое   подчинение   связано    с    мотивационным
    воздействием  достаточно  глубоких  слоёв  сознания:   менталитета,
    ценностных   ориентаций   и   установок.   Убеждённость   людей   в
    необходимости подчиняться государству или другому  носителю  власти
    ради высоких целей - важный источник силы власти.
        Одной из наиболее благоприятных для власти мотиваций  подчинения
    является авторитет. Он формируется на базе общей заинтересованности
    объекта и субъекта  власти  и  убеждённости  подчинённых  в  особых
    способностях  руководителя.  Авторитет  представляет  собой  высоко
    ценимые качества,  которыми  подчинённые  наделяют  руководителя  и
    которые  детерминируют  их  повиновение  без  угрозы  санкций   или
    убеждения. Авторитет основывается на согласии, он означает уважение
    к руководящей личности (институту), доверие к ней.
        Авторитет может быть истинным, когда руководитель  действительно
    обладает теми качествами,  которыми  его  наделяют  подчинённые,  и
    ложным, основанным на заблуждениях. В зависимости от  тех  качеств,
    которые лежат в его основе, авторитет бывает:
1) научным (качество учёности)
2) деловым (компетентность, навыки и опыт)
3) моральным (высокие нравственные качества)
4) религиозным (святость) и т.д.
        Без авторитета власть не может быть прочной и эффективной.
        Власть, основанная  на  интересах,  убеждённости  и  авторитете,
    часто перерастает в идентификацию подчинённого с  руководителем.  В
    этом  случае  достигается  максимальная  сила  власти,  и   субъект
    воспринимается  объектом  как  свой   представитель   и   защитник.
    Субъективная  идентификация  исполнителей  с  руководителем   может
    объясняться двумя причинами:
       1. быть следствием  реального  двойственного  положения  людей  в
          отношении  власти,  как  это  имеет  место  в  демократических
          организациях,  где  индивиды  выступают  и  субъектом   власти
          (выбирают и контролируют руководство) и её объектом (исполняют
          решения руководящих  инстанций).  В  этом  случае  оба  агента
          власти совпадают, хотя и не полностью;
       2.  выступать  результатом   общности   интересов   и   ценностей
          руководителя  и  исполнителя  и  возникновения  у   последнего
          чувства единения со всей организацией или группой.
        Субъект и объект характеризуют крайние полюса,  активные  начала
    структуры власти.   Причём,  само  деление  людей  на  субъектов  и
    объектов, начальников и подчинённых во многом  релятивно:  в  одном
    отношении человек выступает начальником, а в другом -  подчинённым.
    Применительно к власти взаимодействие её агентов опосредуется целым
    комплексом  средств  или  ресурсов  и   осуществляется   в   рамках
    специального институционального  механизма,  регулирующего  процесс
    властвования. Что же представляют собой эти компоненты власти?
        Важнейшей социальной  причиной  подчинения  одних  людей  другим
    является неравномерное  распределение  ресурсов  власти.  Сам  этот
    термин употребляется как в  широком,  так  и  в  узком  смыслах.  В
    широком смысле  ресурсы  власти  представляют  собой  всё  то,  что
    индивид или группа могут использовать для влияния на других.  Такое
    понимание власти достаточно общо и  не  позволяет  дифференцировать
    различные элементы власти: её субъект, объект, средства,  поскольку
    в этом случае ресурсы власти включают все факторы, которые так  или
    иначе способны повлиять на власть:
           1)   собственные    качества    субъекта    (компетентность,
              организованность и т.п.)
           2) некоторые свойства объекта  (например,  его  политическую
              доверчивость, привычку подчиняться и др.)
           3)  благоприятную  для  субъекта   ситуацию   (экономический
              подъём, раздоры в оппозиции, международную  обстановку  и
              т.п.)
           4) материальные и иные средства воздействия.
        При столь широком понимании ресурсов утрачивается  их  специфика
    как относительно самостоятельного, обычно материализованного звена,
    опосредующего взаимодействие агентов власти и  служащего  важнейшим
    социальным фактором подчинения и господства.
        Поэтому  для   изучения   ресурсов   власти   и   её   структуры
    предпочтительнее  более  узкая  трактовка   ресурсов   власти,   их
    понимание как всех тех средств, использование которых  обеспечивает
    влияние на объект власти в соответствии с целями субъекта.  Ресурсы
    представляют  собой  либо  важные  для  объекта  ценности  (деньги,
    предметы потребления и т.д.), либо средства, способные повлиять  на
    внутренний мир, мотивацию человека (телевидение,  пресса  и  т.п.),
    либо орудия (инструменты), с помощью которых можно лишить  человека
    тех или иных ценностей, высшей из которых  обычно  считается  жизнь
    (оружие, карательные органы в целом).
        Ресурсы, наряду с  субъектом  и  объектом,  выступают  одним  из
    важнейших оснований власти, хотя иногда ресурсы и основания  власти
    отождествляют. Они могут использоваться  для  поощрения,  наказания
    или убеждения.
        Первостепенная значимость ресурсов как оснований власти отражена
    в теории «социального обмена». Согласно этой теории в основе власти
    лежит  неравномерное  распределение  дефицитных   ресурсов.   Люди,
    которые не имеют  ресурсов,  получают  их  в  обмен  на  исполнения
    распоряжений  обладателей  ресурсов.  Тем  самым  они  попадают   в
    зависимость от других, подчиняются   им.
        Ресурсы используются в качестве позитивных (предоставление благ)
    и негативных (лишение благ)  санкций.  В  процессе  их  мобилизации
    субъектом они трансформируются во власть,  которая  и  представляет
    собой способность превращать  определённые  ресурсы  во  влияние  в
    системе взаимосвязанных агентов. Ресурсы власти также разнообразны,
    как и многообразны средства удовлетворения различных потребностей и
    интересов  людей.  Существует  несколько  классификаций   ресурсов.
    Некоторые учёные разделяют  их  на  утилитарные,  принудительные  и
    нормативные.
        Утилитарные ресурсы  -  это  материальные  и  другие  социальные
    блага, связанные с повседневными интересами  людей.  С  их  помощью
    власть,  особенно  государственная,  может  «покупать»  не   только
    отдельных  политиков,  но  и  целые  слои  населения.  Эти  ресурсы
    используются как для поощрения,  так  и  для  наказания  (например,
    уменьшение зарплаты недобросовестным).
        В  качестве  принудительных  ресурсов   обычно  выступают   меры
    административного наказания, используемые в тех случаях,  когда  не
    срабатывают   ресурсы   утилитарные.   Это,   например,    судебное
    преследование участников забастовки, не  побоявшихся  экономических
    санкций.
        Нормативные ресурсы включают средства воздействия на  внутренний
    мир, ценностные ориентации и нормы поведения человека. Они призваны
    убедить   подчинённых   в   общности   интересов   руководителя   и
    исполнителей,  обеспечить  одобрение  действий   субъекта   власти,
    принятие его требований. Если первые два вида  ресурсов  связаны  с
    воздействием на реальные обстоятельства и через  них  на  поведение
    людей,  то  третий  вид  ресурсов  с  влиянием  непосредственно  на
    сознание человека.
        Достаточно  распространённым  и   плодотворным   для   понимания
    специфики  различных  видов  власти  является  деление  ресурсов  в
    соответствии   с   важнейшими    сферами    жизнедеятельности    на
    экономические,   социальные,    политико-силовые    и    культурно-
    информационные.
        Экономические ресурсы - это материальные  ценности,  необходимые
    для общественного производства и потребления, деньги как   всеобщий
    эквивалент стоимости на средства производства,  плодородные  земли,
    продукты питания и т.д.
        Социальные  ресурсы  -  способность  повышения   или   понижения
    социального статуса или ранга, места  в  социальной  стратификации.
    Они часто совпадают  с  экономическими  ресурсами.  Так,  например,
    доход и богатство, являясь экономическим  ресурсом,  вместе  с  тем
    характеризуют и  социальный  статус  -  социальный  ресурс.  Однако
    социальные ресурсы включают  и  такие  показатели,  как  должность,
    престиж,   образование,   медицинское   обслуживание,    социальное
    обеспечение и т.д.
        Культурно-информационные ресурсы - знания и информация, а  также
    средства  их  получения  и  распространения:  институты   науки   и
    образования, СМИ и  проч.  Как  считает  американский  социолог  О.
    Тофлер, в конце XX - начале XXI веков именно  знания  и  информация
    станут важнейшим ресурсом власти. Уже сегодня в  постиндустриальных
    странах  знания,   в   силу   своих   преимуществ   (бесконечности,
    общедоступности, демократичности)  подчинили  силу  и  богатство  и
    стали  определяющим  фактором  функционирования  власти.   В   ходе
    общественного развития такие традиционные ресурсы власти как сила и
    богатство утрачивают своё влияние, хотя и  не  исчезают  полностью.
    Истинную же власть приобретают знания и информация. Конечно, далеко
    не  во  всех  странах  они  имеют  приоритет  над   экономическими,
    социальными  и  силовыми  ресурсами,  однако  тенденция   повышения
    значимости культурно-информационных  ресурсов как источника  власти
    проявляется в современном мире достаточно отчётливо.
        Силовые ресурсы - это оружие и аппарат физического  принуждения,
    специально подготовленные для этого люди.  В  государстве  их  ядро
    составляют армия, полиция (милиция), спецслужбы, внутренние войска,
    суд  и  прокуратура  с  их  вещественными   атрибутами:   зданиями,
    снаряжением,  тюрьмами  и  т.д.  Этот  вид   ресурсов   традиционно
    считается наиболее эффективным  источником  власти,  поскольку  его
    использование способно лишить  человека  высших  ценностей:  жизни,
    свободы и имущества.
        Различные ресурсы власти  применяются  её  субъектами  обычно  в
    комплексе, особенно крупными  политическими  субъектами,  например,
    государством, которое использует в большей или меньшей степени  все
    названные выше ресурсы.
        Специфическим  ресурсом    власти   является   сам   человек   -
    демографические    ресурсы.    Люди    -     это     универсальный,
    многофункциональный ресурс, который создаёт другие ресурсы. Человек
    - создатель материальных благ  (экономические  ресурсы),  солдат  и
    членов   партий   (политико-силовые    ресурсы),    получатель    и
    распространитель  знаний  и  информации   (культурно-информационные
    ресурсы) и т.д. Личность выступает ресурсом власти лишь в одном  из
    многочисленных  измерений  -  будучи  использована   как   средство
    реализации чужой воли. В  целом  же  человек  -  не  только  ресурс
    власти, но и её субъект и объект.

                      Законность (легитимность) власти.

        Власть - понятие правовое, означающее созидание и  распределение
    ценностей согласно общественным интересам. Власть  -  это  законное
    право принимать решения, обязательные для исполнения гражданами,  и
    использовать принуждение во имя торжества законов. Правители всегда
    стремятся  создать  впечатление  правомерности   своей   власти   и
    законности правления. В  обществе,  в  котором  народ  с  уважением
    относится к закону и доверяет правительству, требуются  минимальные
    условия  для  принуждения.  Там  же,  где  законность   власти   не
    бесспорна,   воцаряется   беззаконие    и   сохраняется   опасность
    социальных потрясений.
        Важное  значение  для  политической  стабильности  и   поддержки
    лидеров   имеет   концепция   легитимности   (законности)   власти.
    Законность  власти  можно  определить  как  степень   естественного
    признания населением страны системы,  к  которой  она  принадлежит.
    Государство может быть легитимным, если граждане чувствуют, что оно
    оправдывает их надежды.  Легитимность связана с наличием  у  власти
    авторитета, верою подавляющего  большинства  населения  в  то,  что
    существующий  порядок  является  лучшим  для   данной   страны,   с
    консенсусом в области основополагающих политических ценностей.
        Сам термин «легитимность» иногда переводят  с  французского  как
    «законность» или «узаконенность». Такой перевод  не  совсем  точен.
    Законность, принимаемая как  действие через закон и в  соответствии
    с  ним,  отражается  категорией  «легальность».  «Легитимность»   и
    «легальность» - близкие, но не тождественные понятия. Первое из них
    носит  оценочный,  этический  и  политический  характер,  второе  -
    юридический и  этически  нейтральный.  Любая  власть,  пусть  и  не
    популярная, легальная. В то же время она может  быть  нелегитимной,
    то  есть  не  приниматься  народом,  издавать  законы   по   своему
    усмотрению и использовать их как орудие организованного насилия.  В
    обществе  может  существовать  не   только   нелегитимная,   но   и
    нелегальная власть, например, власть мафиозных структур.
        Объектами легитимности выступают:
        1) политические элиты,
        2) административный персонал,
        3) нормы и структуры режима.
        Источниками легитимности являются:
        1) основополагающие идеологические принципы,
        2) приверженность структуре и нормам режима,
        3) преданность конкретным авторитетам.
        Показателями легитимности  являются:
              1)  уровень  принуждения,   применяемый   для   проведения

                       политики в жизнь,
              2) наличие попыток свержения правительства или лидера,
              3) сила проявления гражданского неповиновения,
              4)   результаты    выборов,    референдумов,    массовости
                 демонстраций в поддержку власти (оппозиции).
        Политические отношения на определённых этапах могут  привести  к
    кризису легитимности, корни которого  следует  искать  в  характере
    изменений в обществе.  Кризис  легитимности  чаще  всего  возникает
    тогда,  когда  статусу  основных   социальных   институтов   грозит
    опасность, когда прогрессивные требования основных  групп  общества
    не воспринимаются политической системой. Кризис может возникнуть  и
    в  обновлённой  общественной  структуре,  если  системе  в  течение
    длительного  времени   не   удаётся   оправдать   надежды   широких
    общественных кругов.
        Для  поддержания  законности   власти   используются   различные
    средства и методы:
              1)   изменение   законодательства    и    государственного
                 управления
              2) создание такой политической системы, законность которой
                 основана на традициях
              3) харизматические лидеры
              4)  успешное  осуществление  государственной  политики   и
                 программы
              5) поддержка законности и правопорядка в стране
        Функционирование политических систем свидетельствует о том,  что
    все они сталкиваются  с  проблемами  законности,  успешное  решение
    которых   укрепляет   жизнеспособность   политических   институтов,
    обеспечивает  стабильность  и  эффективность  их  функционирования.
    Очевидно, некоторые государства исчезали с политической  каты  мира
    потому, что им не удавалось справиться с проблемами легитимности.
        Значение  легитимности,   отмечал   Макс   Вебер,   в   гарантии
    стабильности общества. Легитимность состоит в длительном и  как  бы
    единодушном согласии принять правление  и  власть  данного  класса,
    иерархии и т.д. Легитимность  не  навязывается,  она  возникает  из
    однородности    политических    установок,    нравов,     традиций,
    экономической системы, общего духа данного типа  общности.  Следует
    отметить, что добровольно,  а  тем  более  осознанно  и  единодушно
    принятая власть - лишь один  из  вариантов  легитимации,  и  притом
    сравнительно редкий. Чаще всего легитимность власти оспаривается, и
    её легитимация, поиск специальных способов  легитимировать  власть,
    оправдать её  перед  обществом  или   отдельным  классом   являются
    предметом  особой  заботы  правящих  сил.  Ведь   оценки   действий
    властвующей группы могут стать  важным  аргументом  в  политической
    борьбе,  формируют  общественное   мнение,   политический   климат,
    определяют поведенческую готовность масс.

                       Типология политической власти.

         Традиционная власть.
         Власть может приобретать законность благодаря  традиции.  Такую
    власть  М.  Вебер  характеризует  как  традиционную  власть.   Здесь
    действует авторитет «вечно вчерашнего», освященный историей. В  этом
    случае повинуются потому, что «так всегда было».
         Традиционное господство имеет место в патриархальных обществах,
    организованных по подобию семьи, где повиновение  отцу  главе  рода,
    является  естественной  реакцией  на   политический   порядок,   оно
    считается  в  порядке  вещей  и  схоже  по   своим   психологическим
    механизмам с простым подражанием.
         Харизматическая власть
         Авторитет  носителя  харизматической  власти  —  это  авторитет
    какого-то необычного личного дара — харизмы. М. Вебер отмечает,  что
    харизмой   следует   называть   качество   личности,    признаваемое
    необычайным. Благодаря этому качеству  она  оценивается  окружающими
    как одаренная сверхъественными или, по  меньшей  мере,  специфически
    особыми  силами  и  свойствами,  недоступными  другим  людям.  Такая
    личность  рассматривается   как   бы   посланной   богом.   Носители
    харизматического  авторитета  всегда  предстают  в   ауре   пророка,
    излучающего благодатный  свет  божественной  истины  и  указывающего
    людям единственно верный путь. В российской истории мы легко  найдем
    примеры   харизматического   авторитета.   Это    авторитет    таких
    большевистских  лидеров,  как  Ленин,   Сталин,   Троцкий   и   д.р.
    Харизматическое  господство   носит   ярко   выраженный   личностный
    характер. Оно всегда связано с личностью харизматического лидера и в
    этом отношении существенно  отличается  от  традиционной  власти.  В
    случае традиционной власти законность во многих случаях  связана  не
    столько с отдельными лицами, сколько с  определенными  политическими
    институтами. Личность носителя харизматического авторитета заслоняет
    стоящие  за  его  спиной  политические  функции  и  институты.  Аура
    харизматического пророка и вождя не зависит от того  факта,  что  он
    является президентом, лидером партии и т. д. Каждый  из  них  —  это
    единственная и неповторимая фигура, а не один из многих заместителей
    какой-либо позиции в политической организации общества.
          От традиционной власти харизматическая отличается также  своей
    внеисторичностью.  Для  законности  власти  харизматического  лидера
    безразлично, что было раньше, Харизматический  авторитет  обращается
    не к традиционному автоматизму политического поведения. Наоборот, он
    как бы  встряхивает  людей,  заставляет  их  отказаться  от  прежних
    стереотипов в восприятии власти,  взглянуть  на  нее  по-новому.  Он
    рассчитывает на искреннее, эмоциональное отношение.  Харизматический
    лидер  —  это  всегда  в  той  или  иной  степени  «отец   народов».
    Харизматический авторитет возобновляется  в  каждый  текущий  момент
    времени и его законность  рушится,  когда  вера  в  избранность  его
    носителя тускнеет.
         Оторванность харизматического господства от обычного хода вещей
    проявляется в  том,  что  оно,  как  правило,  чуждается  экономики.
    Носители чисто  харизматической  формы  власти  обычно  воодушевлены
    идеальным  образцом  общественного   устройства,   в   осуществлении
    которого преобладает утопическое экспериментаторство, а не  внимание
    к практическим  нуждам  экономической  жизни.  Кроме  того,  они  не
    склонны к рутинным способам получения доходов, например, таким,  как
    налоги, а предпочитают конфискацию, экспроприацию и т. п.,  придавая
    им более или менее законный вид.
         Рационально-правовая власть
         Источник ее законности состоит в  том,  что  она  опирается  на
    общепризнанный правовой порядок.  Люди,  обладающие  такой  властью,
    приходят  к  своему  положению  на  основе  узаконенной   процедуры.
    Например, в результате выборов. Легитимность власти  в  этом  случае
    покоится не на привычке, а на признании  разумности,  рациональности
    существующего политического порядка.
        Следует иметь в виду, что в реальной политических жизни едва  ли
    можно найти какие-то «чистые» типы, связанные  только  с  одной  из
    форм  легитимности.  В  действительности  можно  говорить  лишь   о
    доминировании одной из форм законности и об определенной  структуре
    маргинальных или второстепенных  форм,  связанных  с  разного  рода
    социокультурными традициями и влияниями.




смотреть на рефераты похожие на "Сущность власти"