Уголовное право и процесс

Допустимость доказательств


Содержание
Введение    3
1. Допустимость как необходимое свойство доказательств  4
2. Надлежащий субъект доказывания 6
3. Надлежащий источник собирания доказательств    9
4. Надлежащий способ собирания доказательств.     14
5. Надлежащий порядок проведения и оформления процессуальных действий   20
Заключение  22
Список литературы      25



Введение


      Проблемы, возникающие в связи с  определением  критериев  допустимости
уголовно-процессуального доказывания по делу не раз поднимались  теоретиками
уголовно-процессуального   права.   Исследования   в   данном    направлении
проводились  такими  учеными  как  Н.М.  Кипнисом,  Ф.Н.  Фаткуллиным,  И.И.
Мухиным, А.П. Рыжаковым, П.А. Лупинской, Г.М. Резником   и  многими  другими
процессуалистами.
      Всесторонняя  научная  разработка  критериев  уголовно-процессуального
доказывания - одна из ведущих и основных проблем доказательственного  права.
Объясняется это тем, что  данная  категория  составляет,  по  моему  мнению,
основу всего доказательственного права, имеет  неоценимое  познавательное  и
практическое значение.
      Цель  данной  работы  состоит  в   изучении   и   обобщении   вопросов
допустимости доказательств по уголовному делу. В связи с  этим,  постараемся
решить две задачи.  Первая  -  провести  анализ  существующих  в  теории  по
данному вопросу суждений. Вторая - определить свое  отношение  к  тому,  что
есть такое допустимость доказательств и возможны ли ее критерии.



1. Допустимость как необходимое свойство доказательств

    Одним из неотъемлемых свойств доказательств является их допустимость.
    Одни  авторы  понимают  под  допустимостью   доказательств   признанную
законодателем пригодность данного источника доказательств служить  средством
процессуального доказывания[1].
    Другие считают, что закон  устанавливает  следующие  условия  признания
доказательства допустимым:
     1.  Доказательство  должно   быть   получено   надлежащим   субъектом,
        правомочным проводить по данному делу  процессуальные  действия,  в
        ходе которых было добыто доказательство.
     2. Фактические данные  должны  быть  получены  только  из  источников,
        перечисленных в ч.2 ст.69 УПК РСФСР[2].
     3. Доказательство должно быть получено с соблюдением правил проведения
        процессуального действия, в ходе которого получено доказательство.
     4. При получении доказательств должны быть  соблюдены  все  требования
        закона   при   фиксировании   хода   и   результата   следственного
        действия[3].
    Третьи - совокупность условий,  предусмотренных  законодательством  для
совершения   процессуальных   действий,   их   последовательность,   порядок
закрепления и оформления процессуальных действий, процессуальные сроки[4].
    Есть и еще одна оригинальная позиция, по  которой  вопрос  допустимости
доказательств характерен не для самого  материала  (как  доказательства),  а
деятельности по его  использованию.  В  данном  случае  автор  считает,  что
материалы доказательственной деятельности, например, не допустимые  в  руках
обвинения, могут  быть  допустимы  в  руках  стороны  защиты;  а  материалы,
допустимые на одних этапах производства по делу,  могут  быть  допустимы  на
других его этапах[5]. В целом,  позиция  автора  интересна  своей  новизной,
автор статьи оценивает вопросы  допустимости  доказательств  с  практической
точки зрения.
    Но  мы  все  же  согласимся  с  классическим   определением   критериев
допустимости доказательств и в своей работе постараемся выделить именно  эти
пункты:
    1. Надлежащий субъект доказывания.
    2. Надлежащий источник доказательств.
    3. Надлежащий способ собирания доказательств.
    4.  Надлежащий  порядок   проведения   и   оформления   процессуального
       действия[6].



2. Надлежащий субъект доказывания

    Доказательство должно быть получено надлежащим субъектом,  т.е.  лицом,
правомочным по  данному  делу  проводить  процессуальное  действие,  в  ходе
которого было получено доказательство.
    Субъекты, которые  правомочны  собирать  доказательства  по  уголовному
делу, были определены УПК РСФСР, также они включены и в  новый  УПК  РФ.  На
досудебных стадиях ими  являются  дознаватель,  следователь  и  прокурор.  В
новом  УПК,  в  качестве  субъекта,  правомочного  собирать  доказательства,
включен также защитник по уголовному делу (ст.86). Причем по новому  Кодексу
защитнику предоставлены лишь конкретные способы собирания доказательств.
    Стоит  заметить,  что  такой  критерий  как   получение   доказательств
надлежащим  субъектом,  не  выглядит  просто   и   однозначно.   Нельзя   не
согласиться  с  точкой  зрения  Некрасова  С.В.[7]  в  том,  что  не  всегда
совершенно четко, и тем более,  сразу  определяются  органы,  и  должностные
лица, которые должны производить расследование. Например, по деяниям  группы
лиц,  в   которую   входят   и   военнослужащие,   в   период   производства
предварительного  следствия  могут  ставать  вопросы  о  том,   кто   должен
производить  те  или  иные  действия.  И  иногда  лишь   перед   завершением
расследования  при   рассмотрении   окончательно   вопроса   о   возможности
предъявления обвинения лицам, становится ясно, что  итоговые  процессуальные
действия должен проводить все-таки следователь военной прокуратуры.
    Таких примеров не так  много,  поэтому  рассмотрим  конкретные  случаи,
когда   доказательства   должны   признаваться   полученными    ненадлежащим
субъектом, а, следовательно, должны признаваться недопустимыми.
    УПК РФ  содержит  перечень  дел,  по  которым  в  обязательном  порядке
производится дознание - ч.3 ст.150.
    Все следственные действия орган дознания может  провести  только  после
возбуждения уголовного дела. Следовательно,  проведя  следственные  действия
до  возбуждения  уголовного  дела  и  получив  данные  по  делу,  они  будут
недопустимыми.
    Доказательства  признаются  полученными  ненадлежащим   субъектом   при
проведении следственный действий следователем в следующих случаях:
    1. Когда следователь не принял дело к своему производству.
    Предварительное следствие производится только тем следователем, который
принял дело к своему производству. О принятии  дела  к  своему  производству
следователь выносит постановление – ч.1 ст.156 УПК.
    2. Когда следователь не включен в группу следователей.
    В  случае  сложности  дела  или  его  большого  объема  предварительное
следствие может быть поручено нескольким следователям. Об  этом  указывается
в постановлении о возбуждении дела или  выносится  отдельное  постановление.
Один из следователей принимает дело к производству  и  руководит  действиями
других следователей - ст.163 УПК.
    Проведение следственных действий членами групп, созданных иными лицами,
влечет недопустимость полученных ими доказательств.
    3. Когда следователем, нарушены требования закона о подследственности.
    Следователь, установив, что расследуемое им дело не подследственно ему,
обязан  произвести  все  неотложные  следственные   действия,   после   чего
направляет дело прокурору для передачи его по подследственности - ч.  5  ст.
152 УПК.
    Типичными нарушениями требовании закона о  подследственности  являются:
получение  доказательства   каким-либо   следователем,   кроме   следователя
прокуратуры,  по  делу,  не   относящемуся   к   подследственности   органа,
сотрудником которого он является, если, разумеется, прокурор, действующий  в
пределах своей компетенции, не воспользовался полномочием передать  дело  от
одного органа предварительного следствия другому; вторжение  следователем  в
компетенцию следователя военной прокуратуры; принятие  военным  следователем
к  своему  производству  дела,  относящегося  к   подследственности   других
органов.
    4. При проведении, следственных действий следователем  после  истечения
установленного в законе срока.
    Сроки предварительного следствия и порядок их продления  установлены  в
статье ст.162 УПК.
    Нарушения этого требования закона должно в обязательном  порядке  влечь
признание полученного при этом нарушении доказательства недопустимым.



3. Надлежащий источник собирания доказательств

    Доказательства   должны   быть   получены   только   из    источников8,
перечисленных в ст.74 УПК.
    Доказательство должно соответствовать требованиям  закона  относительно
источника  установления  конкретных  фактических   данных.   Перечень   этих
источников  дан  в  ч.2  ст.   74   УПК,   он   является   исчерпывающим   и
расширительному  толкованию  не  подлежит  (хотя,  конечно,   термин   «иные
документы» может предполагать под собой что угодно и с  этой  точки  зрения,
можно думать, что все-таки это и будет расширительное  толкование  указанной
нормы).  В  этот   перечень   включены:   показания   свидетеля,   показания
потерпевшего, показания обвиняемого (подозреваемого),  заключение  эксперта,
вещественные доказательства, протоколы следственных и  судебных  действий  и
иные документы.
    Получение доказательства из не установленного источника должно влечь за
собой недопустимость этого доказательства.
    Несмотря  на  то,  что  ч.2  ст.74  УПК  перечисляет  среди  источников
доказательств   показания   только   четырех   категорий   лиц    (показания
обвиняемого,  подозреваемого,  потерпевшего,  свидетеля),   есть   основания
полагать, что  к  этим  показаниям  можно  добавить  показания  гражданского
истца, гражданского ответчика и их представителей.
    Этим основанием является:
    -   положение ч. 2 ст. 54 УПК, предоставляющее гражданскому ответчику и
его представителю право давать объяснения по существу предъявленного иска  и
его представителю предоставляется право давать  объяснения  и  показания  по
предъявленному иску;
    Вещественные доказательства — это предметы материального  мира  (вещи),
которые имеют относящуюся к предмету доказывания фактическую информацию и  в
установленном законом порядке приобщены к делу.
    Уголовно-процессуальный закон (ст. 81 УПК)  определяет  следующие  виды
вещественных доказательств: предметы, относительно  которых  есть  основания
полагать, что они  служили  орудиями  преступлений;  предметы,  относительно
которых  есть  основания  полагать,  что  они  сохранили   на   себе   следы
преступления; предметы, относительно которых есть  основания  полагать,  что
они были объектами преступных действий;  деньги  и  иные  ценности,  нажитые
преступным путем; все другие предметы и  документы,  которые  могут  служить
средствами   к   обнаружению    преступления,    установлению    фактических
обстоятельств дела, выявлению виновных либо  к  опровержению  обвинения  или
смягчения наказания.
    Следует   иметь   в   виду,   что   документы   служат    вещественными
доказательствами, если  они  были  объектами  преступных  действий,  служили
средствами  их  подготовки,  совершения  или  если  на  них  остались  следы
преступных  действий.  Если  же  значение  документа  по  делу  определяется
справочными или удостоверительными данными, он  является  другим  источником
доказательств — «иным документом».
    Фотоснимки являются вещественными доказательствами, если они сделаны  в
процессе совершения преступления либо факт их  обнаружения  в  данном  месте
или у данного лица имеет  существенное  значение  (например,  обнаружение  у
обвиняемого фотографии, находившейся  в  похищенном  чемодане).  Фотоснимки,
изготовленные  в   ходе   следственных   (судебных)   действии,   составляют
приложение к протоколу (ст.ст. 84, 166, 372 УПК РСФСР).
    Из приведенного выше понятия вещественного доказательства следует,  что
к ним относятся  предметы-носители  доказательственной  информации,  которые
приобщены к делу в  установленном  законом  порядке.  Поэтому  вещественными
доказательствами являются не  все  предметы  —  носители  доказательственной
информации, а только те, которые обнаружены, получены и приобщены к  делу  в
установленном законом порядке. А этот порядок включает следующие действия.
    Во-первых, должен быть  процессуально  оформлен  факт  обнаружения  или
получения предмета следователем (оформляется протоколом).
    Во-вторых, вещественное доказательство должно быть осмотрено,  подробно
описано  (ст.  81  УПК).  Осмотр  вещественного  доказательства  может  быть
произведен в ходе  того  следственного  действия,  при  котором  оно  изъято
(например,  при  осмотре  места  происшествия),  и  тогда   его   результаты
фиксируются в протоколе, либо в ходе  отдельного  следственного  действия  —
осмотра    вещественного     доказательства     (предмета),     оформляемого
самостоятельным протоколом.
    И, в-третьих, вещественное доказательство должно быть приобщено к  делу
особым  постановлением  следователя  или  определением  суда.   Лишь   после
вынесения  такого  постановления  (определения)  на   предмет   может   быть
распространен режим вещественного доказательства.
    Таким образом, следует иметь в  виду,  что  предмет,  представленный  в
качестве вещественного доказательства, и постановление о  его  приобщении  к
делу  неразрывно  между  собой  связаны.  Поэтому  отсутствие   или   утрата
постановления о  приобщении  к  делу  вещественного  доказательства,  как  и
утрата  самой  вещи,  указанной  в  постановлении,  ведут  к  недопустимости
вещественного доказательства.
    Допустимость  вещественных   доказательств   определяется   не   только
соблюдением  порядка  их  приобщения  к  делу,  но  и  соблюдением   порядка
обнаружения и изъятия вещественных доказательств.
    По  делу  Чумакова  в  Московском  областном  суде  была  исключена  из
разбирательства дела пуля, изъятая из трупа потерпевшего, в связи с чем  она
была приобщена к делу в  качестве  вещественного  доказательства  через  год
после ее изъятия, а осмотрена только в  ходе  дополнительного  расследования
через два года9.
    Из  данного  дела  видно  существенное  нарушение  порядка   оформления
вещественных доказательств.

    Протоколы следственных и судебных действий —  это  письменные  акты,  в
которых фиксируются  ход  и  результаты  таких  следственных  действий,  как
осмотр, освидетельствование, выемка,  обыск,  задержание,  предъявления  для
опознания, следственный эксперимент (ст.166 УПК РФ).
          Указанные  выше  протоколы  следственных  действий   выделены   в
самостоятельный источник доказательств ввиду того,  что  в  них  фиксируются
обстановка, предметы или явления, непосредственно воспринятые  следователем,
понятыми и другими участниками данного  следственного  действия.  Поэтому  к
данному виду доказательств не относятся протоколы  допросов,  поскольку  они
фиксируют другой вид  доказательств  -  показания  свидетеля,  потерпевшего,
обвиняемого или подозреваемого13.
    Порядок проведения и процессуального оформления  следственных  действий
(указанных в ст. 166 УПК),  подробно  регламентирован  законом  и  нарушение
этого порядка может повлечь недопустимость протокола как доказательства.
    Приложения к протоколу (фотографии, фонограммы,  видеозаписи,  схемы  и
т.д.)  рассматриваются  как  их  составная  часть.  Их  допустимость   также
обусловливается соблюдением всех  требований  закона  при  их  получении.  В
протоколе   должны   быть   зафиксированы   факт   и   условия    применения
соответствующих научно-технических средств. Результаты их применения  должны
быть удостоверены.
    Под  иным  документом  в  уголовном,  процессе  подразумеваются   любые
письменные  или  оформленные  иными  способом   акты,   удостоверяющие   или
излагающие обстоятельства и факты, которые имеют значение  для  установления
обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу  (ст.84 УПК).
    Документ допустим как доказательство при наличии:
    1) данных, указывающих на то, каким образом он попал в  материалы  дела
(сопроводительное письмо, протокол и т.д.);
    2)  установленных  реквизитов  служебных  документов   или   данных   о
гражданине, от которого документ исходит;
    3) указаний на источник осведомленности составителя (ссылки на название
нормативного акта,  номер  и  дату  архивного  документа,  лиц,  от  которых
получены данные, и т.д.). При отсутствии таких данных его составитель  может
быть допрошен в качестве свидетеля.
    Такой источник доказательств как «иные документы» в  судебной  практике
нередко  используется  как  «запасной   выход»,   через   который   проходят
недопустимые  доказательства  (например,  «объяснения»,  полученные  в  ходе
доследственной проверки). Так, по мнению  авторов  «Теории  доказательств  в
советском  уголовном   процессе»,   «то   обстоятельство,   что   объяснение
гражданина содержит фактические данные об  обстоятельствах,  которые  должны
быть  предметом  допроса,  не  лишает  самостоятельного  доказательственного
значения объяснение»10.  Признает  доказательственное  значение  материалов,
полученных  в  ходе  доследственной  проверки,  рассматривая  их  как  «иные
документы», и Карнеева Л.М.11.
    На недопустимость использования объяснений как доказательств (под видом
«иных документов») указывают П.А. Лупинская, С.А. Пашин12, Н.М.  Кипнис13  и
другие авторы.
    В частности, П.А. Лупинская отмечает,  что  до  возбуждения  уголовного
дела объяснения могут быть получены только от лиц,  подавших  заявление  или
жалобу,  если  необходимо  получение   каких-либо   сведений,   дополняющих,
уточняющих жалобу. В то же время  получение  объяснении  от  лиц  по  поводу
действий,  в  отношении  которых  поступила  жалоба,  заявление   или   иное
сообщение, недопустимо, так как нарушает запрет, содержащийся  в  статье  51
Конституции РФ. Такого рода объяснения, если они были получены,  недопустимо
использовать в дальнейшем доказывании и ссылаться на них  в  любых  решениях
по делу14.



4. Надлежащий способ собирания доказательств.

    Доказательство должно быть получено с соблюдением надлежащей процедуры,
т.е.  с  соблюдением  требовании  закона  относительно  порядка   проведения
соответствующего процессуального действия, порядка фиксирования его  хода  и
результатов.
    Лицо, производящее дознание, следователь, прокурор  или  суд  вправе  в
целях  собирания  доказательств  по  находящимся  в  их  производстве  делам
производить следственные действия, предусмотренные настоящим Кодексом.
    Представляется,  что  доказательства,   полученные   путем   проведения
«процессуальных» действий,  не  предусмотренных  законом,  во  всех  случаях
должны признаваться недопустимыми. Процессуальная  форма  строго  формальна,
порядок    проведения    каждого    процессуального    действия     детально
регламентирован в законе с целью гарантировать  права  участников  процесса.
Соответственно получение доказательств путем действий, не предусмотренных  в
законе, нарушает права участников процесса.
    Очевидно, что нарушение условий получения доказательств, основанных  на
конституционных и  общепризнанных  международных  гарантиях  прав  и  свобод
человека  и  гражданина,   личной   неприкосновенности,   неприкосновенности
жилища,  тайны  переписки,   конечно   же,   делает   такие   доказательства
недопустимыми.
    Ненадлежащая процедура предполагает, прежде всего, нарушение требований
закона  относительно  времени,  в  течение  которого   возможно   проведение
следственных действий.
    В соответствии с  уголовно-процессуальным  законом  (ст.  164  УПК  РФ)
проведение следственных  действий  на  досудебных  стадиях  возможно  только
после возбуждения уголовного дела и до принятия  окончательного  решения  по
предварительному следствию следователем либо по дознанию дознавателем  (т.е.
до составления обвинительного заключения либо  постановления  о  направлении
дела  в  суд  для  рассмотрения  вопроса  о  применении   мер   медицинского
характера, либо постановления о прекращении дела).
    Из   материалов,   полученных   до   возбуждения    уголовного    дела,
доказательством  может  быть   признан   только   протокол   осмотра   места
происшествия, поскольку закон (ч. 2 ст.  176  УПК  РФ),  как  исключение  из
общего  правила,  разрешает  проведение  этого  следственного  действия   до
возбуждения уголовного дела.
    Особый порядок установлен и для получения заявления лица о  совершенном
им  преступлении  («явка  с  повинной»).  «В  случае  явки  с  повинной,   —
указывается в ст.ст. 142-146 УПК, — устанавливается  личность  явившегося  и
составляется протокол, в котором подробно излагается сделанное заявление».
    В  качестве  доказательств  могут   также   использоваться   материалы,
полученные  до  возбуждения  уголовного  дела  в  ходе  оперативно-розыскной
деятельности.
    Недопустимо проведение следственных действий в  период  приостановления
предварительного следствия (ч.3 ст. 209 УПК).
    Известно, что допрос лица,  задержанного  по  подозрению  в  совершении
преступления, производится немедленно, или не позднее 24-х часов  с  момента
задержания (ст.123 УПК РСФСР).
    Следователем прокуратуры Кежмского р-на  был  произведен  допрос  лица,
задержанного 19 апреля  1977г.  по  подозрению  в  совершении  преступления.
Первый допрос производился 24 апреля 1977г.15.
    Как видно из материалов исследуемого  дела,  допрос  был  произведен  с
нарушением норм УПК. Поэтому полученные в  ходе  проведенного  следственного
действия  показания  должны   быть   признаны   недопустимыми   в   качестве
доказательств.
    Перед допросом подозреваемому и обвиняемому должны быть  разъяснены  их
права, предусмотренные соответственно ст. 46 и ст. 47 УПК.
    Подчеркивая важность разъяснения  данного  конституционного  положения,
Пленум Верховного Суда Российской Федерации  указал:  «Если  подозреваемому,
обвиняемому...  при  дознании  или  на  предварительном  следствии  не  было
разъяснено указанное конституционное положение, показания  этих  лиц  должны
признаваться судом полученными с нарушением  закона,  и  не  могут  являться
доказательствами виновности обвиняемого (подозреваемого)»17.
    Следующий  важный  момент,  который  в  обязательном   порядке   должен
разъясняться задержанному, заключается в  том,  что  задержанный  не  обязан
давать показания и может хранить  молчание.  С  этим  неразрывно  связано  и
следующее предупреждение, основная цель которого  поставить  задержанного  в
известность относительно  последствий  его  согласия  дать  показания:  все,
сказанное задержанным, может и будет использовано против него  в  суде.  Как
отмечается  в  решении,  «человек  вырванный  из  привычной   обстановки   и
помещенный в  условия  предварительного  заключения,  в  отношении  которого
применяется  высококлассная  техника  убеждения,  описанная  в   стандартных
пособиях по тактике допроса, не может чувствовать ничего  иного,  кроме  как
обязанности начать говорить».
    Недозволенные  приемы  и  методы  ведения  допросов   подозреваемых   и
обвиняемых   относятся   к   обстоятельствам,   исключающим    использование
полученных подобными способами доказательств.
    а) Запрещение применения физического и психического насилия
    Никто не должен подвергаться пыткам,  насилию,  другому  жестокому  или
унижающему человеческое достоинство обращению (ч. 2 ст. 21 Конституции  РФ).
Принуждение подозреваемого,  обвиняемого  к  даче  показании  с  применением
насилия, издевательств или пыток, а также путем  применения  угроз,  шантажа
или иных незаконных действии со стороны следователя или лица,  производящего
дознание, влечет уголовную ответственность (ст. 302 УК РФ).
    Последствием применения недозволенных мер при  допросе  подозреваемого,
обвиняемого должно являться безусловное  признание  протоколов  их  допросов
недопустимыми доказательствами.
    б) Этические критерии  допустимости  применения  некоторых  тактических
приемов при допросе подозреваемые и обвиняемых.
    Говоря   о   недопустимых   мерах   воздействия    на    подозреваемого
(обвиняемого), нельзя ограничиваться лишь правовыми  запретами  относительно
применения насилия. Важное значение для определения  допустимости  того  или
иного тактического приема имеют нравственные (этические) критерии.
    И в этой связи следует отметить недопустимость таких приемов,  которые:
основаны  на  обмане;   связаны   с   шантажом;   понуждают   подозреваемого
(обвиняемого)  к  аморальным  поступкам;  используют  низменные   побуждения
(чувства   корысти,   мести,   ревности,   национальной   вражды   и   др.);
эксплуатируют невежество, предрассудки, суеверие; основаны на  использовании
религиозных чувств; направлены на  разжигание  конфликта  между  несколькими
обвиняемыми (подозреваемыми).
    Селиванов Н.А. приводит такие примеры недопустимых тактических приемов,
связанных  с  обманом  и  имитацией  действий,  рассчитанных  на  то,  чтобы
запугать обвиняемого.
    В последнее время особый интерес проявляется к  вопросу  о  возможности
применения в ходе допроса полиграфа (детектора лжи) — прибора, который,  как
предполагается, позволяет обнаружить ложность показания.
    Сторонники применения полиграфа (в частности,  В. Комиссаров) отмечают,
что: во-первых, с помощью полиграфа в более чем 90 случаях из  100  получали
положительный  для  расследования   эффект   и,   во-вторых,   использование
полиграфа никаким правовым актом не запрещено19.
    Относительно   первого   аргумента    трудно    возразить,    поскольку
«положительность» для расследования эффекта вещь весьма  неопределенная,  да
и плохо согласуемая с таким понятием как «законность» (особенно  если  иметь
в виду, что в свое время положительным для расследования  эффектом  являлись
пытки).
    Кажется бесспорным и второй аргумент, т.к. действительно не имеется  ни
одного правового акта, содержащего непосредственный запрет на  использование
полиграфа.
    В качестве свидетеля может быть допрошено любое  лицо,  которому  могут
быть  известны  какие-либо  обстоятельства,   подлежащие   установлению   по
конкретному делу (ст. 56 УПК РФ).
    Следует отметить,  что  если  в  качестве  свидетеля  или  потерпевшего
допрашивается несовершеннолетнее лицо, то обязательным условием его  допроса
является присутствие педагога или законного представителя (ст.191  УПК  РФ).
Нарушение этого правила, следовательно, влечет собой признание полученных  в
ходе допроса показаний недопустимыми.  В  качестве  примера  можно  привести
следующие материалы дела:
     30.09.1974 г. в п.Сенное по  делу  в  обвинении  Хадикова  В.Г.  (дело
№7533)22  в  качестве  свидетеля  был  допрошен  несовершеннолетний  Хадиков
Руслан А.  (1958  г.р.).  Однако  при  допросе  (как  было  установлено  при
изучении  данного  дела)  ни  педагога,  ни   законного   представителя   не
присутствовало.

    И таких примеров  в  исследуемом  деле  много  (например,  при  допросе
несовершеннолетних свидетелей  могли  присутствовать  «депутат  сельсовета»,
«родитель другого допрошенного чуть ранее свидетеля»).  Представляется,  что
данные следственные действия были  проведены  с  нарушением  правил  допроса
несовершеннолетних свидетелей, т.к. законом  представлен  закрытый  перечень
лиц, наделенных правом присутствия при допросе несовершеннолетнего.
    Интересным представляется вопрос о закреплении результатов  экспертизы.
После производства необходимых исследований эксперт  составляет  заключение,
в котором, должно быть указано: когда, где, кем (фамилия,  имя  и  отчество,
образование, специальность, ученая степень и звание, занимаемая  должность),
на каком  основании  была  произведена  экспертиза,  кто  присутствовал  при
производстве  экспертизы,  какие  материалы   эксперт   использовал,   какие
исследования  произвел,  какие  вопросы  были  поставлены  эксперту  и   его
мотивированные ответы. Если при производстве экспертизы,  эксперт  установит
обстоятельства, имеющие значение для дела, по поводу  которых  ему  не  были
поставлены вопросы, он вправе указать на них в своем заключении.
    Заключение дается в письменном виде и подписывается  экспертом  (ст.204
УПК РФ).
    Как  свидетельствует  судебная  практика,  извлекаемая  из   заключения
эксперта  доказательственная  информация   не   ограничивается   сведениями,
содержащими специальные познания эксперта.
    Примером этого могут служить материалы уголовного дела,  рассмотренного
Нагатинским межрайонным народным судом г.Москвы в отношении З.,  осужденного
за совершение изнасилования несовершеннолетней сестры. З. Признал свою  вину
на  предварительном  следствии,   его   показания   подтверждались   словами
потерпевшей, свидетеля-отца. Однако в суде эти лица  изменили  показания.  И
суд, оценивая достоверность показания указал: «При  проведении  стационарной
судебно-психиатрический   экспертизы   З.   не   отрицал,    что    совершил
изнасилование сестры, что в  совокупности  с  прочитанными  доказательствами
также опровергает его показания в судебном заседании».
    Очевидно, что факт признания З.  при  проведении  экспертизы  действий,
которые  ему  инкриминировались,  выходит  за  рамки  специальных   познаний
эксперта-психиатра. Поэтому  данные  показания  не  могут  быть  положены  в
основу обвинения25.



5. Надлежащий порядок проведения и оформления процессуальных действий

    Если на основании незаконно добытых доказательств были получены  другие
доказательства, то они исключаются из разбирательства  дела  как  являющиеся
производными от незаконно полученных доказательств (как  плоды  отравленного
дерева). Чаще всего по правилу «о плодах  отравленного  дерева»  исключаются
доказательства, полученные на основании произведенных  с  нарушением  закона
изъятии различных предметов, являющихся вещественными доказательствами.
    Так, если какие-либо предметы изымались  в  ходе  обысков,  выемок  или
осмотров  с  нарушением  закона,  то   исключаются   из   дела   не   только
соответствующие протоколы обысков, выемок или осмотров, но и  изъятые  таким
образом  предметы  —  вещественные  доказательства,   а   также   заключения
экспертов по исследованию этих предметов.
    Органами   предварительного   расследования   Каменеву    предъявлялось
обвинение  в  получении  взятки  и  незаконном   приобретении   и   хранении
огнестрельного оружия и боеприпасов (часть 3 статьи 173  и  часть  1  статьи
218 УК РСФСР).
    Судом присяжных Московского областного суда Каменев был оправдан.
    В кассационном протесте прокурор просил об отмене приговора в  связи  с
существенными нарушениями требований УПК РСФСР,  одно  из  которых,  по  его
мнению,  выразилось   в   следующем:   судья   необоснованно   исключил   из
разбирательства  дела  протокол  обыска  в  служебном   кабинете   Каменева,
вещественные  доказательства  —  гранату  и   два   стреляющих   устройства,
заключения  экспертов,  проводивших   баллистическую   и   взрывотехническую
экспертизы.
    Кассационная палата Верховного Суда РФ оправдательный приговор оставила
без  изменения,  указав  относительно  исключения  указанных   доказательств
следующее.
    Доводы прокурора, изложенные в кассационном протесте, о том, что  судья
необоснованно  исключил  из  разбирательства   дела   часть   доказательств,
противоречат действующему законодательству.
    Судья правильно исключил из разбирательства дела такие  доказательства,
как  протокол  обыска  в  служебном  кабинете  Каменева,  гранату  ф-1,  два
металлических предмета в виде авторучек, признанных  огнестрельным  оружием,
заключения  баллистической  и  взрывотехнической  экспертиз,  так  как   эти
доказательства получены в нарушение закона.
    Указав на те нарушения требований УПК, которые были допущены при обыске
в кабинете Каменева, кассационная палата отметила следующее.
    Учитывая, что в данном конкретном случае изъятие предметов  произведено
с  нарушение  закона,  судья  правильно  исключил  из  разбирательства  дела
вещественные доказательства и заключения экспертов по ним28.
    Доказательство  признается  допустимым,  если  оно  содержит  сведения,
происхождение которых известно и которые могут быть проверены.
    Не  могут  служить  доказательством  фактические   данные,   сообщаемые
свидетелем  (потерпевшим),  если  он  не  может   указать   источник   своей
осведомленности.
    Зажицкий  В.И.,  в   частности,   писал:   «Источники   осведомленности
представляют собой объективную основу,  на  которой  возникают,  формируются
фактические   данные,   являющиеся    содержанием    уголовно-процессуальных
доказательств. Источник осведомленности обнаруживается при  возникновении  и
формировании всех видов доказательств»29.
    Выше,   при   рассмотрении   вопросов   о   допустимости   вещественных
доказательств  и  документов,  полученных  в  результате  осмотров,  выемок,
обысков,  а  также  полученных   в   ходе   непроцессуальной   деятельности,
отмечалось,  что  неясность  по  поводу  того,  как,   где   и   при   каких
обстоятельствах получен тот или иной предмет или документ,  несущий  ту  или
иную информацию, лишает его доказательственной силы.

Заключение

      Концепция судебной реформы в РФ в качестве одного из ключевых  решений
предлагала  «определение  жестких  критериев  допустимости  доказательств  и
введение практики беспощадного аннулирования недопустимых материалов»30.
      Данная рекомендация реализована  в  ч.2  ст.50  Конституции  РФ:  «При
осуществлении  правосудия  не   допускается   использование   доказательств,
полученных с нарушением  закона».  Эта  норма,  применительно  к  уголовному
процессу, нашла свое отражение  в  уже  утратившем  силу  ст.69  УПК  РСФСР:
«Доказательства, полученные с  нарушением  закона,  признаются  не  имеющими
юридической силы и не могут  быть  положены  в  основу  обвинения,  а  также
использоваться для доказывания  обстоятельств,  перечисленных  в  статье  68
настоящего Кодекса».
      Стоит заметить, что в  УПК РСФСР не было  термина,  как  «недопустимые
доказательства»,   законодатель   употреблял   термин   «юридическая   сила»
доказательств.  Думается,  что  два   этих   словообразования   синонимичны.
Несмотря на это, полагаю, что в этом отношении достоинством УПК  РФ  (ст.74)
является использование термина «недопустимые» доказательства в самом  тексте
закона, что позволяет  правоприменителю,  не  путаясь  в  терминах,  уяснить
факторы,  влияющие  на  допустимость  доказательственной  базы  в  уголовном
процессе (т.к. ранее допустимость –  это  был  научный  термин;  юридическая
сила – предусмотренный законом).
      Признание  доказательств  недопустимыми  возможно  на   любой   стадии
судопроизводства, связанной с процессом доказывания. Для этого  в  науке  (а
теперь уже и в  новом  УПК  РФ)  были  выработаны  так  называемые  критерии
допустимости доказательств, которые были рассмотрены в настоящей работе  как
главы.
      Хотелось бы отметить, что  наряду  с  понятием  допустимость  выделяют
термин  достоверность  доказательств.  Зачастую  бывает,  что    достоверные
доказательства необходимо признать недопустимыми, т.к. они были  получены  с
нарушением процессуального закона (например, был нарушен порядок  проведения
процессуального   действия,    используемого    как    средство    получения
доказательства). В этом случае,  как  верно  отмечает  Н.М.Кипнис31,  и  при
условии соблюдения остальных  критериев  допустимости  доказательств,  можно
ставить вопрос об устранении (восполнении) нарушений  процессуальной  формы.
Так, если при  нарушении  порядка  проведения  процессуальных  действий  все
остальные критерии соблюдены, а недостатки первого критерия  были  устранены
путем  проведения  дополнительных  процессуальных  действий,  в   результате
которых были получены фактические данные, устранившие возникшее  сомнение  в
достоверности  первоначальных  фактических   данных,   то   можно   признать
первоначальные фактические данные  в  совокупности  с  фактическим  данными,
устраняющими   сомнение   в   их   достоверности,   отвечающими   требованию
допустимости.
      Конечно, не могут быть восполнены нарушения, связанные с  обеспечением
приоритета  прав  и  свобод  человека  и  гражданина;  принципы   уголовного
процесса;  нарушения,  связанные  с  дефектами  содержания   процессуального
действия, а не с дефектами фиксации его хода и результатов32.



Список литературы

Нормативная литература:
   1. О некоторых вопросах применения судами Конституции  при  осуществлении
      правосудия. Постановление Пленума ВС РФ от 31.10.1995г.  №8//БВС  РФ.-
      1996.-№1.
   2. О судебной практике по применению, изменению и  отмене  принудительных
      мер медицинского характера  (с  изменениями  от  1  ноября  1985  г.).
      Постановление Пленума ВС СССР от 26.04.1984 г. №4// БВС СССР.-  1984.-
      № 3.
   3. Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР (с изм. и доп.  от  29.12.2001)//
      Ведомости ВС РСФСР.-1960.- № 40.- ст. 592.
   4. Уголовно-процессуальный кодекс РФ// Российская газета.-№249.

Научная и практическая литература:
   1. Громов Н.А. Критерий использования доказательств и результатов ОРД при
      доказывании по уголовному делу./ Н.А. Громов, Ю.В.  Францифоров,  В.Ю.
      Алферов//Следователь.-2000.-№1.-С.9.
   2.  Дело  №459/5  по   обвинению   Тогулова   М.Т.//Лаборатория   кафедры
      криминалистики ЮИ КрасГУ.
   3. Дело №7533//Лаборатория кафедры криминалистики ЮИ КрасГУ.
   4. Дело по обвинению Каменева//БВС РФ.-1996.-№8.-С. 10.
   5. Защита по уголовному делу: Пособие для адвокатов/Под  ред.Е.Ю.Львовой.
      М., 2000.
   6. Зажицкий  В.И.  Источники  осведомлённости  в  уголовно-процессуальном
      доказывании./В.И. Зажицкий//Советская юстиция.-1983.- №8.- С. 6.
   7. Зажицкий В. О допустимости доказательств./В. Зажицкий//Рос.  юстиция.-
      1999.-№3.-С.26.
   8. Карнеева Л.М.  Доказательства  в  советском  уголовном  процессе./Л.М.
      Карнеева. Волгоград, 1988.
   9.    Кипнис    Н.М.    Допустимость    доказательств     в     уголовном
      судопроизводстве./Н.М. Кипнис. М., 1995.
  10.  Комиссаров В. Использование полиграфа./В.  Комиссаров//  Законность.-
      1995.- №11.- С. 44.
  11.  Лупинская П.А. Проблемы допустимости доказательств  при  рассмотрении
      дел судом присяжных./П.А. Лупинская. М., 1998. С. 115 – 116.
  12. Лупинская П.  Допустимость  доказательств:  пора  обеспечить  единство
      судебной  практики./П.А.  Лупинская//Российская   юстиция.-1998.-№11.-
      С.23.
  13. Маркина Е. Познавательные  задачи  проведения  судебной  экспертизы  в
      уголовном процессе как критерий ее допустимости./Е. Маркина//Уголовное
      право.-1998.-№3.-С.58.
  14. Научно-практический комментарий к УПК  РСФСР./Под  редакцией  Лебедева
      В.М., В.П.Божьева, М., 1997.
  15. Некрасов С.В. Судебная практика  и  критерии  признания  доказательств
      юридически недействительными  в  российском  уголовном  процессе./С.В.
      Некрасов//Юрист.-1998.-№5.-С.8.
  16. Некрасов С.В. Принципиальные положения, относящиеся к юридической силе
      доказательств  в  уголовном  судопроизводстве./С.В.  Некрасов//Юрист.-
      1998.-№2.-С.31.
  17. Пашин С.  Теоретические  основы  допустимости  материалов  в  качестве
      доказательств./С. Пашин//Уголовное право.-1998.-№2.-С.44.
  18.  Победкин  А.В.  О  некоторых   проблемах   определения   допустимости
      доказательств    в    уголовном    процессе./А.В.    Победкин,    В.А.
      Гавриков//Государство и право.-1999.-№7.-С.53.
  19. Теория доказательств в советском уголовном процессе. М., 1973.
-----------------------
[1] Громов Н.А. Критерий использования доказательств и результатов  ОРД  при
доказывании  по  уголовному  делу./  Н.А.  Громов,  Ю.В.  Францифоров,  В.Ю.
Алферов//Следователь.-2000.-№1.-С.9.
[2] Сейчас это ст.74 УПК РФ.
[3] Громов Н.А. Указ.соч. С.10.
[4] Кипнис Н.М. Допустимость доказательств  в  уголовном  судопроизводстве./
Н.М. Кипнис. М., 1995. С.5.
[5]Пашин  С.  Теоретические  основы  допустимости  материалов   в   качестве
доказательств./С. Пашин.//Уголовное право.-1998.-№2.-С.44-45.
[6] Победкин А.В. О некоторых проблемах определения допустимости
доказательств в уголовном процессе./ А.В. Победкин, В.А.
Гавриков.//Государство и право.-1999.-№7.-С.53-54.
[7] Некрасов С.В. Судебная практика и критерии признания доказательств
юридически недействительными в российском уголовном процессе./С.В.
Некрасов//Юрист.-1998.-№5.-С.8.
8 Под термином «источник» в данной работе подразумевается юридическая форма
доказательств.
9 Защита по уголовному делу: Пособие для адвокатов/Под ред.Е.Ю.Львовой. М.,
2000. С.50.

10  Теория доказательств в советском уголовном процессе. М., 1973. С. 658.
11  Карнеева Л.М. Доказательства в советском уголовном процессе./Л.М.
Карнеева. Волгоград, 1988.С. 36.
12  Пашин С.А. Указ. соч. С. 60.
13  Кипнис Н.М. Указ.соч. С. 60.
14  Лупинская П.А. Проблемы допустимости доказательств при рассмотрении  дел
судом присяжных./П.А. Лупинская. М., 1998. С. 115 – 116.
15 Дело №459/5 по обвинению Тогулова М.Т. (Лаборатория кафедры
криминалистики ЮИ КрасГУ).
17 Бюллетень Верховного Суда РФ.- № 1.- 1996.
19  Комиссаров В.  Использование  полиграфа./В.  Комиссаров.//  Законность.-
1995.- №11.- С. 44.
22 Лаборатория криминалистики ЮИ КрасГУ.
25 Маркина Е. Познавательные задачи проведения судебной экспертизы в
уголовном процессе как критерий ее допустимости./Е. Маркина.//Уголовное
право.-1998.-№3.-С.58.
28  БВС РФ, 1996, №8, С. 10 – 11.
29  Зажицкий  В.И.  Источники  осведомлённости   в   уголовно-процессуальном
доказывании./В.И. Зажицкий.//Советская юстиция.-1983.- №8.- С. 6.
30 Зажицкий В. О допустимости доказательств./В. Зажицкий.//Рос. юстиция.-
1999.-№3.-С.26.

31 Кипнис М.Н. Указ.соч.С.80.
32 Указ. соч. С.81.