Социология

Феномен бюрократии: социальная и политическая сущность


                УРАЛЬСКОЕ ОТДЕЛЕНИЕ РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК


                              КАФЕДРА ФИЛОСОФИИ


                                   РЕФЕРАТ


                                  на тему:

           ФЕНОМЕН БЮРОКРАТИИ: СОЦИАЛЬНАЯ И ПОЛИТИЧЕСКАЯ СУЩНОСТЬ.

|                                |Выполнил:                       |
|                                |                                |
|                                |аспирант Института истории и    |
|                                |археологии                      |
|                                |Тулисов Е.С.                    |
|                                |                                |
|                                |Научный руководитель:           |
|                                |к.и.н. Побережников И.В.        |



                                Екатеринбург
                                    1997

СОДЕРЖАНИЕ.

ВВЕДЕНИЕ.   3
I. БЮРОКРАТИЯ: ИСТОЧНИКИ И СУЩНОСТЬ.    7
1.1. Источники появления и генезис бюрократии.     9
1.2. Типология бюрократии и ее сущность.     17
II. “БОРЬБА” С БЮРОКРАТИЕЙ: ЕСТЬ ЛИ ВЫХОД?   21
2.1. “Борьба” или “противовесы”?  21
2.2. Так есть ли выход?      24
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ.     27
                                  Введение.


  В классической китайской поэзии есть образ попавшего в трудное  положение
садовника. Вот  его  рассказ.  “Посадил  орхидею,  но  полыни  я  не  сажал.
Проросла орхидея, вместе с ней  проросла  полынь”.  Поэт-садовник  Бо  Цзюйи
(772-846) рассказывает затем, как сплелись корни  и  побеги  благородного  и
злого растений. Он не может ни выполоть  последнее,  не  повредив  при  этом
первое, ни полить  первое,  не  напоив  последнее.  В  результате  вместе  с
орхидеей растет полынь. В заключении он спрашивает у друга-читателя  совета:
“Как в несчастье моем мне быть?”[1]
  Эта иллюстрация как нельзя  лучше  подходит  для  рассмотрения  феномена,
который возник и эволюционировал вместе с возникновением самых древних  форм
государственности и социального  управления.  Сменялись  формы  государства,
формы  социально-политического  устройства,  формы  управления  вообще,   но
неизменной оставалась одна черта.  Государственность  подразумевает  сложные
формы управления с разветвленной структурой, и чем сложнее  эти  формы,  тем
сильнее вкрапления бюрократических извращений, тем сильнее переплетаются  их
корни. Эта ситуация напоминает нам заколдованный  круг,  и  иногда  кажется,
что выхода из него нет.
  С феноменом бюрократии сталкиваются все. Нет такого общества,  в  котором
не проклинали бюрократов, не искали путей борьбы с ними. Но значит  ли  это,
что мы сами совершенно  свободны  от  бюрократических  стереотипов  в  своей
деятельности, поведении и мышлении?
  На протяжении столетий в России  господствовала  авторитарно-политическая
культура, составной  частью  которой  является  бюрократическое  управление.
Отсюда  возникает  вопрос:  в  какой  мере  можно  говорить   о   проявлении
бюрократизма  как  общей  тенденции  русской  культуры?   Смена   социально-
политического устройства не приводит к немедленному  изменению  ментальности
и внутреннего настроя людей. Поэтому в ежедневных  проявлениях  бюрократизма
постоянно угадываются  тени  прошлого,  которые  оставили  глубокий  след  в
индивидуальном и коллективном сознании общества.[2]
  Говоря об историографии проблемы, необходимо отметить,  что  несмотря  на
постоянную актуальность феномена бюрократии, социальные науки еще  не  имеют
надежной  теории,  объясняющей  природу  бюрократии  на   различных   этапах
общественного развития. Это неудивительно:  тема  была  практически  закрыта
для  исследований.  В  советское  время  в  основном  разрабатывались  общие
проблемы социального управления[3] и критиковались западные  теории  в  этой
области[4]. Свою оценку бюрократии, которую никто  из  советских  социологов
не  отваживался  пересмотреть,  давал  еще   В.И.   Ленин[5],   отмечая   ее
“всевластие”, но его оценка  распространялась  на  дореволюционные  времена,
где господствовали капиталистические производственные отношения,  которым  и
служила старая  государственная  машина  подавления  и  угнетения.  Но  слом
старой машины не привел к ликвидации бюрократии, она приобрела другие  формы
и совсем другие властные возможности. Его  последователи,  учитывая  мощь  и
традиции бюрократии в России,  находили  определенную  форму  компромисса  с
нею. Они проводили отдельные  декларативные  компании,  не  задаваясь  целью
глубокого исследования. После 1985 года  вопросы,  связанные  с  технологией
управления продолжали разрабатываться.[6] Проблемы бюрократии  затрагивались
во многих работах  перестроечного  периода,  начало  которым  было  положено
многочисленными публикациями в периодической печати.  Позже  многие  из  них
легли в основу первых изданий по этой теме. Для них характерен  определенный
эмоциональный  настрой  и  антибюрократическая  эйфория,  в   которых   ярко
выражалось стремление высказаться о назревших проблемах общества  и  твердая
уверенность  в  возможности  их  быстрого  решения.[7]  Научная   разработка
проблемы бюрократии и бюрократизма началась лишь с 1985 г. В  основном,  это
были работы, обращенные к анализу нашего  недавнего  прошлого.[8]  Появились
научные  публикации,  в  которых  было  показано,  что  бюрократия  остается
значимым фактором истории и нашего  сегодняшнего  дня.[9]  Вышли  в  свет  и
работы, в которых утверждается, что на рубеже 20-30-х гг. Сталин  осуществил
государственный  переворот  и  в   дальнейшем   своем   развитии   Советское
государство опиралось не на живое творчество масс, как требовал Ленин, а  на
партийно-государственную  бюрократию.[10]  Но  можно  ли  говорить  о  живом
творчестве масс, если практически, оно рано или  поздно  трансформируется  в
живое творчество отдельных людей, которое с течением времени превращается  в
живое бумаготворчество.
  Современные  западные  социологи  и  политологи  считают   бюрократизацию
социальных и политических отношений самоочевидным фактом.  Еще  Макс  Вебер,
которого некоторые из его современников склонны были называть “свирепым”,  в
начале  века  говорил,  что  на  горизонте  современной  цивилизации  маячит
бюрократия древнеегипетского типа, усовершенствованная по  последнему  слову
науки и техники.[11] Другим интересным  исследователем  феномена  бюрократии
является  всемирно  известный  английский   публицист-сатирик,   историк   и
политолог  С.Н.  Паркинсон.  Его  работы  написаны  очень  живым  языком  со
свойственным  англичанам  юмором,  не  без   помощи   которого   вскрываются
всеобщие законы кошмарной бюрократической нелепицы.[12]
  Таким образом, практически все авторы единодушны в оценке бюрократии,  но
существуют разные подходы к определению его истоков, и, исходя из  этого,  к
методам его преодоления, а так же и к самой  возможности  такового.  Поэтому
задача данного реферата  будет  заключаться  в  том,  чтобы  по  возможности
представить точки зрения различных  исследователей  на  феномен  бюрократии,
его социальную и политическую сущность, современные  проблемы,  связанные  с
бюрократизмом и возможности преодоления его проявлений.


                    I. Бюрократия: источники и сущность.

  Слово “Бюрократия” в буквальном переводе означает  господство  канцелярии
(от фр. bureau - бюро, канцелярия), власть аппарата управления[13]. Само  по
себе это слово не несет никакой негативной нагрузки. Различные учреждения  и
конторы,   как   звенья   государственного   аппарата,   органы   управления
предприятий  и  организаций,  создаются  для  управления   происходящими   в
подведомственных  структурах  процессами,  для  организации   связей   между
участниками общественной жизни и между ними и обществом в целом.  При  этом,
вполне логично, что эти органы наделены определенной властью в рамках  своей
компетенции. Но, в свою очередь, предполагается,  что  они  стремятся  не  к
собственным  выгодам,  а  действуют  в  интересах  прежде  всего  тех,   кто
уполномочил их управлять, удовлетворяют потребности самих управляемых.[14]
  Исходя из буквального значения слова “бюрократия”, его часто  употребляют
как синоним административного управления. Кроме того, термином  “бюрократия”
нередко  обозначается  рационально  организованная  система  управления,   в
которой работают компетентные служащие на должном  профессиональном  уровне.
Такое понимание бюрократии во многом связано с работами немецкого  социолога
Макса   Вебера   (1864-1920),   оставившего   заметный   след    в    теории
управления[15]. В широком же, и наиболее часто употребляемом  применении,  а
также в политической лексике термин “бюрократия” и все производные  от  него
употребляются  в  ярко  выраженном  негативном  смысле,   как   своеобразное
“контруправление”. То есть  акцент  смещается  в  сторону  извращенных  форм
управления (раздутость и  запутанность  аппарата  управления,  многописание,
подмена законов подзаконными актами, волокита, консерватизм,  недоступность,
протекционизм  и  др.).  Поэтому  необходимо  четко  дифференцировать   само
понимание термина “бюрократия”, так как возникает  возможность  нивелировать
различия самих принципов управления и отрицательных черт их  проявления.  То
есть  “бюрократизм”  необходимо  воспринимать  как  врожденный,  тяжелый   и
хронический недуг органов управления, который свойственен  любому  обществу,
не взирая  на  различия  в  социально-политическом  устройстве.  Этот  недуг
всеобъемлющ.  При  изменении  форм  управления  он  способен  к  мутации   и
приспособляемости.  Такая   непотопляемость   бюрократизма   обусловливается
прежде всего источниками его  появления,  его  социальной,  экономической  и
политической базой.

               1.1. Источники появления и генезис бюрократии.

  В определении источников появления бюрократии  есть  несколько  подходов,
иногда диаметрально противоположных. Это определяет и различие  во  взглядах
на  генезис   этого   явления   и   возможность   его   преодоления.   Из-за
недостаточного объема данной работы,  представляется  возможным  представить
только две крайние точки зрения на эту проблему.
  Если кратко определить сущность  марксистского  подхода,  можно  сказать:
бюрократия - это  социальный  организм-паразит  на  всем  протяжении  своего
исторического существования, результат  социально-классовых  антагонизмов  и
противоречий   и   материализация   политического   отчуждения.   Бюрократия
органически связана с экономическими отношениями, политическими  структурами
и идеологическими  формами  сознания.[16]  Марксистский  подход  имеет  свою
систему понятий (“бюрократическое отношение -  государственный  формализм  -
политический  рассудок”)   и   ключевые   принципы   анализа   (целостность,
конкретность, монизм, классовость и  революционное  отношение  к  классовому
обществу и государству).
  Бюрократическое  отношение  обусловлено  экономически,  не  зависит    от
интересов, сознания и воли  индивидов,  определяет  их  действия,  и  потому
объективно.  Бюрократическое  отношение  -   форма   проявления   социальных
противоречий  между  государством  и  обществом,  аппаратом   управления   и
гражданами.  Чиновники,  включенные  в  систему  государственного   аппарата
обладают своего рода монополией на политический разум и мораль, и  стараются
снять с себя вину за социальные противоречия и переложить ее на  общество  и
граждан. Причем высшие уровни доверяют  опыту  и  разуму  низших,  а  низшие
делегируют высшему знание всеобщего.[17]
  Классики марксизма пришли  к  выводу,  что  бюрократизм  приобретает  тем
большие  масштабы,  чем  авторитарнее  политический  режим,  а  степень  его
ограничения зависит от степени  демократичности.  В  условиях  авторитарного
режима государство сводится  к  “...выделенному  из  человеческого  общества
аппарату   управления...   особого   разряда   людей   специалистов,   чтобы
управлять...”[18].  В  этих  условиях  государственный  аппарат  приобретает
определенную степень самостоятельности  по  отношению  к  обществу,  которое
делегирует этому  аппарату  властные  полномочия.  А  эта  самостоятельность
питает почву для процветания бюрократии. У бюрократа  “государственная  цель
превращается в его личную цель, в погоню за чинами, в делание  карьеры”[19],
в  удовлетворение  своих  материальных  потребностей.  Такое  безразличие  к
общественным   делам   выражается   в   государственном   формализме,   т.е.
превращение  политических  целей  в   канцелярские   задачи,   и   наоборот.
Социальная  почва  государственного  формализма  -  отношения  собственности
(частной и  государственной),  материальные  интересы  и  разделение  труда,
которое  порождает   корпоративные   интересы.   Необходимость   их   защиты
культивирует устойчивые организационные формы[20]. “Государственный  аппарат
не может быть слишком простым. Ловкость жуликов всегда в том и  заключается,
чтобы усложнить этот аппарат и сделать его загадочным”.[21]
  Политический рассудок есть форма мысли, которая отражает  бюрократические
отношения и государственный формализм.  Политический  рассудок  определяется
материальным положением индивидов, групп и классов.  А  чем  более  политика
довлеет  над  экономикой,  тем  бюрократичнее  государство[22].  Бюрократизм
возник еще в рабовладельческом обществе  и  особенно  развился  в  восточных
деспотиях, базировавшихся  в  соответствии  с  терминологией  К.  Маркса  на
“азиатском способе производства” с характерным для  него  большим  значением
централизованно управляемых ирригационных работ. Бюрократизм  развивался  на
почве исторически закономерного процесса выделения управления в  особый  вид
общественной  деятельности,   профессионализации   аппарата   управления   и
наделение его необходимыми для управления властными полномочиями. По  мнению
марксистов он достиг наивысшего расцвета в буржуазных  государствах,  прежде
всего в тех,  которые  и  на  капиталистической  стадии  развития  сохранили
многое от аппарата управления абсолютной монархии.  Не  случайно  анализ  К.
Марксом прусского бюрократизма  40-х  гг.  XIX  в.  и  анализ  В.И.  Лениным
российского  бюрократизма  в  конце  XIX  и  начале   XX  в.  долгое   время
оставались единственным  приемлемым  в  нашей  стране  взглядом  на  природу
бюрократии.[23]
  Таким образом, социально-политические корни бюрократизма, с точки  зрения
марксистской  парадигмы,  так  как  он  сформировался  в   эксплуататорском,
главным образом в буржуазном обществе, заключаются в чрезмерном  обособлении
аппарата управления  от  общества,  утверждении  чиновничьего  эгоцентризма,
использовании работниками аппарата предоставленных  им  властных  полномочий
для обеспечения своих  собственных  групповых  и  индивидуальных  интересов,
которые определяются прежде всего их материальным положением[24].
  Совсем иные истоки проявления  бюрократии  в  общественно-политической  и
хозяйственной жизни описывает  М.  Вебер  в  своем  итоговом,  в  буквальном
смысле этого слова,  труде  “Хозяйство  и  общество”,  который  к  сожалению
остался  незавершенным.  Общим  для  Вебера  и  марксизма  был   взгляд   на
бюрократию, как аппарат господства. Но  если  марксисты  рассматривали  этот
аппарат прежде всего как инструмент военно-политического господства,  то  М.
Вебер  видел  в  этом  организационный  аспект  господства,   обеспечивающий
целостность  существования  общества.  Социальная  структурированность,   по
мнению М. Вебера, необходима не только для сил (социальных  групп,  сословий
и  т.д.),  находящихся  непосредственно  в  системе  аппарата  управления  и
заинтересованных в его консервации, но и для  всех  членов  общества[25].  В
этом аспекте господство  получает  свое  функциональное  оправдание,  дающее
право на применение прямого насилия узкой  группой  лиц  в  интересах  всего
общества,  а  не  того  или  иного  класса.  Источник  дальнейшего  развития
бюрократии, пронизывающей все  сферы  общественной  деятельности,  М.  Вебер
видит в процессах концентрации (социальной,  политической,  экономической  и
др.),  которые  сопровождаются  отчуждением  непосредственного   исполнителя
(“производителя”) от средств производства. Это приводит  к  необходимости  в
посреднике,  обеспечивающем  восстановление  этой  связи.  То  есть,   корни
бюрократии по мнению  М.  Вебера  более  глубокие   и  лежат  не  столько  в
плоскости экономических отношений и вопросов  собственности,  а  исходят  из
онтологической  потребности  человека  в  социальной  структурированности  и
организации для обеспечения  своей  повседневной  безопасности.  Поэтому  М.
Вебер считает, что бюрократия не  является  “надстройкой”  над  “отношениями
эксплуатации и частной  собственности”.[26]  Он  видит  глубокую  внутреннюю
связь   процессов   бюрократизации,   огосударствления    собственности    и
потребности в социальной организации общества вообще.
  Если говорить о политической истории России, то в ней ярко видны глубокие
корни и традиции российской  бюрократии,  обладающей  своими  специфическими
особенностями. Гражданского общества европейского образца в  России  никогда
не существовало. Государство всегда господствовало  над  обществом.  Поэтому
бюрократия   обладала   преимуществом   по   сравнению   с   другими,   даже
привилегированными сословиями. Экономические преобразования  в  значительной
степени осуществлялись сверху, путем  государственного  принуждения,  причем
превыше  всего  ставились  интересы  государства,  потребности   обороны   и
экспансии,   и   эти   интересы   не   всегда   совпадали    с    интересами
привилегированных  сословий.  В.П.   Макаренко   считает,   что   неизбежным
следствием  этого  принципа  является   монополия   государства   на   любые
социальные инициативы. Формы социальной жизни и организации,  не  навязанные
государством,  решительно   пресекались.   На   этой   почве   формировалась
бюрократическая традиция  политической  мысли  и  практики:  гражданин  есть
собственность государства и все  его  действия  либо  определяются  властью,
либо   являются   покушением   на   власть.[27]    Государство    становится
всеобъемлющим  инструментом  для  реализации  задач,  направленных  на  свое
воспроизводство.  Все  сферы  общественной  жизни  требуют  в  этом   случае
тотальной  подконтрольности   со   стороны   государства.   Без   этого   их
существование становится невозможным. В свою очередь необходимость в  полном
контроле   и   соблюдении   интересов   государства   требуют    постоянного
воспроизводства  аппарата,  который  сможет  осуществлять  этот  контроль  и
блюсти эти интересы.
  Классики марксизма считали, что при переходе  к  социализму  утрачивается
главная  опора   бюрократии   -   система   капиталистических   общественных
отношений. Но реальность показала, что бюрократия может существовать  и  без
этой “главной” опоры, питая свои корни в более благодатной  и  непоколебимой
почве - в самом государстве. Достаточно полный анализ  советской  бюрократии
содержит работа кандидата экономических наук  Каратуева  А.Г.[28]  Советская
бюрократия   вполне    успешно    приспособила    методы    “обобществления”
производства,   а    также    идеологическое    единение    государства    и
государственного  аппарата.  В  экономической   сфере,   а   А.Г.   Каратуев
рассматривает методы господства советской бюрократии  именно  сквозь  призму
экономической  деятельности,  государственная  бюрократия  смогла  проводить
конфискационную  экономическую  политику,  которая   исключала   возможность
конкуренции и  на  первое  место  выдвигала  фетиш  “плана”,  приоритетность
выполнения  “показателей”,  поклонение  регламентирующим  документам.  Такая
политика обеспечила формирование  военно-полицейского  характера  экономики,
который подразумевал  невозможность  экономической  свободы  предприятий,  а
также  простых  граждан,  которые   были   практически   лишены   источников
независимого от  государственной  службы  существования.  В  такой  ситуации
тотальной зависимости от государства, и прежде всего от аппарата  управления
этим государством, складывалась возможность осуществления полного  контроля,
максимального  использования  властных   полномочий   через   монополизацию,
консервацию и постоянное воспроизводство  бюрократической  машины,  якобы  в
интересах всего “общества”.
  Очень интересно объясняется перманентная  бюрократизация  управленческого
аппарата в  замечательной  работе  английского  публициста  Сирила  Норткота
Паркинсона  “Закон  Паркинсона”.  Истоки  этого  феномена  он  рассматривает
сквозь призму  социально-психологической  ориентации  чиновника.  Его  Закон
выражается в форме двух “почти аксиоматических положений”:
 1) чиновник множит подчиненных, но не соперников;
 2) чиновники работают друг на друга.[29]
  Если кратко расшифровать эти тезисы,  то  перед  нами  предстанет  вполне
реальная картина. Чиновник, находясь  на  определенном  этапе  своей  жизни,
жалуется  на  перегрузку,  и,  как  правило,  просит  себе  в  помощь   двух
подчиненных. Причем обязательно двух, ни в коем  случае  не  меньше,  “чтобы
каждый придерживал другого, боясь,  как  бы  тот  его  не  обскакал”[30].  С
течением времени возникнет  необходимость  разгрузить  и  этих  подчиненных,
назначив каждому в помощники еще по два исполнителя. Таким  образом,  первый
чиновник будет иметь определенный административный вес,  а  его  подчиненные
будут  трудится  в  поте  лица,  причем  независимо  от  того,   увеличилось
количество  дел  или  нет.  При  выполнении  разросшимся  в   геометрической
прогрессии штатом сотрудников по существу того же объема работ,  что  раньше
выполнял первый чиновник, весь штат  оказывается  загруженным  полностью,  а
чиновник-вершина пирамиды занят больше, чем прежде.
  Не менее интересен обзор “болезни  Паркинсона”,  которая  может  поразить
практически   любое   учреждение   и   способно    загубить    всякую    его
работоспособность. Эта болезнь проходит стадии. Первый  признак  заболевания
проявляется в том, что  среди  сотрудников  учреждения  появляется  человек,
сочетающий  полную  непригодность  к  своему  делу  с   завистью   к   чужим
успехам.[31] Опасность увеличивается, когда этот человек, не  справляясь  со
своей работой, суется в чужую и пытается войти в руководство. Когда ему  это
в  какой-то  степени  удается,  наступает  вторая  стадия  заболевания.   Он
начинает выживать тех, кто способнее его, и не дает  продвинуться  тем,  кто
может заменить его в будущем. И в конечном итоге штаты  заполняются  людьми,
которые глупее начальника. Если он второго сорта, они будут третьего,  а  их
подчиненные четвертого. А чтобы жить спокойной жизнью в этом учреждении  все
принимают эти правила игры  и  пытаются  выглядеть  глупее,  чем  они  есть.
Коматозного состояния учреждение достигает на третьей стадии,  когда  в  нем
снизу доверху не  встретишь  и  капли  разума.  Из  этого  состояния  выхода
практически уже нет и  учреждение  обречено  на  гибель  или  неплодотворное
существование.
  Различия  во  взглядах  на  истоки  феномена  бюрократии  отражаются   на
классификации и типологии бюрократии, и на определении ее сущности.


                  1.2. Типология бюрократии и ее сущность.

  Б.П. Курашвили, как представитель марксистского  подхода,  различает  два
типа  бюрократизма  -  добросовестный  (патерналистский)  и   своекорыстный.
Формула   добросовестного    (патерналистского)    бюрократизма:    максимум
общественной пользы при максимуме  задаваемого  сверху  порядка  и  минимуме
доверия к управляемым, минимуме  их  самостоятельности  и  инициативы  в  их
собственном деле и в общественной  жизни  в  целом.  Формула  своекорыстного
бюрократизма:  максимум  карьеры  и  корыстного   использования   служебного
положения  при  минимуме  заботы  об  общественной  пользе.[32]  Надо  также
сказать, что Б.П. Курашвили отождествляет своекорыстный  бюрократизм  прежде
всего с капитализмом, а при социализме он  “сохраняется  во  враждебной  ему
среде”,   хотя   “исторически   загнан    в    угол”[33].    Представителями
патерналистского  (“отеческого”)   бюрократизма   Б.П.   Курашвили   считает
добросовестных и честных чиновников,  которые  тем  не  менее  пропитываются
“эгоцентристским     духом     аппарата,     профессиональным     снобизмом,
технократическим  высокомерием”.[34]   В   социалистическом   обществе   они
существуют также не в чистом виде - в виде местничества  и  ведомственности.
Одним из обоснований  бюрократического  отчуждения  аппарата  управления  от
управляемых  Б.П.  Курашвили  видит  в  необходимости  профессионализма    в
управлении, который нередко порождает  у  чиновников  чувство  превосходства
над “простыми” людьми.[35] Как отмечает А.П.  Бутенко,  одно  из  извращений
социализма состоит в  том,  что  подменяется  “механизм  двусторонней  связи
управляющих  и   управляемых...   механизмом   одностороннего   командования
сверху”.[36]  Этот  механизм  неизбежно  вызывает  к   жизни   своекорыстное
обособление и отчуждение аппарата управления от  общества,  использование  в
корыстных  (групповых  или  индивидуальных)  интересах  предоставленных   им
властных  полномочий,  элитарно-кастовые  тенденции  в  их  среде,   что   в
совокупности составляет  социально-политическую  сущность  бюрократизма.[37]
Организационно-техническую сущность этого явления Б.П. Курашвили,  апеллируя
к  работам  классиков  марксизма-ленинзма,  видит  в   сплошной   формальной
заорганизованности всего и вся, и в стремлении бюрократии выдать  формальное
за содержание, а содержание - за формальное, когда весь  принцип  управления
приобретает призрачный характер и  сводится  к  обожествлению  “показателей”
как  инструмент  для  измерения   эффективности   аппарата   управления.[38]
Немаловажен,  по  мнению  сторонников   марксистской   точки   зрения,   при
определении  социально-политической  сущности  бюрократизма   и   вопрос   о
“правовой”  основе  бюрократии,  которая  уделяет  исключительное   внимание
“правовому обеспечению” своего воспроизводства,  созданию  юридической  базы
для своего существования.
  Несколько  другую  классификацию  бюрократии  приводит  в  своей   работе
“Хозяйственная этика мировых религий” Макс  Вебер.  Он  различает  два  типа
бюрократии:    традиционную    “патримониальную”,    которой     свойственно
иррациональное начало, и современную рациональную. Первый  тип  зародился  и
развивался, проникая постепенно во все сферы общественной  жизни,  вместе  с
зарождением и развитием государственной машины. Он  охватывал  прежде  всего
область государственного управления  и  поддержания  общественного  порядка.
Среди   традиционной   бюрократии    М.    Вебер    вычленяет    “бюрократию
древнекитайских  мандаринов”  и  древнеегипетских,  позднеримских,  а  также
византийских чиновников. Древнекитайский  мандарин  отличался  от  чиновника
“египетского, позднеримского и византийского типа” тем,  что  он  вообще  не
был специалистом управления, а скорее “литературно-гуманитарно  образованным
джентльменом”.[39] Рациональная бюрократия  сформировалась  в  эпоху  Нового
времени, первоначально охватывая сферу частно-хозяйственной  деятельности  и
прежде  всего  сферу  внутрихозяйственного   управления   наиболее   крупных
предприятий.   Постепенно    влияние    рациональной    модели    бюрократии
распространилось и на другие сферы общественной жизни,  постепенно  вытесняя
патримониальную.[40]  Но  тем  не  менее,  общегосударственная   бюрократия,
приобретая черты рациональности, четко отделялась М. Вебером  от  бюрократии
частно-хозяйственной, т.к. существовал принцип  невмешательства  государства
в   частно-хозяйственную   область   и   разграничение    экономической    и
государственно-политической деятельности.  Современный  М.  Веберу  бюрократ
отличается по его мнению от патримониального бюрократа второго типа  гораздо
большей “рациональной предметной  специализированностью  и  вышколенностью”,
т.к.   произошло   вливание   рационального   начала    частно-хозяйственной
бюрократии.
  Социально-политическую сущность  бюрократии  М.  Вебер  определяет  через
онтологическую    потребность    общества    в    социальной    организации,
структурированности и упорядочения вообще и видит глубокую внутреннюю  связь
процесса бюрократизации с процессом огосударствления собственности.[41]  Эти
процессы порождают неминуемое возникновение  угрозы  исчезновения  элементов
свободы  в  экономической  и  других  сферах.   Государственная   бюрократия
начинает  вмешиваться   во   внутрихозяйственное   управление   предприятий,
подрывая его мелочной  опекой  и  вступая  в  противоречие  с  экономической
рациональностью  и   рентабельностью.   Такая   ситуация   вмешательства   и
тотального контроля с целью обеспечения фискальных  интересов  и  укрепления
военной мощи государства была,  к  примеру,  очень  характерна  для  системы
органов  управления  горнозаводской  промышленностью  Урала  XVIII-XIX  вв.,
когда частные предприятия организовывались и функционировали  под  неусыпным
надзором государства.  Сфера  деятельности  этих  предприятий  также  строго
регламентировалась  и   направлялась   в   русло   военной   промышленности.
Выполнение   заказов    военного    ведомства    пользовалось    неоспоримой
приоритетностью, а вопросы  экономической  целесообразности  и,  тем  более,
рентабельности волновало государство в меньшей степени.


                 II. “Борьба” с бюрократией: есть ли выход?


                      2.1. “Борьба” или “противовесы”?

  Стремление преодолеть различные проявления бюрократизма также вечно,  как
стремление усовершенствовать систему управления в целом,  сделать  ее  более
эффективной, свободной от недостатков и отвечающей потребностям общества.
  Во времена расцвета российской бюрократии XIX в.  издавались  специальные
постановления о необходимости преодоления  бюрократический  проявлений.  Так
например, на основании  высочайше  утвержденного  в  июле  1806  г.  проекта
горного положения, подробно регламентирующего всю систему управления  горным
ведомством  Российской  империи,  горные   чиновники   обязаны   были   “...
стараться, чтоб письмоводство по делам горным и  заводским  было  не  только
уменьшено, но и как возможно коротко, не на счет однакож ясности; ...и  чтоб
во всех делах... была соблюдена надлежащая поспешность, точность,  краткость
и ясность...”[42]. Кроме того, постоянно  производились  попытки  сокращения
штатов аппарата управления, хотя главнейшей целью  сокращения  было  конечно
же соблюдение выгоды казны.  В  1828  г.  Министерство  финансов  Российской
империи провело ряд реорганизаций  в  системе  управления  горными  заводами
Уральского региона, связанных со стремлением  извлечь  максимальную  прибыль
при сокращении объема финансирования. Эту прибыль планировалось  получить  в
том числе и “... от уменьшения  в  довольном  количестве  штатных  расходов,
которое произошло от исключения некотораго числа излишних класных  и  нижних
чинов, и назначения по новому штату тех  и  других  по  мере  самой  крайней
необходимости...”[43]. Но, по всей видимости,  рамки  крайней  необходимости
постоянно росли, а вместе с ними росли и штаты. То  есть  отдельные  попытки
установления  препятствий  широкому  распространению  бюрократизма   царской
России, не могли привести к желаемому  результату,  т.к.  эти  постановления
были  каплей  в  море  законодательства.  Объективные  же  причины  наоборот
способствовали все более широкому  распространению  бюрократизма,  т.к.  его
социально-политическая база постоянно росла.
  Не произошло видимых  изменений  и  после  революции  1917  г.  Несколько
видоизменилась социально-политическая  и  идеологическая  основа,  но  корни
бюрократизма остались неизменными.  Партия  большевиков,  во  главе  с  В.И.
Лениным,  искренне  верила,  что  главная  опора  бюрократизма   -   система
капиталистических отношений - рухнула, и  что  осталось  только  выкорчевать
корни. Еще С.Л.  Франк  говорил  о  нравственной  болезни,  которую  называл
революционностью, порожденную  русской  привычкой  жить  мечтами  о  светлом
будущем[44]. Отсюда и ярко выраженное настроение постоянной “борьбы” с  тем,
что мешает видеть  свои  мечты  реальностью.  Отсюда  и  стремление  сломить
сопротивление    “...    совбюрократии,     отстаивающей     бюрократическую
старину”.[45] Формы “борьбы” с бюрократизмом были самыми  разнообразными  от
ленинских увольнений до горбачевских сокращений,  от  сталинских  чисток  до
андроповских облав. Но результат этой “борьбы” был всегда  один  и  тот  же:
нет побежденных и все победители, а результатом  “кавалерийских  атак”  было
новое  пополнение  бюрократии,  в   том   числе   из   рядов   ее   яростных
противников.[46]
  Макс Вебер, видя истоки феномена бюрократии  в  онтологическом  измерении
общественной  жизни  и  потребности  в  социальной  структурированности,   в
принципе не  считал  возможным  “окончательное  решение”  этой  проблемы  ни
эволюционным,  ни  революционным  способом.[47]  И   именно   такой   взгляд
заставлял  его  постоянно  искать   “противовесы”   неотвратимым   процессам
бюрократизации  экономики  и  общества  в  целом.  Источником  для  расцвета
бюрократии  М.  Вебер  считал  государственный   капитализм,   при   котором
вмешательство государственной бюрократии  в  экономическую  и  хозяйственную
жизнь общества вносит  иррациональное  начало,  противоречащее  рациональным
основам  и  нарушается  основной  принцип  капиталистической   легитимности,
принцип хозяйственной самостоятельности. При этом частный капитализм был  бы
ликвидирован, а “государственная бюрократия господствовала  бы  в  одиночку”
и   само   “руководство   огосударствленными   предприятиями...   стало   бы
бюрократическим”.[48]  Эту  тенденцию  М.  Вебер   называет   “универсальной
бюрократизацией”,   которой   он   противопоставляет   “сохранение   частно-
хозяйственного принципа”.

                           2.2. Так есть ли выход?

  Современные исследователи отвечают на этот вопрос  с  различной  степенью
оптимизма. Российские специалисты в области теории управления,  понимая  всю
сложность этой проблемы, тем не менее предлагают  основные  направления,  по
которым можно выйти  из  этого  тупика.  Сложность  преодоления  заключается
прежде всего  в  том,  что  у  бюрократии  очень  прочны  традиции,  которые
отложили свой отпечаток на каждого  человека.  Родившись,  человек  начинает
сложный путь  социализации,  которая  пронизана  сложнейшими  иерархическими
системами.  В  этих  системах  и  подсистемах  человек   приучается   играть
множество социальных ролей[49], не  все  из  которых  исполняются  искренне.
Растущий конформизм, попадая  в  питательную  почву,  способен  развиться  в
закоренелый   бюрократизм.   Поэтому   различные   проявления   бюрократизма
свойственны нам всем, “это -  глубинная  часть  нашего  “Я”[50]  и  начинать
сложный путь выхода из этого лабиринта следует прежде всего с самоанализа  и
самопреодоления.
     Многие   исследователи   сходятся   во   мнении,   что    существенным
противодействием  бюрократическим  тенденциям  может  стать   демократизация
общественной  жизни,  совершенствование  системы   управления   и   создание
правового  государства.  Так  Конституция  Российской  Федерации   1993   г.
предусматривает  право  грждан  обжаловать  в  судебном  порядке  решения  и
действия  (или  бездействие)  органов    государственной   власти   местного
самоуправления и  должностных  лиц.[51]  Другими  немаловажными  принципами,
сдерживающими тотальную  или  “универсальную  бюрократизацию”  должны  стать
развитие частно-хозяйственной деятельности и  децентрализация  в  управлении
экономикой. Кроме  того,  должна  быть  хорошо  отлажена  система  взаимного
контроля, основанная на демократическом принципе разделения  властей[52],  а
также разработана эффективная политика  в  отношении  подбора  и  назначения
кадров аппарата управления[53]. Не вызывает никаких сомнений, что для  того,
чтобы все перечисленные мероприятия имели положительный  эффект,  необходимо
глубокое научное исследование  феномена  бюрократии,  проблем  бюрократии  и
социальной природы человека, бюрократии и аппарата управления, бюрократии  и
государства.
  Так как же все таки быть тому садовнику? Ясно одно, что “борьба” со  злым
растением приведет к гибели благородного, а если  ничего  не  предпринимать,
тогда корни сорняка высосут всю жизненную влагу, а орхидея зачахнет.



               Список использованных источников и литературы.


  Конституция РФ.
  Федеральный  закон  “Об   основах   государственной   службы   Российской
Федерации” от 31 июля 1995 г.  № 119-ФЗ  //Ведомости  Федерального  Собрания
РФ. 1995. № 24.
  ПСЗ. - СПб., 1830.
  ПСЗ. - Собрание 2-е. - СПб., 1830.
  Ленин В.И. ПСС.
  Маркс К., Энгельс Ф. Соч. - 2-е изд.

 Актуальные проблемы хозяйственного руководства. - М., 1985.
 Борисов В.К. Демократизация общества и преодоление бюрократизма: Социально-
политический аспект. - М., 1990.
 Бузгалин А.В. Анатомия бюрократизма. - М., 1988.
 Бурлацкий Ф.М., Галкин А.А. Современный Левиафан. - М., 1985.
 Бутенко А.П. Противоречия развития социализма как общественного  строя.  //
Вопросы философии. 1982. № 10.
 Бутенко А.П.  Теоретические  проблемы  совершенствования  нового  строя:  о
социально-экономической природе социализма. //Вопросы философии. 1987. № 2.
 БЭС. - М., 1994.
 Бюрократизм и самоуправление. - Сыктывкар, 1990.
 Бюрократия и общество. - М.,1991.
 Гайденко П.П., Давыдов Ю.Н. Проблемы бюрократии у Макса Вебера. //  Вопросы
философии. 1991. № 3.
 Гвишиани Д.М. Организация и управление. Социологический  анализ  буржуазных
теорий. - М., 1970.
 Ермоленко А.А. Бюрократизм в коллективном производстве. - Воронеж, 1989.
 Ефимов А. Элитные группы, их возникновение и  эволюция.  //Знание  -  сила.
1988. № 1.
 Ивенский Л.М. Культура управления:  Сущность,  генезис,  метауправление.  -
Чебоксары, 1992.
 Ильчиков М.З. Управление: взаимодействие экономики и политики. - М., 1990.
  Каратуев  А.Г.  Советская  бюрократия:   Система   политико-экономического
господства. - Белгород, 1993.
 Комаров Е.И. Бюрократизм - на суд гласности! - М., 1989.
 Курашвили Б.П. Борьба с бюрократизмом. - М., 1988.
 Макаренко В.П. Бюрократия и государство. - Ростов-на-Дону, 1987.
 Макаренко В.П. Бюрократия и сталинизм. - Ростов-на-Дону, 1989.
  Не  сметь  командовать!:  От  администротивно-командных  к   экономическим
методам управления. - М., 1990.
 Паркинсон С.Н. Законы Паркинсона. - М., 1989.
 Пономарев Л.Н., Шинкаренко В.В. Это вопрос целой эпохи:  Демократия  против
бюрократии. - М., 1990.
 Пригожин А.И. Современная социология организаций. - М., 1995.
  Прокопенко  В.Н.  Коллегиальность   и   единоначалие   в   государственном
руководстве и управлении социалистической экономикой. - Алма-Ата, 1989.
 Теоритические проблемы социального управления. - М., 1968.
 Франк С.Л. Смысл жизни. // Вопросы философии. 1990. № 6.
 Хасбулатов Р.И. “Бюрократия тоже наш враг...:  Социализм  и  бюрократия.  -
М., 1989.
-----------------------
[1] Курашвили Б.П. Борьба с бюрократизмом. - М., 1988. - С. 3.
[2] Макаренко В.П. Бюрократия и сталинизм. - Ростов-на-Дону, 1989. - С. 12.
[3] Теоритические проблемы социального управления. - М., 1968.
[4] Гвишиани Д.М. Организация и управление. Социологический анализ
буржуазных теорий. - М., 1970.
[5] Ленин В.И. ПСС. - Т. 5. - С. 35.
[6] Актуальные проблемы хозяйственного руководства. - М., 1985.; Прокопенко
В.Н. Коллегиальность и единоначалие в государственном руководстве и
управлении социалистической экономикой. - Алма-Ата, 1989.; Ивенский Л.М.
Культура управления: Сущность, генезис, метауправление. - Чебоксары, 1992.;
Ильчиков М.З. Управление: взаимодействие экономики и политики. - М., 1990.;
Пригожин А.И. Современная социология организаций. - М., 1995. и др.
[7] Не сметь командовать!: От администротивно-командных к экономическим
методам управления. - М., 1990.; Пономарев Л.Н., Шинкаренко В.В. Это вопрос
целой эпохи: Демократия против бюрократии. - М., 1990.; Комаров Е.И.
Бюрократизм - на суд гласности! - М., 1989.; Хасбулатов Р.И. “Бюрократия
тоже наш враг...: Социализм и бюрократия. - М., 1989
[8] Бурлацкий Ф.М., Галкин А.А. Современный Левиафан. - М., 1985.; Ефимов
А. Элитные группы, их возникновение и эволюция. // Знание - сила. 1988. №
1.; Макаренко В.П. Бюрократия и государство. - Ростов-на-Дону, 1987.;
Макаренко В.П. Бюрократия и сталинизм. - Ростов-на-Дону, 1989. Каратуев
А.Г. Советская бюрократия: Система политико-экономического господства. -
Белгород, 1993. и др.
[9] Курашвили Б.П. Борьба с бюрократизмом. - М., 1988.; Бузгалин А.В.
Анатомия бюрократизма. - М., 1988. ; Ермоленко А.А. Бюрократизм в
коллективном производстве. - Воронеж, 1989.; Борисов В.К. Демократизация
общества и преодоление бюрократизма: Социально-политический аспект. - М.,
1990.; Бюрократизм и самоуправление. - Сыктывкар, 1990.; Бюрократия и
общество. - М.,1991. и др.
[10] Бутенко А.П. Теоретические проблемы совершенствования нового строя: о
социально-экономической природе социализма. // Вопросы философии. 1987. №
2.
[11] Гайденко П.П., Давыдов Ю.Н. Проблемы бюрократии у Макса Вебера. //
Вопросы философии. 1991. № 3.
[12] Паркинсон С.Н. Законы Паркинсона. - М., 1989.
[13] БЭС. - М., 1994. - С. 184.
[14] Курашвили Б.П. Борьба с бюрократизмом. - М., 1988. - С. 4.
[15] Гайденко П.П., Давыдов Ю.Н. Проблемы бюрократии у Макса Вебера. //
Вопросы философии. 1991. № 3.
[16] Макаренко В.П. Бюрократия и сталинизм. - Ростов-на-Дону, 1989. - С.
14.
[17] Макаренко В.П. Бюрократия и сталинизм. - Ростов-на-Дону, 1989. - С.
16.
[18] Ленин В.И. ПСС. - Т. 39. - С. 69.
[19] Маркс К., Энгельс Ф. Соч. - 2-е изд. - Т. 1. - С. 271.
[20] Макаренко В.П. Бюрократия и сталинизм. - Ростов-на-Дону, 1989. - С.
20.
[21] Маркс К., Энгельс Ф. Соч. - 2-е изд. - Т. 7. - С. 529.
[22] Макаренко В.П. Бюрократия и сталинизм. - Ростов-на-Дону, 1989. - С.
25.
[23] Курашвили Б.П. Борьба с бюрократизмом. - М., 1988. - С. 7.
[24] Там же. - С. 8.
[25] Гайденко П.П., Давыдов Ю.Н. Проблемы бюрократии у Макса Вебера. //
Вопросы философии. 1991. № 3. - С. 175.
[26] Гайденко П.П., Давыдов Ю.Н. Проблемы бюрократии у Макса Вебера. //
Вопросы философии. 1991. № 3. - С. 177.
[27] Макаренко В.П. Бюрократия и сталинизм. - Ростов-на-Дону, 1989. - С.
30.
[28] Каратуев А.Г. Советская бюрократия: Система политико-экономического
господства. - Белгород, 1993.
[29] Паркинсон С.Н. Законы Паркинсона. - М., 1989. - С. 13.
[30] Там же.
[31] Паркинсон С.Н. Законы Паркинсона. - М., 1989. - С. 47.
[32] Курашвили Б.П. Борьба с бюрократизмом. - М., 1988. - С. 9.
[33] Там же. - С. 10.
[34] Там же.
[35] Там же. - С. 12.
[36] Бутенко А.П. Противоречия развития социализма как общественного строя.
// Вопросы философии. 1982. № 10. - С. 18.
[37] Курашвили Б.П. Борьба с бюрократизмом. - М., 1988. - С. 13.
[38] Там же.
[39] Гайденко П.П., Давыдов Ю.Н. Проблемы бюрократии у Макса Вебера. //
Вопросы философии. 1991. № 3. - С. 178.
[40] Там же. - С. 176.
[41] Гайденко П.П., Давыдов Ю.Н. Проблемы бюрократии у Макса Вебера. //
Вопросы философии. 1991. № 3. - С. 177.
[42] ПСЗ. - Т. XXIX. - СПб., 1830. - С. 544.
[43] ПСЗ. - Собрание 2-е. - Т. III. - СПб., 1830. - С. 88.
[44] Франк С.Л. Смысл жизни. // Вопросы философии. 1990. № 6. - С. 73.
[45] Ленин В.И. ПСС. - Т. 45. - С. 154.
[46] Гайденко П.П., Давыдов Ю.Н. Проблемы бюрократии у Макса Вебера. //
Вопросы философии. 1991. № 3. - С. 182.
[47] Там же. - С. 177.
[48] Там же. - С. 179.
[49] Пономарев Л.Н., Шинкаренко В.В. Это вопрос целой эпохи: Демократия
против бюрократии. - М., 1990. - С. 7.
[50] Там же. - С. 8.
[51] Конституция РФ. Ч. 2. Ст. 46.
[52] Курашвили Б.П. Борьба с бюрократизмом. - М., 1988. - С. 50.
[53]  31 июля 1995 г. был принят Федеральный закон “Об основах
государственной службы Российской Федерации”, который регулирует вопросы
поступления и нахождения на государственной службе, квалификационные
требования к служащим, замещающим государственные должности и т.д.



смотреть на рефераты похожие на "Феномен бюрократии: социальная и политическая сущность"