Экономика

Анализ антиинфляционной политики в РФ на современном этапе с учетом зарубежного опыта

                                  Глава 2.
  2.1 Опыт антиинфляционного регулирования в зарубежных странах (на примере
                                  Израиля)

     Инфляционные процессы характерны как для экономически  развитых  стран,
так  и  для  развивающихся,  для  стран  как  с  плановой,  так  и  рыночной
экономикой.   Для   России   актуально   использование   зарубежного   опыта
антиинфляционного регулирования,  основанного  на  рациональной  структурной
экономической политике и применении комплекса мер  в  целях  воздействия  на
денежные и неденежные факторы инфляции. [7; с. 4]
     Рассмотрим  опыт  борьбы  с  инфляцией  на  примере  Израиля,  так  как
израильская экономика очень напоминает российскую.
     Как известно, в начале 80-х годов в израильской  экономике  наблюдались
значительные темпы  инфляции,  вполне  сопоставимые  с  темпами  инфляции  в
России в 1992—1995 гг.  (в  1985  г.  они  достигли  27%  в  месяц).  Однако
израильскому  правительству  с   помощью   стабилизационной   программы   за
минимально короткий срок (2 месяца) удалось снизить годовой темп инфляции  с
500% в год в июне 1985 г. до менее чем 20% в годовом исчислении  в  сентябре
1985 г. Это была  очень  успешная  программа,  имеющая  немного  аналогов  в
мировой практике.
      Вначале  хотелось  бы  дать  некоторое  общее  представление  о  самой
израильской экономике. В 1993 г. средняя численность  населения  была  около
5,4 млн человек, ВВП оценивался на уровне примерно  58  млрд  долл.  США  и,
соответственно, ВВП на душу  населения  составлял  около  10750  долл.  США.
Экономика Израиля является рыночной экономикой, несмотря  на  очень  большую
долю  государственного  сектора.  В  1995-1996гг.  годах   правительственные
расходы составляли около 60% от уровня ВВП. Это в 2 раза выше,  чем  средние
показатели  для  стран   Западной   Европы   (где   государственный   сектор
значительный) и сопоставимо  с  соответствующими  российскими  показателями.
Отличительной  чертой  израильской  экономики   является   высокий   уровень
индексации. Заработные платы, пенсии, а также практически  все  долгосрочные
кредиты индексируются в соответствии с ростом  индекса  потребительских  цен
или курсом шекеля по отношению  к  доллару.  Более  того,  до  1985  г.  сам
обменный курс шекеля неофициально индексировался по индексу  потребительских
цен.
     Очевидно, что подобная индексация стала одной из  причин  инфляционного
процесса, который был присущ израильской экономике фактически на  протяжении
всей ее истории. Первые годы после  создания  государства  характеризовались
значительными темпами инфляции. Затем,  в  период  1951—1970  гг.,  инфляция
снизилась и составляла в среднем 5% в год. Но затем, как видно  из  рис.  1,
ежегодные темпы инфляции начали расти, пока не достигли почти  500%  в  1985
г. Оданако гиперинфляции (т. е. инфляции с темпом 50% в  месяц)  в  Израиле,
как и в России, не было. График (рис. 2) показывает значительное  сокращение
годового темпа инфляции после  принятия  стабилизационной  политики  в  июле
1985 г. Он является хорошей иллюстрацией знаменитой фразы  Милтона  Фридмана
о  том,  что  «инфляция  всегда  и  везде   является   феноменом   денежного
обращения».
      На  рисунке  2  четко   прослеживается   положительная   связь   между
количеством денег в  экономике  и  уровнем  цен  и,  следовательно,  уровнем
инфляции. Инфляция вызывается тем, что  предложение  денег  растет  быстрее,
чем спрос на них, и это ведет к росту цен. Это называется инфляцией  спроса.
Однако существует еще и инфляция предложения, когда  цены  растут  не  из-за
несоответствия количества денег в обращении  и  спросом  на  них,  а  просто
вследствие увеличения издержек  на  производство  одной  единицы  продукции.
Классическим примером инфляции предложения является «нефтяной шок» 1973  г.,
когда  ежегодный   темп   инфляции   в   развитых   странах   вырос   вдвое.
Соответственно график (рис. 2) не дает ответа на вопрос, имела  ли  место  в
Израиле  инфляция  спроса  или  инфляция  предложения,   являлся   ли   рост
предложения денег причиной роста цен, или же количество  денег  в  обращении
росло, чтобы хоть как-то соответствовать все растущим ценам. Иными  словами,
мы не знаем, что являлось причиной, а что следствием.  На  основании  одного
лишь этого графика нельзя сказать, что причиной инфляции в Израиле был  рост
совокупной денежной массы. Также  нельзя  сказать,  что  если  зафиксировать
предложение денег (или увеличивать его  ежегодно  в  четком  соответствии  с
ростом ВВП), то инфляция исчезнет.
      Существует  достаточно  распространенное  мнение,   что   значительный
бюджетный дефицит ведет к инфляции, так как в основном он  финансируется  за
счет печатания денег. Различные  попытки  установить  систематическую  связь
между темпом инфляции  и  относительной  величиной  бюджетного  дефицита  не
увенчались успехом (возможно, потому, что основные исследования  проводились
на основе статистики США, где  в  значительной  мере  использовались  другие
методы финансирования бюджетного дефицита). Можно сказать, что в Израиле  не
существовало  подобной  связи  (рис.  3  и  4).  Однако,   несомненно,   что
сокращение бюджетного дефицита и, как следствие этого, уменьшение  печатания
денег являются одними из необходимых компонентов  успешной  антиинфляционной
политики. Опыт Израиля явился подтверждением этому, так как после  1985  г.,
т. е. после осуществления  антиинфляционной  программы,  включавшей  в  себя
снижение бюджетного дефицита и темпов роста денежной  массы,  темп  инфляции
значительно снизился (рис. 2 и 3).
      Из  основного  уравнения  количественной  теории  МU=РU  следует,  что
уровень  цен  пропорционален  как  предложению  денег  в  экономике,  так  и
скорости их обращения. По мнению Дона Патинкина, одной из причин инфляции  в
Израиле стало как раз увеличение обращения денег. Начало 80-х годов  совпало
в  этой  стране  с  повсеместным  распространением  кредитных  и   дебетовых
карточек и установкой по  всей  стране  банковских  автоматов.  Поскольку  к
этому времени в Израиле уже наблюдалась значительная инфляция  и  деньги  на
руках  было  держать  невыгодно,  то   люди   стали   активно   пользоваться
банковскими карточками. Это вызвало увеличение скорости  обращения  денег  и
соответственно повышение общего уровня цен. Тогда же в  Израиле  наблюдалось
такое  достаточно  необычное  для  России  явление:  при  оплате  товара  по
банковским  карточкам  (по  сравнению  с   оплатой   наличными)   покупателю
предоставлялась скидка, так как на эти деньги тут же начислялся  процент.  У
нас же существует скидка  при  оплате  наличными  деньгами  по  сравнению  с
оплатой безналичными. Забавное  несоответствие,  причина  которого  лежит  в
сильной неразвитости нашей банковской сферы.

     Рассмотрим еще одно следствие инфляционного процесса. Рис. 3 и 5  очень
четко

показывают влияние инфляции на номинальную  ставку  процента  —  то,  что  в
экономике принято  называть  эффектом  Фишера.  Совместив  эти  графики,  мы
увидим, что разница между номинальной и реальной ставками процента  как  раз
составила величину, равную темпу  инфляции.  В  этом  отношении  израильская
статистика является хорошей иллюстрацией известного  экономического  правила
и еще раз подтверждает его верность.
      С  1980  г.  в  Израиле  наблюдался  значительный  рост  доли  срочных
депозитов в общем объеме денежных вкладов. Этот факт подтверждает  еще  одно
простое правило экономики, а именно то, что продолжающийся длительное  время
инфляционный  процесс  способствует  возникновению   новых   форм   хранения
активов,  которые  фактически  решают  проблемы,  возникающие  в   связи   с
инфляцией путем уменьшения срока, на который делается вклад, и  установления
очень  гибкого  процента,  который  изменяется  вместе  с  изменением  темпа
инфляции. Например, в 1980 г. появились  депозитные  сертификаты  и  срочные
вклады на срок от нескольких  недель  до  нескольких  дней,  чьи  процентные
ставки с лихвой компенсировали инфляцию. Если  в  первом  квартале  1973  г.
практически все срочные вклады были на период от  6  месяцев  и  более,  то,
согласно отчету Центрального Банка  Израиля,  во  втором  квартале  1985  г.
только 2% срочных вкладов были ориентированы на срок более 6 месяцев и  лишь
5% вкладов были на период более 2 месяцев. И соответственно почти  75%  всех
срочных вкладов состояли из  депозитных  сертификатов,  которые  могли  быть
обращены в деньги по первому требованию,  и  вкладов  на  срок  от  1  до  2
недель. Израильская экономика  довольно  хорошо  приспособилась  к  условиям
инфляции, и те, кто  был  заинтересован  в  сохранении  своих  денег,  могли
свободно это' сделать. Таким образом, в Израиле частично снималась  одна  из
серьезных социальных проблем, связанных с инфляцией.
      Кроме  того,  в  связи  с  большой  распространенностью  индексации  в
израильской экономике практически  не  возник  другой  отрицательный  эффект
инфляции,  а  именно  ее  влияние  на  распределение  доходов.  Но  это  был
обоюдоострый меч: раз никто не был задет инфляцией, то никто особенно  и  не
противился ей. Инфляция шла по нарастающей,  не  встречая  у  себя  на  пути
особенного сопротивления.
     Следует сказать и о том, что израильская экономика была устроена  таким
образом,  что  она  автоматически,   безо   всякого   влияния   со   стороны
Центрального   банка   генерировала    постоянное    увеличение    денежного
предложения. Это происходило потому что, во-первых, курс  доллара  к  шекелю
автоматически индексировался в соответствии с уровнем цен  и  таким  образом
рос  с  тем  же  самым  темпом.  Во-вторых,  номинальное  предложение  денег
увеличивалось с тем же темпом, с которым росли цены. И, наконец,  в-третьих,
 заработная плата автоматически  индексировалась  в  соответствии  с  темпом
инфляции. В Израиле это привело к тому,  что  практически  ни  один  субъект
рынка не был задет инфляцией и, соответственно, не был вынужден  бороться  с
ней, то есть это безынерционный процесс, который продолжается бесконечно.
     Естественно, здесь  возникает  вопрос:  если  все  индексировалось  без
возникновения  каких-либо  побочных   эффектов,   тогда   почему   следовало
беспокоиться об инфляции? Почему нельзя было просто не обращать внимания  на
ее  существование?  Ответом  на  этот  вопрос  являются  некоторые  еще   не
рассмотренные здесь издержки инфляции,  например  так  называемые  «издержки
стоптанных башмаков». Когда инфляция достигает 20%  в  месяц,  даже  средний
человек попытается предпринять некоторые  шаги  для  того,  чтобы  сохранить
свою заработную плату. Ему придется тратить время и  энергию  на  стояние  в
очередях в банки л  т.  п.  Также  здесь  можно  отметить  другие  издержки,
называемые-«издержками меню». Они подразумевают, что при достаточно  высокой
инфляции  фирмы  должны  постоянно  менять  ценники,  эти   издержки   могут
достигать внушительных размеров. Кроме того, при постоянно меняющихся  ценах
в магазинах очень сложно судить об относительных ценах товаров:  никогда  не
ясно, что является относительно дешевым, а что — относительно дорогим.
     Следует отметить, что постоянное увеличение предложения денег  на  одну
и  ту  же  величину  не  будет  влиять  на  равновесное  состояние  реальных
переменных. Однако при изменении темпа роста предложения  денег  равновесное
положение реальных переменных также будет меняться. На  рис.  1  видно,  что
предложение   денег   изменялось   неравномерно   и,   таким   образом,    в
действительности  реальные  характеристики   израильской   экономики   также
изменялись.
     Следует отметить также и другие  издержки  инфляции.  При  значительных
темпах инфляции фирма в основном расходует свои  ресурсы  не  на  увеличение
эффективности производства или на маркетинг:
она  расходует  их  на  правильное  ведение  финансовых  дел.   Даже   самая
эффективная фирма в условиях  10—20%  месячной  инфляции  станет  банкротом,
если она не будет вести как следует свои финансовые дела. Таким  образом,  в
условиях высокой инфляции на первое место в любой фирме  выходит  финансовый
отдел. Кстати, именно из-за этого фактора  в  последние  годы  резко  возрос
спрос на квалифицированных финансовых  работников  у  нас  в  России.  Также
именно в связи с высокой инфляцией  в  90-е  годы  в  России  очень  быстрое
развитие получили коммерческие банки.
     Но все же издержки инфляции  в  Израиле  существовали.  Но  оценить  их
представляется достаточно сложным делом.  В  начале  80-х  годов  в  Израиле
наблюдался резкий рост банковской активности, причем он оценивался  примерно
в 1—2% ВВП. Это означает, что большую часть роста ВВП в  начале  80-х  годов
можно  отнести  за  счет  роста  банковского  сектора.  Если   рассматривать
предложение Саймона Кузнеца о том, что услуги банковского  сектора  являются
не конечным, а лишь  промежуточным  продуктом,  функцией  которого  является
уменьшение трения в производственной сфере, а не  чистый  вклад  в  конечное
потребление, тогда мы можем  считать  дополнительные  ресурсы,  используемые
банковским сектором,  издержками  сферы  обращения,  возникшими  в  связи  с
инфляционным процессом. Или,  если  процитировать  Дэвида  Юма,  «Деньги  не
являются  колесами  торговли:  они  являются  тем  маслом,  которое   делает
движение колес более легким».  И  высокая  инфляция  вынуждает  использовать
больше масла для этого.
     Еще один важный вопрос: зачем инфляция нужна правительству? В  качестве
ответа обычно цитируют работу Дж. М. Кейнса «Трактат о денежной реформе»,  в
которой говорится, что инфляция есть налог:
государство печатает избыточные  деньги,  стоимость  денег,  находящихся  на
руках   у   населения,   падает,   и,   таким   образом,    эта    стоимость
перераспределяется от населения к государству. Однако этот ответ  неприменим
в отношении израильской  инфляции,  так  как  именно  в  период  инфляции  в
Израиле  (конец  70-х  —   начало   80-х   годов)   правительство   выдавало
значительные  кредиты  как   фирмам   через   различные   программы   помощи
предпринимателям, так и населению для строительства  жилья.  Таким  образом,
получалось,  что  доход  от  печатания  денег  был  даже  отрицательным  для
государства. Почему же тогда правительство продолжало печатать деньги?
     Здесь хотелось бы обратиться к Дону  Патинкину  и  напомнить,  что  так
называемая   «экономическая   наука»,   «экономикс»,    раньше    называлась
«политической экономией». Поэтому естественно, что  некоторые  экономические
явления необъяснимы с точки зрения одной лишь экономики:  иногда  необходимо
привлекать  политику  для  объяснения  экономических  явлений.   При   таком
рассмотрении инфляцию можно объяснить  как  результат  влияния  на  министра
финансов различных лоббистских групп в экономике (например, профсоюзов,  ВПК
и т. д.). В результате отсутствия сплоченности правительства  и  отстаивания
каждым  министерством  своих  интересов  возникает  избыточное  давление  на
министра финансов  различных  групп  интересов.  Если  министр  финансов  не
чувствует твердой поддержки премьер-министра или президента, то  результатом
этого является либо отставка министра финансов, либо его уступка  лоббистам.
В  случае  же  отставки  происходит  назначение  менее   жесткого   министра
финансов,  который,  дабы  не  повторять  опыт   предшественника,   вынужден
уступать интересам различных групп.
     И наконец, поговорим о самой стабилизационной программе.  К  июню  1985
г. у самых широких слоев израильской публики возникло настроение  остановить
инфляцию. Оно было связано с резким падением курса  шекеля  по  отношению  к
доллару и катастрофическим сокращением валютных запасов страны. Более  того,
все увеличивающаяся инфляция  вынудила  фирмы  откладывать  уплату  налогов,
что' значительно уменьшило денежные поступления в казну.
     В начале июня 1985 г. был создан специальный  комитет,  состоявший  как
из  представителей  академической  среды,  так  и   из   правительства.   Он
представил правительству программу жестких мер,  затрагивающих  одновременно
кредитно-денежную  и   бюджетно-налоговую   политику,   а   также   проблемы
платежного баланса страны, фиксации заработных плат и доходов населения.
     Комитет  решил  зафиксировать  обменный  курс  шекеля  по  отношению  к
доллару. На это были 2 причины: во-первых, ежедневные  публикации  растущего
курса доллара стали для публики мерой инфляции, и стабилизация  этого  курса
повысила бы доверие к этой программе. Во-вторых, единственной  альтернативой
было  фиксирование  номинального  предложения  денег.  Но,   как   известно,
стабилизация обычно сопровождается увеличением  спроса  на  реальные  запасы
денежных средств, увеличением, которое трудно оценить заранее.
     При решении вопроса,  на  каком  уровне  зафиксировать  обменный  курс,
брались в расчет следующие факты. Во-первых, значительная  часть  сокращения
государственных расходов приходилась  в  основном  на  уменьшение  субсидий,
выделяемых на основные виды продуктов (хлеб, молоко).  Следовательно,  одним
из немедленных следствий программы был  бы  значительный  разовый  скачок  в
ценах, который должен был быть хотя бы частично  скомпенсирован  увеличением
заработной платы. Соответственно,  надо  было  провести  девальвацию  шекеля
таким образом, чтобы потом зафиксировать обменный курс  на  уровне,  который
бы согласовался с ростом цен  и  заработных  плат.  И  поскольку  заработные
платы индексировались с некоторым лагом  по  отношению  к  уровню  цен,  для
успеха стабилизации было важно, чтобы после  однократного  повышения  цен  и
заработных плат последние перестали бы индексироваться.  Их  индексация  при
стабилизации цен вызвала бы возобновление инфляционного процесса.
     В соответствии с принятой стратегией в конце июня—начале июля  1986  г.
шекель был девальвирован на 26%. В результате  девальвации  и  значительного
сокращения субсидий индекс потребительских цен в следующем месяце  вырос  на
27%, после чего увеличившиеся цены оказались под  контролем.  По  мере  того
как контроль налаживался, индекс цен рос в течение трех следующих месяцев  в
среднем на 4%. Б дальнейшем в  течение  1986—1987  гг.  этот  рост  составил
примерно 1,3% в месяц.
      Одной  из  существенных   частей   стабилизационной   программы   было
замораживание заработной платы. В середине  июля  1985  г.  было  достигнуто
соглашение с  Хистадрутом  (всеобщим  израильским  профсоюзом)  о  том,  что
номинальные  заработные  платы  должны  быть  подняты  примерно  в  той   же
пропорции, в какой был девальвирован шекель,  после  чего  заработные  платы
замораживаются  на  последующие  3  месяца.  Другие  номинальные  переменные
(например,  объем  кредитов,  регулируемый  банком   Израиля)   были   также
зафиксированы.
     Уже указывалось,  что  достаточно  зафиксировать  одну  из  номинальных
величин для  того,  чтобы  определить  соответствующий  равновесный  уровень
других. Но тогда возникает вопрос: зачем надо  было  фиксировать  не  только
обменный курс, но и другие номинальные переменные?  Дело  в  том,  что  если
зафиксировать  только  обменный  курс,  то  достижение  равновесия   другими
переменными займет значительное время и не будет безболезненным. Это  скорее
всего привело бы  к  тому,  что  правительству  пришлось  бы  оставить  свою
программу.  Поясним  это  на  примере.  Итак,  заработные  платы  в  Израиле
индексировались  по  темпам  инфляции  прошлых  месяцев.  Продолжение   этой
индексации  на  начальном  этапе  стабилизации  вызвало  бы  рост   реальной
заработной платы, так как цены  были  бы  уже  зафиксированы,  а  заработная
плата все еще индексировалась по старым  индексам.  'Ничем  не  обоснованное
увеличение заработной платы вызвало  бы  в  свою  очередь  безработицу,  что
создало бы давление на правительство с  целью  проведения  им  стимулирующей
кредитно-денежной политики  и  дальнейшей  девальвации  шекеля,  а  все  это
привело бы и возрождению инфляции.
     Одним  из  ключевых  условий  успеха  стабилизационной  программы  было
доверие к ней со стороны широкой публики. В июле 1985 г.  ряд  факторов  был
явно не в пользу создания этого доверия. В  частности,  по  мере  нарастания
инфляции в начале 80-х годов правительство время  от  времени  провозглашало
новую  программу  борьбы  с   инфляцией.   Эти   программы   предусматривали
фиксирование цен и  принятие  политики  ограничения  заработной  платы.  Они
также  сопровождались  заявлениями  министерства  финансов  Израиля  о   его
намерении сократить государственные расходы. Но одна за одной эти  программы
дотерпели крах.
     Тогда возникает естественный вопрос: как, несмотря на  столь  неудачный
опыт, израильская программа 1985 г. все же  достигла  успеха?  Во-первых,  к
июню 1985 г. все увеличивающаяся инфляция создала настрой  в  самых  широких
кругах населения что-то предпринять и остановить инфляционный  процесс.  Во-
вторых, люди поняли, что остановить  инфляцию  можно  только  путем  жестких
мер, они поняли важность этой программы и поверили в ее успех.  Более  того,
факт, что американское правительство выделило под  эту  программу  кредит  в
1,5 млрд долл., повысил доверие к ней как со стороны правительства,  которое
должно было утвердить эту программу, так и со стороны публики.
     Может ли успешный опыт борьбы с инфляцией в  Израиле  быть  применен  в
России? Думается, что да. Во-первых, как уже упоминалось,  экономика  России
и Израиля имеет много общего. Как известно, в 50-х — 70-х годах Израиль  был
полусоциалистической  страной,   со   всеми   соответствующими   атрибутами:
значительной долей государственной  собственности,  контролем  экономики  со
стороны государства. И период инфляции в Израиле также совпал по  времени  с
переходом к более либеральной экономике.  Во-вторых,  политическая  ситуация
середины 80-х годов в Израиле очень схожа с нашей:  существует  коалиционное
правительство, каждое министерство отстаивает свои интересы.
     Итак, каковы возможности применения израильской  программы  у  нас?  Из
опыта последних лет видно, что  российское  правительство  видит  лишь  один
путь борьбы с  инфляцией  —  постепенное  снижение  ее  темпов.  Эта  борьба
продолжается  уже  несколько  лет  с  переменным  успехом.   Фактически   же
происходит то, что происходило в Израиле в начале 80-х годов —  инфляционный
процесс продолжается, несмотря на  все  предпринимаемые  меры.  В  чем  была
причина   неудач   всех   предыдущих   попыток   остановить   инфляцию?    В
половинчатости  мер.  Как  только   стабилизировалось   предложение   денег,
начинали  расти  государственные  расходы,   выдавались   дешевые   кредиты.
Периодически само же правительство устами некоторых своих  членов  раздувало
инфляционные ожидания. Короче говоря, не было единой программы.
     Так что же надо сделать, чтобы остановить  инфляцию  в  России?  Первый
шаг, который должен быть сделан, это подготовка общественного  мнения.  Люди
должны понять, насколько губительна инфляция для них  и,  в  частности,  для
экономики России в целом. Потом должна  быть  опубликована  сама  программа.
Должны пройти дискуссии в прессе, на телевидении по поводу этой программы  с
участием ведущих экономистов. В  чем  же  должна  состоять  сама  программа?
Согласно системе, определяющей макроэкономическое равновесие  и  приведенной
выше, вначале необходимо зафиксировать одну из номинальных  переменных.  Это
может  быть  как  обменный  курс  рубля  по  отношению  к  доллару,  так   и
номинальное предложение денег (частично этот этап уже пройден  —  установлен
валютный  коридор).   После   определения   уровня,   на   котором   следует
зафиксировать эту переменную, необходимо провести  оценки  тех  уровней,  на
которых  должны  будут  зафиксироваться  остальные  номинальные  переменные.
Основываясь на этих оценках,  следует  зафиксировать  переменные  на  данных
уровнях. Причины, почему это стоит сделать, приведены выше.  Если  при  этом
будет резко сокращен бюджетный дефицит и  будут  проведены  другие  подобные
стабилизирующие меры, а также при поддержке программы со стороны МВФ, у  нее
будет много шансов  оказаться  успешной.  Единственное  отличие  израильской
инфляции от российской — это присутствие в нашей инфляции значительной  доли
инфляции  издержек.  Соответственно   российская   программа   должна   быть
скорректирована в связи с этим. Одновременно с денежной реформой  необходимо
стабилизировать финансовую  и  банковскую  системы  с  целью  минимизировать
влияние кризиса неплатежей, а  также  попытаться  исключить  другие  причины
инфляции издержек.
     Итак, опыт Израиля является, безусловно, очень  важным  для  российской
экономики. В борьбе с инфляцией нет смысла  изобретать  что-то  новое;  надо
лишь умело использовать опыт других стран. [25; с. 61]

                     2.2 Инфляция в российской экономике

           Современная инфляция –  не  какой-то  новый  феномен  российской
   истории XX столетия, в четко выраженных формах она проявляется по крайней
   мере в третий раз. Сначала  это  было  в  период  первой  мировой  войны,
   последовавшей за ней гражданской, в  годы  послевоенного  восстановления,
   завершившегося на первом  этапе  нэпа  (1914  –  1924  гг.).  Второй  раз
   инфляция проявилась уже в советское время –  в  годы  индустриализации  и
   формирования  системы  централизованного  планирования,   фактически   на
   протяжении всех довоенных пятилеток, в годы Великой Отечественной войны и
   начале послевоенного восстановления  (1928 – 1947  гг.),  по  существу  в
   течение двух десятилетий. Третий раз она проявилась в период проводимых в
   начале 90-х  годов  экономических  реформ,  направленных  на  воссоздание
   рыночной экономики, после  провозглашения  государственного  суверенитета
   России и распада СССР и продолжается по сути по сей день.
           В менее  отчетливых  формах  инфляция  наблюдалась  в  советской
   экономике, в   течение значительного  времени,  в  частности  с  середины
   пятидесятых годов и особенно в восьмидесятые  годы.  Исключением  в  этом
   отношении можно считать два сравнительно коротких периода. Первый из  них
   относится к годам нэпа, предшествующим индустриализации (1925-1928  гг.),
   а второй — к концу сороковых и первой половины пятидесятых  годов  (1948-
   1955  гг.),  когда  государство  осуществляло   прямую   дефляционистскую
   политику снижения цен; оба эти периода не превышают 13 лет.
           Из сказанного следует, что инфляция возникала и нарастала в годы
   политических конфликтов (войн, революций) и при смене  модели  социально-
   экономического  развития  общества.  В  этом  смысле  она  —   неизбежная
   экономическая  плата  общества  за  конфликты  и  революции.  Преодоление
   инфляции  и  ее  последствий  каждый  раз  требовало  больших  усилий   и
   значительного  времени.  Не   представляет   исключения   и   современная
   российская инфляция.
           Исторической ее особенностью являлось то, что  ей  предшествовал
   длительный  период  скрытой  инфляции,  выражавшейся   прежде   всего   в
   увеличении  денежных  сбережений  населения,  представляющих   отложенный
   спрос, при усилении товарного дефицита. Переход к инфляции в открытых  ее
   формах  совпал  с  началом  крупных  институциональных  преобразований  —
   реформированием    отношений    собственности,     демонтажем     системы
   государственного централизованного планирования, либерализацией экономики
   и формированием системы рыночных отношений. [24; с. 58]
           Экономический кризис, поразивший Россию в первой  половине  90-х
   годов, по своим масштабам и глубине не имеет аналогов в  новой  истории..
   Действительно, в 1990 – 1995 гг. объем ВВП в стране  сократился  на  51%,
   тогда как,  например, в период мирового экономического кризиса 1929 –1933
   гг. в США он упал на 36%. По имеющимся расчетам если бы в России  реформы
   не проводились вообще, то сокращение ВВП в  первой  половине  90-х  годов
   составило бы не более 4 – 5%. Это,  конечно,  не  означает,  что  реформу
   экономики в стране не следовало проводить, речь идет о другом – о  формах
   и путях ее осуществления, об ее издержках и результатах.
           Особая глубина  экономического  коллапса  в  современной  России
   связана с целым рядом факторов, как это уже говорилось ранее, в том числе
   с распадом СССР и нарушением системы общественного разделения труда между
   бывшими советскими  республиками,  экономика  которых  функционировала  в
   качестве составных частей  единого  народно-хозяйственного  комплекса;  с
   высокой степенью милитаризации народного хозяйства; упразднением  системы
   экономического управления и неэффективным функционированием новых органов
   менеджмента на всех уровнях. Сыграло свою роль и то обстоятельство, что с
   самого начала власти отказались от сильной социальной политики.  Понятно,
   что  процесс  перехода  от   высокоцентрализованной   директивно-плановой
   экономики  к  новой  модели  экономической  организации,   управления   и
   функционирования представлял собой очень сложную задачу, задачу  воистину
   уникальную, поскольку прежде ни перед кем подобные проблемы не возникали.
   Конечно, опыт экономически развитых стран давал возможность  использовать
   их пример для перехода к современной  модели  эффективно  функционирующей
   экономики. Но в рассматриваемом случае этот опыт в должной  мере  не  был
   осознан  и   предпринятые   меры   по   реформированию   экономики   были
   ориентированы  не  на  прогрессивные   модели,   а,   как   правило,   на
   воспроизведение структур и принципов прежних этапов развития. [17; с. 23]
      По темпам роста цен российская экономика в 1992-1995 гг.  была  одним
   из мировых лидеров. Инфляция приобрела хронический, самовоспроизводящийся
   характер. Чтобы ее преодолеть, принимались  самые  жесткие  меры,  однако
   они, как правило,  не  давали  желаемых  результатов.  Так,  на  усиление
   монетарных   ограничений   экономика   реагировала   увеличением    спада
   производства  и  лишь   незначительным   (по   сравнению   с   жесткостью
   воздействия)  снижением  темпов  инфляции.  Смягчение  таких  ограничений
   сопровождалось  ускоренным  ростом  цен  при  стагнации  производственной
   деятельности. Спонтанное маневрирование  между  угрозой  инфляции,  спада
   производства и роста безработицы провоцировало  и  первое,  и  второе,  и
   третье.
      В 1992-1995 гг. было сделано четыре попытки преодолеть инфляцию  -  и
   лишь одну из них можно (хотя и с  оговорками)  считать  успешной.  Первая
   относится к началу  1992  г.  После  "либерализации"  цен,  вызвавшей  их
   неуправляемый быстрый рост, правительство в течение первого квартала 1992
   г.  обеспечивало  бездефицитный  бюджет,  а  ежемесячный  темп   прироста
   денежной массы был в 6,5 раза меньше, чем уровень инфляции.  Несмотря  на
   то, что экономика имела резерв  прочности  (запасы  сырья  и  материалов,
   оплаченные по дореформенным ценам и др.), жесткая денежная политика очень
    быстро вызвала  резкое  увеличение  неплатежей  и  сокращение  конечного
   спроса. Возникли серьезные затруднения с  реализацией  товаров.  В  итоге
   инфляция в III квартале снизилась до 10,7% в месяц по сравнению  с  17,6%
   во II, но одновременно резко ускорился спад производства (1-11 кварталы -
   13-14% к уровню предшествующего года, III квартал - 24%).
      Таким образом, за снижение среднемесячной инфляции на один пункт было
   "заплачено" спадом производства на 1,4 пункта. Затем с помощью масштабной
   эмиссии денег сокращение производства было замедленно. Однако  увеличение
   рублевой массы в обращении, а также ряд других факторов (повышение цен на
   энергоресурсы и сельскохозяйственную продукцию, быстрый  рост  заработной
   платы, падение валютного курса рубля) обусловили увеличение  инфляции  до
   уровня более 20% в месяц.
      Вторая попытка снизить инфляцию была предпринята в  III-IV  кварталах
   1993  г.  Она  свелась,  в  основном,  опять  к  ужесточению   монетарных
   ограничений  и  стабилизации  номинального  валютного  курса.   Экономика
   отреагировала вначале ускорением оборота денег, а  затем,  в  I  квартале
   1994  г.,  -  обвальным  спадом  производства,  не  имевшим  аналога   за
   предшествующие годы кризиса. Результат: рост цен снизился с 24%  в  месяц
   (III квартал 1993 г.) до 12% (I квартал 1994 г.)  и  приобрел  понижающую
   тенденцию; спад промышленного производства за это же время  увеличился  с
   14% к соответствующему  периоду  предшествующего  года  до  25%.  "Ценой"
   сокращения инфляции на один пункт стало углубление спада производства  на
   0,9 пункта. Соответственно, уже во II квартале 1994 г. все вернулось  "на
   круги своя": вновь возросла денежная эмиссия,  что  позволило  остановить
   спад  и  перейти  к  депрессивной  стабилизации  производства.   Началось
   взаимообусловленное повышение цен на продукцию естественных  монополий  -
   тарифов на электроэнергию и транспорт. Эти факторы, а  также  октябрьский
   "черный вторник" способствовали росту инфляции до 13-16% в  месяц  (табл.
   1).
      Третья попытка была предпринята в IV квартале  1994  г.  -1  квартале
   1995 г. Ставилась задача выйти во втором полугодии на устойчивый  уровень
   инфляции -1% в месяц. Инструментарий для этого предусматривался  прежний:
   было объявлено об  исчерпании  потенциала  "умеренно-жесткой"  финансовой
   политики. Поэтому денежная масса практически была заморожена  (I  квартал
   1995 г.), бюджетный дефицит взят  под  жесткий  контроль  (2-3%  валового
   внутреннего  продукта).  Резко  сократилась  реальная  заработная  плата.
   Однако  результаты  оказались  скромными:  ежемесячная  инфляция  хотя  и
   снизилась с 15,5% (IV квартал 1994 г.) до 7,9% (II квартал 1995  г.),  но
   все же оставалась выше уровня предшествующего (1994) года. В  отличие  от
   первых  двух  попыток  уменьшить  инфляцию   третья   не   сопровождалась
   существенным  падением  промышленного  производства.   Однако   можно   с
   уверенностью сказать, что если бы жесткая  денежная  политика  продлилась
   еще хотя бы два -  три  месяца,  то  оно  было  бы  неизбежным.  Об  этом
   свидетельствует сокращение объемов отгруженной продукции в I квартале  на
   15% по сравнению с I кварталом 1994 г. и на 9% - в IV  квартале  1994  г.
   (табл. 2).
      Начиная  уже  со  II  квартала  1995  г.   Правительство   фактически
   отказалось от жесткой денежной политики.  Чтобы  сдержать  падение  курса
   доллара и  хоть  как-то  сохранить  конкурентоспособность  отечественного
   экспорта, оно  вновь  прибегло  к  масштабным  рублевым  интервенциям  на
   валютном рынке. Ежемесячные темпы прироста  денежной  массы  возросли  по
   сравнению с I кварталом 1995 г.  в  4,6  раза  и  почти  вдвое  превысили
   уровень  инфляции.   Во  втором  полугодии  удалось   избежать   усиления
   инфляции, сохранить снижающуюся  тенденцию  ее  темпов  и  к  концу  года
   сократить  их  до  3-4%  в  месяц.  Это  связано  с  четвертой   попыткой
   преодоления инфляции, которая  качественно  отличалась  от  первых  трех.
   Прежде всего  впервые  за  годы  реформ  снижение  инфляции  произошло  в
   условиях относительно мягкой денежной политики. Начиная с III квартала  в
   динамике инфляции наметился перелом - темпы роста потребительских  цен  в
   его конце оказались самыми  низкими  за  весь  период  реформ.  Это  было
   связано со следующими четырьмя обстоятельствами.
      Первое: рубеж 1994-1995 гг. "ознаменовался" тем, что впервые  с  1992
   г. был  нарушен  (и  больше  уже  не  восстановлен)  механизм  индексации
   заработной платы. Она начала устойчиво сокращаться в реальном  выражении.
   Одновременно заметно возросло  число  безработных.  Все  это  существенно
   ослабило инфляционную инерцию.
      Второе: летом 1995 г. был введен "валютный коридор", что повлекло  за
   собой стабилизацию курса рубля по отношению к доллару. В результате,  во-
   первых, замедлился рост цен на импортные товары,  что,  в  свою  очередь,
   сказалось   на   динамике   потребительских   цен,   причем   не   только
   непосредственно, но и через замедление роста цен на конкурирующие  товары
   отечественного  производства.  Во-вторых,  стабильный  курс  сыграл  роль
   "номинального антиинфляционного якоря", который  сдерживает  инфляционные
   ожидания  экономических   субъектов,   реализующиеся   через   индексацию
   контрактов.
      Третье: важное значение имело введение  административных  ограничений
   роста цен на продукцию "естественных монополий" -  предприятий  топливно-
   энергетического комплекса и транспорта.
      Четвертое:   резко   уменьшилось    инфляционное    перераспределение
   добавленной стоимости из сельского хозяйства в другие отрасли  экономики.
   Это было связано с тем,  что  кризис  в  сельском  хозяйстве  в  1995  г.
   проявился особенно остро - спад производства в нем  существенно  превысил
   аналогичный показатель в промышленности. Кроме того,  фиксация  валютного
   курса привела к его сближению с паритетом покупательной способности,  что
   несколько ограничивает влияние мирового рынка  на  рост  внутренних  цен.
   Сокращение инфляции в 1995 г. было  достигнуто  в  условиях  сравнительно
   мягкой денежной политики  с  использованием,  в  частности,  немонетарных
   антиинфляционных мер типа ограничения роста цен  на  энергоносители.  Эти
   меры оказались достаточно эффективными, что подтверждает  преимущественно
   немонетарный характер отечественной инфляции. Однако  успех небезусловен.
   Дело даже не в количественных характеристиках, а в том, что  не  устранен
   инфляционный  потенциал,  являющийся  ее  основой.   Поэтому   полученный
   результат, во-первых, весьма неустойчив, а во-вторых -  "куплен"  слишком
   дорогой  ценой.  В  1995   году   продолжилось   уменьшение   инвестиций,
   составившее около 15% (что было отчасти связано с инфляционным  снижением
   доходов предприятий). Ухудшилось также положение в  социальной  (сфере  и
   отечественных производителей потребительских товаров.
      Снижение инфляции все же оказало негативное воздействие  на  динамику
   производства  в  IV  квартале   1995   года   (табл.   2).   И   главное,
   антиинфляционный потенциал используемых мер весьма ограничен прежде всего
   в силу их  противоречивости.  Так,  стабилизация  номинального  валютного
   курса сопровождается  падением  реального  курса  доллара,  что  ведет  к
   ухудшению финансового положения  экспортноориентированных  энергосырьевых
   отраслей. Это могло бы быть компенсировано опережающим ростом  внутренних
   цен на энергоносители,  но  тогда  не  удалось  бы  задействовать  рычаги
   подавления инфляции издержек. В этой связи ключевым остается вопрос,  чем
   обусловлена высокая устойчивость российской  инфляции,  в  частности,  ее
   низкая эластичность к монетарным  воздействиям  при  их  ужесточении,  но
   высокая - при смягчении денежной политики.
      Либерализация  цен   не   устранила,   а   лишь   изменила   качество
   инфляционного потенциала российской экономики. Он  обусловливается  двумя
   основными   факторами:   во-первых,   резким   снижением    эффективности
   использования  производственного  аппарата,   рабочей   силы,   а   также
   энергоресурсов; во-вторых, несоразмерностью ценовых  пропорций  и  уровня
   текущих  затрат,  потребностей  экономики  в  добавленной  стоимости  для
   обеспечения динамичного воспроизводства. Действие механизма инфляционного
   потенциала проявляется как колебание рыночных цен в условиях конкуренции,
   и прежде всего - спроса и предложения. Такие колебания имеют два предела:
   верхний и нижний, которые в российских условиях нередко меняются местами.
          Верхний предел  рыночной  цены  определяется,  с  одной  стороны,
   качеством товара, а с  другой  -  платежеспособным  спросом.  В  открытой
   экономике на верхний предел влияние оказывает также уровень мировых  цен.
   Нижний  предел  рыночной  цены  обусловливается  издержками  производства
   товара - материальными и трудовыми затратами, приобретающими  в  условиях
   рынка денежную форму.
      Динамика нижнего уровня цен определяет  потенциал  инфляции  в  сфере
   предложения.  В  каждый  период  времени   удорожание   затратообразующих
   ресурсов    (энергоносителей,    рабочей    силы,    услуг    транспорта,
   сельскохозяйственной продукции) "задает" тот  уровень  цен,  при  котором
   товаропроизводители не только покрывают  издержки,  но  и  могут  создать
   накопления хотя бы для простого  воспроизводства.  В  настоящее  время  в
   российской экономике сокращение платежеспособного  спроса  предопределяет
   такой уровень цен, при котором не обеспечивается  нормальный  кругооборот
   производственного процесса, в результате возникает  подавленная  инфляция
   предложения, проявляющаяся в постоянных задержках платежей, банкротствах,
   усилении  экономического   спада   в   периоды   ужесточения   монетарных
   ограничений,  а  также  в   систематическом   снижении   производственных
   инвестиций.
        Начиная с 1992 г. динамика инфляционного потенциала стала в  1,2-1,4
   раза превышать ежемесячные темпы роста оптовых цен (табл. 3). Усиливается
   неустойчивость  экономики.  Многие  межхозяйственные  связи  распадаются.
   Изменить сложившуюся ситуацию можно двумя  путями:  первый  -  сокращение
   значительной части национального производства,  мощностей  и  численности
   работников,  занятых  в   реальном   секторе;   второй   -   кардинальная
   корректировка  уровней  и   структуры   цен   на   внутреннем   рынке   и
   перевооружение   на    современной    технической    основе    имеющегося
   производственного аппарата. Масштабы воздействия  на  рыночные  отношения
   подавленной инфляции предложения определяют  преимущественно  "затратный"
   характер российской инфляции. Как показывают расчеты, она в  значительной
   степени  обусловливается  удорожанием  затрат  (примерно  на  40%).  Рост
   денежной  массы  вызывает  лишь  15-20%  инфляции,  хотя   его   значение
   постепенно увеличивается. Это  объясняется  тем,  что  удорожание  затрат
   воздействует на инфляцию не столько непосредственно, сколько  косвенно  -
   через повышение инфляционного потенциала экономики: рост затрат  ведет  к
   нехватке доходов, требуемых для поддержания воспроизводства.  Объективная
   необходимость компенсации этого дефицита вызывает увеличение цен.
        Особую  роль  в  раскручивании  инфляции  сыграл  фактор  инерции  -
   инфляционная спираль (табл.4). Ее высокий удельный вес свидетельствует  о
   существовании закономерности, связанной  с  институциональной  структурой
   нашей экономики и  поведением  предприятий.  В  1992-1994  гг.  отчетливо
   проявилось  стремление  предприятий  поддержать  на   стабильном   уровне
   реальную заработную плату своих работников, не допустив  в  то  же  время
   сокращения  их  численности.  При  этом  предприятия  готовы  были   идти
   практически   на   любые   потери   в   рентабельности,   ликвидности   и
   инвестиционном процессе. Результатом этого  стала  ситуация  классической
   инфляционной  "петли":  цены  -  заработная   плата   -   цены.   Влияние
   индексирующейся с коэффициентом, близким к единице, заработной  платы  на
   инфляционный процесс оказывается двояким: с одной стороны, эта индексация
   усиливает  рост  издержек   производства,   что   активизирует   инфляцию
   предложения,  а  с  другой  -  создает  необеспеченный  товарной   массой
   добавочный платежеспособный спрос. Такая экономическая модель не является
   новой  в   мировой   практике:   она   соответствует   существовавшей   в
   высокоинфляционных странах Латинской Америки в 70-х гг. модели экономики,
   "ведомой заработной платой".
        Кроме того, подобный механизм приводит к  нарушению  фундаментальных
   для нормального  функционирования  экономики  пропорций  между  динамикой
   производительности труда и его оплаты. Из экономической теории и практики
   известно, что опережающий рост  производительности  является  необходимой
   предпосылкой  не  только  устойчивости  цен,  но  и  развития   народного
   хозяйства в целом. Эта проблема не нова  для  российской  экономики,  она
   связана с традиционно сложившейся системой патерналистского  "социального
   контракта" между работниками предприятий и менеджерами. [14; с. 40]
         Итак, к концу 1996 года, началу 1997 состояние российской экономики
   оставалось сложным, тенденции макроэкономических  процессов  складывались
   неоднозначно. В последние месяцы не удалось преодолеть действие факторов,
   проявившихся к середине  года  и  способствующих  дальнейшему  сокращению
   производства. Более того, спад усилился, оставалось тяжелым  положение  с
   поступлением налогов и  исполнением  бюджета.  Вместе  с  тем  продолжала
   улучшаться  динамика  инфляции,  рос  внешнеторговый  оборот,  наметились
   позитивные сдвиги на финансовых рынках, хотя предприятия  еще  испытывают
   острую нехватку средств для осуществления текущей деятельности.
        Важнейшим  результатом  усилий  последних  лет  является  устойчивое
   снижение темпов инфляции в 1996 г. В августе индекс  потребительских  цен
   впервые с начала реформ составил менее 100%, в сентябре - 100,3%. В целом
   за 9 месяцев 1996 года прирост потребительских цен составил 16,5%, что  в
   6 раз ниже, чем за январь -  сентябрь  1995  г.  В  октябре  темпы  роста
   потребительских цен несколько возросли, что связано с повышением  тарифов
   на некоторые виды услуг и ослаблением сезонной компоненты. В целом за год
   темп роста инфляции  оценивается  на  уровне  несколько  выше  122%.  Это
   означает, что ежемесячный темп прироста потребительских  цен  в  1996  г.
   составит 1,7%.
        Прирост цен производителей на промышленную продукцию  за  9  месяцев
   1996 г. составил 20,3%. После замедления в I полугодии роста  цен  в  III
   квартале он вновь начал ускоряться,  что  позволяет  оценить  индекс  цен
   производителей в промышленности в целом за 1996 г. на уровне 134%, т.  е.
   заметно выше индекса  потребительских  цен.  Импульсом  убыстрения  роста
   послужило несоизмеримое с предшествующими темпами инфляции увеличение с 1
   августа 1996 г. уровня тарифов на электроэнергию, отпускаемую с  оптового
   рынка.  Последствия  этого  начинают  крайне  негативно   сказываться   в
   экономике. Из-за несовершенства применяемых механизмов регулирования  цен
   и тарифов естественных монополий темпы прироста цен на  их  продукцию  во
   втором полугодии вновь увеличиваются с опережением.
        Особенностью развития денежной сферы в 1996  г.  стало  значительное
   снижение инфляции в условиях роста денежной массы в  реальном  выражении:
   за январь - август денежная масса (М2) увеличилась примерно на  25%,  что
   выше темпа инфляции. При этом сокращалась скорость обращения  денег,  что
   свидетельствует  о  снижении  инфляционных  ожиданий.   Стабилизировалась
   национальная валюта, созданы значительные валютные резервы. [16; с. 3]
        Оценивая итоги 1995 - 1998 годов,  можно  сказать,  что  победа  над
   инфляцией  оказалась  мифической,  так  как  не  было  заложено  прочного
   экономического фундамента, а цена его очень дорога: выбраться из долговой
   ямы  России  будет  очень  трудно.  Не  была  достигнута   главная   цель
   стабилизации - привлечение  в  реальный  сектор  необходимых  инвестиций.
   Российские  капиталы  продолжали  оседать  за  рубежом,   а   иностранные
   инвесторы предпочитали спекулятивный рынок ценных бумаг.
        Одной из основных причин  инвестиционной  непривлекательности  сферы
   производства является сложившаяся практика расчетов,  проводящихся  минуя
   коммерческие банки с использованием бартера и денежных суррогатов. Это же
   является и причиной существенного ослабления  инвестиционного  потенциала
   отечественной экономики. В  первую  очередь  это  относится  к  векселям,
   которые, с одной стороны, ослабляют платежный кризис,  позволяют  расшить
   цепочки  неплатежей,   снизить   размеры   дебиторской   и   кредиторской
   задолженности, но, с другой стороны, существенно ухудшают качество денег,
   так как являются лишь суррогатом, не выполняющим все их функции.  [7;  с.
   166]
         В 1997-1998 годах отмечено новое для России и других стран  явление
   — сочетание экономических и валютно-финансовых  проблем  в  ходе  кризиса
   1997—1998 гг. В России это проявилось в фактическом банкротстве реального
   сектора  экономики,  огромных  суммах  неплатежей  между   хозяйственными
   субъектами,  значительных  дефицитах  всех   бюджетов,   включая   бюджет
   пенсионного фонда, росте  внутреннего  долга,  неспособности  государства
   выполнять обязательства по своим ценным бумагам, а  также  по  заработной
   плате, пенсиям, пособиям. Новое явление — государство стало должником  по
   своим ценным бумагам перед иностранными инвесторами. Особенно опасно, что
   рост  внешней  задолженности   произошел   при   cокращении   официальных
   золотовалютных  резервов  России.  Помимо  долга   государства   возникла
   кризисная  внешняя  задолженность  банков,  финансовых   и   нефинансовых
   институтов. Валютно-финансовый  кризис  1998  года  усугубился  системным
   кризисом банковской системы, дал толчок  к  усилению  темпа  инфляции  до
   38,4% в сентябре и 84,5% за год против 11% в 1997 году. Тем самым развеян
   миф  об  эффективности  либеральной   модели   рыночной   экономики   без
   государственного регулирования.
         Здесь следует отметить и ошибки в экономической  политике.  Если  в
   1992-1994   годах   основным    направлением    экономической    политики
   действительно  должно  было  стать  снижение   инфляции   и   недопущение
   гиперинфляции ( то есть инфляции в размере 50% и более  в  месяц),  то  с
   1995  года  в  связи  с  ослаблением  инфляции  приоритеты  экономической
   политики нужно было переориентировать на увеличение ВВП. Снижение  темпов
   инфляции — сложный экономический процесс,  требующий  адекватных  мер  по
   обеспечению сбалансированности текущих внешних  платежей,  бюджетов  всех
   уровней, поддержания занятости. Быстрое подавление инфляции без таких мер
   приводило  к  общей  разбалансированности  экономики.  В  таких  условиях
   особенно  важно  состояние  текущих   операций   платежного   баланса   и
   своевременное изменение режима валютного курса. В  1  полугодии  1998  г.
   дефицит текущего платежного баланса в сочетании с бюджетным  дефицитом  и
   разбухшим  рынком  ГКО,  поглощавшим  средства  из  бюджета,  привели   к
   долговому кризису и девальвации рубля.
         Необходимо  было  изменить  стратегическую  цель  денежно-кредитной
   политики России. Основная задача — обеспечить  сбалансированное  развитие
   экономики при снижении  темпов  инфляции.  Требовалась  более  взвешенная
   денежно-кредитная политика. В августе 1998 г. уровень  денежной  массы  —
   агрегат М2, то есть фактическое предложение денег, — не достиг уровня  на
   1 января 1998г. Однако беспокоил отток  вкладов  в  валюте  и  рублях  из
   банков. Наличная масса на руках у  населения  существенно  возросла.  Для
   России важно доверие к  банковской  системе,  возврат  вкладов  в  банки.
   Другая важнейшая цель денежно-кредитной  политики  —  поддержание  низкой
   инфляции с учетом эффективной  занятости  и  ВВП.   В  1995  г.  введение
   валютного коридора снизило инфляционные  ожидания.  Однако  в  дальнейшем
   валютную  политику  необходимо  было  пересматривать,  так  как  валютные
   резервы сокращались.
        Но мрачный прогноз гиперинфляции  России  в  условиях  августовского
   кризиса .1998_г. не сбылся. После взлета потребительских цен на  84,5%  в
   1998 г. темп инфляции  снизился  более  чем  вдвое.  Однако  инфляция  не
   побеждена.
        Потребительские цены в 1999 г. возросли на 36,5%. При оценке  уровня
   инфляции  необходимо  учитывать  рост   цен   производимой   промышленной
   продукции (67,3%), по инвестициям в основной капитал (46,0%), а также  на
   реализованную   сельскохозяйственную   продукцию   (91,4%).   Сохраняется
   значительный инфляционный потенциал, который при  малейшем  толчке  может
   вновь проявиться в росте потребительских цен. Это  обусловлено  тем,  что
   Россия впервые в мировой практике искусственно  сдержала  темп  инфляции,
   применив дефляционную политику в условиях продолжавшегося  в  течение  10
   лет экономического спада причем путем невыплаты заработной платы,  пенсий
   и  пособий.  За  рубежом  дефляция  применяется  в  условиях  "перегрева"
   экономики и ее  крайней  мерой  является  блокирование  роста  заработной
   платы, но выплата ее не задерживается. В России,  несмотря  на  частичное
   погашение задолженности по  заработной  плате  и  пенсиям,  эта  проблема
   сохраняет свою остроту.
        Одной из  причин  ориентации  антиинфляционной  политики  на  сжатие
   денежного спроса стало возведение в ранг официальной догмы монетаристской
   концепции инфляции, которая концентрирует внимание на изменениях денежной
   массы в обращении как определяющей функции цен, доходов  и  занятости.  В
   итоге  антиинфляционная   политика   России   определялась   в   основном
   характеристиками денежной массы без учета немонетарных факторов инфляции.
   Первоочередной  антиинфляционной  мерой  является  оживление  инвестиций,
   концентрация средств на приоритетных проектах.
   Снижение инвестиций в основной капитал в  1997-1998  гг.,  незначительный
   рост — в  1999  г.  свидетельствуют  о  неудовлетворенном  инвестиционном
   спросе,   недоступности   финансовых    и    кредитных    ресурсов    для
   производственного  сектора,  низкой  платежеспособности  предприятий.   В
   рамках бюджета развития по состоянию на начало 2000  г.  профинансированы
   полностью 65, частично — 21,  т.е.  86  инвестиционных  проектов  из  226
   победителей  конкурсного  отбора  в  1995-1997  гг.  Из   350   объектов,
   сооружаемых по инвестиционным проектам  победителям  конкурсов  1995-1997
   гг., полностью введены в действие лишь 52, в том числе 11 — в 1999 г.
        Что  касается  иностранных  инвестиций,  то  Россия  не  может  пока
   рассчитывать на их крупный приток.  Следовательно,  необходимо  опираться
   прежде всего на собственные силы  в  стратегии  экономического  развития,
   учитывая экономический потенциал России.
        Для сдерживания инфляции важно  закрепить  наметившиеся  в  1999  г.
   позитивные сдвиги в  бюджетной  сфере  —  увеличение  бюджетных  доходов,
   повышения  собираемости  налогов,  ориентация  расходов  на   возрождение
   российской  экономики.  Не  использован  такой  резерв   как   сокращение
   непроизводительных расходов на управление.
        Положительным фактором  стало  уменьшение  бюджетного  дефицита.  Он
   доведен до уровня (3,6% ВВП — в 1997 г., 5,5% — в 1998 г., 1,4% — в  1999
   г.) приемлемого для Международного валютного фонда в качестве условия для
   предоставления  России  очередного  транша  кредита.  Это  достигнуто,  в
   основном, за счет секвестирования расходов и увеличения доходов по  линии
   Министерства по Налогам и Сборам и Государственного  Торгового  Комитета.
   Бюджетный дефицит существует в  большинстве  стран,  но  там  применяются
   методы  его  покрытия,  не  имеющие  инфляционных   последствий.   Россия
   использовала все  известные  мировой  практике  источники  финансирования
   бюджетного дефицита — налоги, займы, инфляцию и т.д.
         Жизнь взаймы поставила  Россию  на  грань  банкротства:  внутренний
   государственный долг достиг  750  млрд.  руб.  на  17  августа  1998  г.,
   внешний,  включая  государственный  и  частный,  —  212  млрд.  дол.,  но
   результате  новации  ГКО-ОФЗ  объем  внутреннего  государственного  долга
   России уменьшился почти на 30% до 550 млрд. руб. к 1 мая 1999 г.
          Чрезмерное   использование   государственных   заимствований   для
   финансирования  бюджетного  дефицита   всегда   становится   инфляционным
   фактором при отсутствии реальных  источников  погашения  долгов.  Поэтому
   необходимо не только устанавливать лимит  государственного  долга,  но  и
   осуществлять контроль за его  соблюдением  и  эффективным  использованием
   заимствований.
        Специфическим  для  России  направлением  антиинфляционной  политики
   является  преодоление  кризиса  неплатежей  в  хозяйстве.  Стоит   задача
   нормализации денежных расчетов путем  ликвидации  взаимной  задолженности
   предприятий друг другу и бюджету.
       Учитывая  значение  монетарных  факторов  инфляции,  антиинфляционная
   политика  предусматривает  регулирование  эмиссии  денег  и  скорости  их
   обращения. Не менее важно совершенствование структуры денежной  массы.  В
   результате  ограничения  денежной  эмиссии   по   рецептам   монетаристов
   коэффициент мо-нетизации в России составил 16,6% в 1998 г.,  14,44%  —  в
   ноябре 1999 г. против 80-120% на Западе.
       Низкая  насыщенность  ВВП  рублевой  массой  стимулировала  появление
   множества  неофициальных  эмиссионных   центров,   выпускающих   денежные
   суррогаты, которые обслуживают  70-80%  хозяйственного  оборота.  В  этом
   проявляется стихийная реакция хозяйственного оборота на  сжатие  денежной
   массы вопреки требованиям экономического закона денежного обращения.
        В антиинфляционной политике важное место  принадлежит  регулированию
   скорости обращения денежной единицы, так как  ее  увеличение  равносильно
   дополнительной эмиссии денег при прочих равных условиях.
        Важным направлением антиинфляционной политики  как  составной  части
   стратегии   подъема   национальной   экономики   является    санация    и
   реструктуризация банковской системы. Кризис выявил также узкие места, как
   деятельность   банков-трейдеров,   которые   бесконтрольно   осуществляли
   спекулятивные валютные и фондовые операции в  основном  за  счет  средств
   вкладчиков;  недостаточно  эффективный  надзор  Центрального   банка   за
   коммерческими банками;изъяны  банковского  законодательства  в  отношении
   процедуры банкротств,  работы  временной  администрации  и  антикризисных
   управляющих; "замораживание" 1/3 банковских активов, вложенных в ГКО/ОФЗ,
   парализовало с августа 1998 г. деятельность  крупных  банков,  привело  к
   кризису   неплатежей   в    банковской    сфере.    Для    восстановления
   платежеспособности банков Центральный  банк  принял  меры.  В  их  числе:
   проведение многостороннего клиринга за счет средств  фонда  обязательного
   резервирования; небольшие  стабилизационные  кредиты,  которые  оказались
   менее эффективными, чем  межбанковский  клиринг;  создание  Агентства  по
   реструктуризации  банковской  системы  с  целью   ее   восстановления   и
   стабилизации.
        Благодаря этим мерам и положительным сдвигам в экономике к  2000  г.
   завершился первый этап реструктуризации банковской системы.  За  1999  г.
   вдвое увеличились активы банков, особенно рублевые,  и  число  прибыльных
   банков (до 1153, или 85% их общего количества).  Доля  проблемных  банков
   снизилась с 35% до 20% за одиннадцать месяцев 1999 г.
          Для  противодействия  инфляции  необходимо  активнее  использовать
   потенциал расширения  кредитования  национальной  экономики  в  целях  ее
   возрождения и увеличения товарного обеспечения рубля.
         Либерализация внешнеэкономической деятельности, поспешное  введение
   конвертируемости  рубля  без  соответствующей   подготовки   и   создания
   объективных условий открыли шлюзы  внешних  факторов  инфляции.  Снижение
   мировых цен  на  нефть  и  нефтепродукты,  газ,  черные  металлы,  острая
   конкурентная борьба между экспортерами  на  мировых  рынках  отрицательно
   влияли на инвалютные поступления России.
        Улучшение внешнеэкономической конъюнктуры для российской  экспортной
   продукции,  в  первую   очередь   нефтепродуктов   с   апреля   1999   г.
   способствовало (наряду с девальвацией рубля) увеличению валютной выручки,
   предложению инвалюты  на  валютном  рынке.  Под  влиянием  роста  цен  на
   импортируемые товары в России повышаются  цены  на  все  товары,  включая
   отечественные, не имеющие импортного компонента.
         Но главное — происходит импорт инфляции, прежде  всего  из  США.  С
   предоставлением валютных прав физическим лицам и предприятиям с  1992  г.
   усилился спрос на иностранную валюту, особенно доллары,  для  страхования
   риска, в частности инфляционного. На покупку валюты используется от 12,4%
   (1998 г.) до 8,5% (1999 г.)  денежных  сбережений  населения.  Долларовые
   накопления у населения  (50-80  млрд.  дол.)  практически  означают,  что
   Россия  кредитует  США,  которые  регулярно  экспортируют   доллары   для
   российских банков.
       Долларизация экономики России неизбежна при кризисной ситуации, когда
   национальная валюта плохо выполняет свои  функции.   Поэтому  раздающиеся
   призывы  запретить  хождение  доллара  утопичны  и   чреваты   появлением
   "черного" валютного рынка. Задача заключается  в  привлечении  долларовых
   сбережений населения на нужды подъема российской экономики. Но для  этого
   необходимы реальная гарантия  по  валютным  вкладам  в  банках  и  надзор
   Центрального банка РФ за их использованием.
        Составной частью антиинфляционной  политики  является  регулирование
   валютного рынка и  относительная  стабилизация  курса  рубля.  Повышенный
   спрос на доллары  периодически  принимает  форму  спекулятивной  игры  на
   повышение  курса  доллара  и  снижение  курса  рубля,  порождая  валютные
   кризисы. Несмотря на девальвацию рубля курс его постоянно снижается.
        Регулирование внешних факторов инфляции требует разработки  валютной
   стратегии и стратегии внешних заимствований. В  России  пока  преобладают
   пожарные меры  текущей  политики.  Концепция  валютной  стратегии  должна
   включать  отношение  России  к  структурным  принципам  мировой  валютной
   системы, европейской валютной системы, в том числе к зоне  евро,  которая
   имеет для нашей страны практическое значение в аспекте использования евро
   во внешнеэкономических контрактах, а также  для  диверсификации  валютных
   резервов. Целесообразно установить  обоснованный  минимум  золотовалютных
   резервов, чтобы противостоять периодическим кризисам,  присущим  рыночной
   экономике тем более в  условиях  «догоняющего  развития».  В  современной
   России золотовалютные резервы (12,5 млрд. дол.  в  конце  1999  г.)  ниже
   международного  стандарта  их  достаточности,  определяемой   в   размере
   трехмесячного импорта товаров. К тому же  для  России  к  этому  критерию
   следовало  бы  добавить  предстоящие  платежи  по  внешнему  долгу.   Для
   пополнения  золотых   резервов   необходима   государственная   поддержка
   золотодобывающей отрасли, скупка золота у российских производителей. [18;
   с. 36]
        Рассмотрим развитие инфляционных  процессов  в  России  в  2000-2001
   годах. инфляция в 2000  году  развивалась  в  условиях  довольно  высоких
   темпов экономического  роста,  сопровождавшегося  улучшением  финансового
   положения  большинства  отраслей,  усилением  инвестиционной   активности
   предприятий  расширением  покупательского  спроса  населения,  устойчивой
   динамикой валютного курса рубля,  благоприятной  конъюнктурой  зарубежных
   рынков энергоресурсов для отечественных производителей, ускоренным ростом
   цен на продукцию отраслей – естественных монополий.
        В 2000 году практически все важнейшие макроэкономические  показатели
   демонстрировали лучшую динамику по сравнению с 1999 годом, что  видно  из
   рисунка: .....вставить диаграмму
         Эти  обстоятельства  оказывали  неодинаковое  влияние  на  характер
   изменения ценовой структуры ситуации в стране.  Причем различия  касались
   не только интенсивности, но и  направлений  их  воздействия  на  динамику
   параметров инфляции в отдельных секторах экономики. Так, наиболее весомое
   влияние   на   инфляционные   процессы    оказало    резкое    увеличение
   инвестиционного спроса и  спроса  сектора  домашних  хозяйств.  взятые  в
   совокупности, эти два момента послужили одной из главных причин того, что
   инфляция, равная в 2000 году 20,2%  несколько  превысила  соответствующий
   целевой  ориентир,  зафиксированный  в  "Основных   направлениях   единой
   государственной денежно-кредитной политики на 2000 год".
        Определенному усилению инфляционных процессов способствовали еще два
   фактора: опережающие темпы роста цен в отраслях – естественных монополиях
   и выгодная для  отечественных производителей ситуация  на  мировом  рынке
   энергоносителей. Последнее имело результатом ускоренное повышение цен  на
   продукцию отраслей топливного комплекса на внутреннем рынке, прежде всего
   производимую нефтедобывающей и нефтеперерабатывающей промышленности.
        Напротив, существенное сдерживающее влияние на динамику инфляционных
   процессов  в  2000  году  оказывали  устойчивая  и  вполне  предсказуемая
   валютная политика  Банка  России,  а  так  же   снижающиеся  инфляционные
   ожидания, которые определяли в конечном счете мотивации  и  поведенческие
   установки хозяйствующих  субъектов.  И  здесь  необходимо  отметить,  что
   решающим условием для  снижения  инфляционных  ожиданий  было  достижение
   интенсивного  экономического  роста.   В   плане   стабилизации   ценовой
   обстановки этот фактор играл в определенном смысле двойственную роль.
        С одной стороны, заметное улучшение финансового положения участников
   общественного  производства   в   определенной   степени   способствовало
   активизации   инфляционных   процессов.   С   другой   стороны,   реально
   экономический рост имел первостепенное значение  для  достижения  эффекта
   стабилизации и последующего снижения инфляционных ожиданий,  а  значит  и
   общего замедления темпов роста цен.
        В  политическом  отношении  сложившаяся  в  экономике  в  2000  году
   динамика инфляции специфицировалась как результат взаимодействия  системы
   долгосрочных или базовых факторов, в числе которых валютный  курс  рубля,
   цены  производителей  промышленной  продукции,   инфляционные   ожидания,
   наличные деньги в обращении в совокупности с депозитами до  востребования
   населения. Эта система факторов  формировала  базовую  инфляцию,  которая
   примерно на 2,5-3% пункта ниже фактической.
        С течением времени в зависимости от состояния экономики коэффициенты
   эластичности Индекса Потребительских Цен по базовым факторам  существенно
   менялись. При этом обращают на себя внимание два обстоятельства –  резкое
   сокращение эластичности Индекса Потребительских Цен  по  валютному  курсу
   рубля  и  одновременный   ускоренный   рост   коэффициента   эластичности
   названного индекса по динамике инфляционных ожиданий.
        Оба эти явления представляются вполне  закономерными,  поскольку,  с
   одной стороны, они свидетельствуют  о  пока  еще  достаточно  эффективном
   развитии процессов замещения  на  внутреннем  рынке  импортной  продукции
   изделиями отечественных производителей. С  другой  стороны  настоятельным
   требованием стала на только устойчивость, но и  предсказуемость состояния
   той среды, в которой осуществляют деятельность  экономические  агенты.  В
   противном  случае  неизбежны   негативные   деформации   в   системе   их
   поведенческих установок, провоцирующие усиление инфляционных процессов.
        В  целом  же  за  2000  год  инфляция,  зафиксированная  официальной
   статистикой на 3% связана с повышением обменного курса  рубля  к  доллару
   США, на 18% - с увеличением стоимости промышленной продукции, на 59% -  с
   инфляционными ожиданиями и на 20% - с ростом агрегата М2 и  депозитов  до
   востребования сектора домашних хозяйств.
        В 2000 году субиндекс ИПЦ по продуктам питания составил  117,9%,  по
   непродовольственным товарам – 118,5%, в сфере  платных  услуг  –  133,7%.
   [21; с. 16]
        В целом в 2000 году происходил опережающий рост цен производителей в
   промышленности   по   сравнению   с   динамикой    потребительских    цен
   (соответственно на 31,6% и 20,2%). В результате исчерпался  разрыв  между
   ними, образовавшийся сразу после августа 1998  года,  что  может  явиться
   сдерживающим фактором роста производства.
        Однако, несмотря на все вышеизложенное  отмечено  замедление  темпов
   экономического роста во втором полугодии  2000  года,  что  ставит  перед
   экономикой России проблему поиска новых стимулов резервов для развития  в
   2001 году.
         Основными  тенденциями  развития  российской  экономики  в   первом
   полугодии 2001 году стали:
 - довольно умеренные темпы инфляции (12-14% годовых) при достаточно высокой
   экономической динамике;
 - устойчивость курса национальной валюты;
 - рост производства во многих отраслях;
 - сохранение инвестиционной  активности и улучшение  финансового  положения
   предприятий;
 - рост занятости трудоспособного населения;
 - позитивные тенденции формирования государственного бюджета;
 - рост реальных доходов населения;
 - улучшение платежного баланса;
 - расширение ресурсной базы кредитных организаций.
         2001  год   характеризуется   процессом   улучшения   экономической
   конъюнктуры, но улучшения происходят медленнее  чем  в  2000  году.  Лишь
   только к июню 2001 года оценки улучшения экономической конъюнктуры  стали
   доминирующими..
        Темпы развития российской экономики в 2001 году по  многим  ключевым
   параметрам значительно уступают тем,  которые  характеризовали  изменение
   ситуации в 2000 году. Почти вдвое ниже  уровня  2000  года  зафиксированы
   темпы роста производства товаров и услуг в основных  отраслях  экономики.
   Почти в два раза снизился в первом квартале  2001  года  по  сравнению  с
   сопоставимым периодом 2000 года объем инвестиций в российскую  экономику.
   Существенно ниже темпы увеличения реальных располагаемых денежных доходов
   населения.
        В первом полугодии 2001 года темпы роста инфляции заметно  превысили
   уровень соответствующего периода прошлого года. [20; с. 7]

        2.3 Анализ антиинфляционной стратегии в Российской Федерации.

   В условиях шокового  перехода  России  к  рыночной  экономике  произошли
структурные  изменения.  В  результате  приватизации  сформировался  частный
сектор, появились миллионы акционеров. Россияне были  вовлечены  в  массовую
спекулятивную игру на повышение курса ценных бумаг, а также  доллара  США  и
снижение курса рубля. Возникли сомнительные финансовые пирамиды типа МММ  на
частном  уровне  и  ГКО-ОФЗ  на  государственном.   Нарождающуюся   рыночную
экономику периодически сотрясают финансовый, биржевой, валютный,  банковский
кризисы в условиях экономического  спада.  Скрытая  инфляция,  проявлявшаяся
прежде в товарных дефицитах, стала явной. Неэффективные рекомендации  МВФ  в
духе либерализма и монетаризма  без  учета  специфики  России  стимулировали
длительный спад производства и сильную инфляцию.
   С  1992  г.  инфляция  в  России  переросла  в   стагфляцию   (сочетание
экономического спада - стагнации - с инфляцией). Розничные  цены  выросли  в
1992 году в 26,1 раза, в 1993 году - 9,4 раза, 1994 году -  3,2  раза,  1995
году - 2,3 раза  в  условиях  снижения  ВВП,  промышленного  производства  и
инвестиций.
  Спад производства в России (в 1992 - 1996  годах)  почти  вдвое  превысил
рекорд мирового экономического кризиса 1923 -  1933  годов.  Доля  убыточных
предприятий в промышленности составила 50,1%  (на  1  сентября  1998  года),
строительстве  -  42,3%,  на  транспорте  59,2%.   Фактическое   банкротство
производственного   сектора   и   разбалансированность    экономики    стали
фундаментальным фактором инфляции, так как  снизилось  товарное  обеспечение
рубля.
   Новое явление в России - снижение темпа инфляции с 1996  года  до  конца
августа 1998 года (21,8% в 1996  году,  11%  в  1997  году).  Инфляция  была
подавлена,  но  огромный  инфляционный  потенциал  сохранился,  так  как  ее
воспроизводственные   факторы   не   были   преодолены.    Главный    дефект
антиинфляционной политики состоял в том, что  в  России  впервые  в  мировой
практике  была  применена  дефляция   -   сжатие   спроса   -   в   условиях
экономического спада путем невыплаты заработной платы, пенсий, пособий.  Тем
самым государство переложило свои  финансовые  трудности  на  население.  За
рубежом дефляционная  политика  обычно  проводится  в  условиях  «перегрева»
экономической  конъюнктуры,  и  ее  крайняя  мера   -   блокирование   роста
заработной  платы.  Дефляция  в  России  способствовала  резкому  обострению
социально экономических противоречий, которые  в  конечном  счете  усугубили
инфляционный процесс.
   Одной  из  причин  дефляционной  политики  явилось  возведение  в   ранг
официальной  догмы  либерализма  и  монетаристской   концепции   без   учета
трудностей перехода России к рыночной экономике и вопреки  опыту  зарубежных
стран.  Там  давно  отказались  от  безоглядного   либерализма   и   чистого
монетаризма  и  комбинируют  их  постулаты  с   рецептами   кейнсианства   о
необходимости государственного регулирования.
    Российские  реформаторы  опирались  на   прямолинейную   мо-нетаристскую
интерпретацию  зависимости  инфляции  лишь  от  избыточного  выпуска  денег,
бюджетного  дефицита  и  нестабильности  валютного  курса  и  преувеличивали
эффективность рыночного  регулирования  (рынок  якобы  лучше  проведет  свою
работу, чем государство).
   В  этой  связи  с  1994  г.  монетаристская  антиинфляционная   политика
осуществлялась тремя методами:
1) ограничение эмиссии денег Центральным банком РФ;
2)     сокращение        бюджетного    дефицита    путем     секвестирования
государственных
      расходов;
3) сдерживание колебания курса рубля по отношению к инвалютам путем
     установления их пределов и использования валютной интервенции.
   Но  оказалось,  что   монетаристскими   методами   невозможно   подавить
неденежные факторы инфляции, коренящиеся в  сфере  воспроизводства.  Поэтому
снижение  темпа  роста  цен  не  означало  достижение  реальной   финансовой
стабилизации,  поскольку  не  были  преодолены  бюджетный   кризис,   кризис
неплатежей, дуализм денежной системы, нестабильность банковской  системы,  а
главное — застой в экономике и инвестициях.
   Основанная  на   монетаристских   рецептах   антиинфляционная   политика
усугубила  экономический  спад,  разрушение  производственного  и   научного
потенциала, экспроприацию народа. В 1998 г. Россия заняла 72-е место  (среди
174  стран)  по  качеству  жизни,  которое  зависит  не  только  от  доходов
государства,  но  и  способов  перераспределения  национального   дохода   в
интересах большинства народа, а не привилегированной кучки.
   Для   сдерживания    инфляции    необходима    системная,    комплексная
антиинфляционная политика с учетом многофакторности инфляционного  процесса,
порождаемого  деформацией  воспроизводства  во  всех  сферах,  а  не  только
монетарными факторами.
     Цель предлагаемой антиинфляционной  модели  —  не  подавление  инфляции
любой   ценой,   а   управление   инфляционным   процессом   (рыночными    и
государственными методами) в интересах подъема национального производства  и
экономической  безопасности  народа.  Судя  по  мировому  опыту,   допустима
небольшая инфляция, если это увеличивает платежеспособный спрос и тем  самым
стимулирует экономический рост. Страны с цивилизованной рыночной  экономикой
научились регулировать  темп  инфляции.  Характерно,  что  к  числу  жестких
критериев вступления стран ЕС  в  зону  евро  с  января  1999  г.  относится
согласованный низкий уровень инфляции.
      Мировой   опыт   свидетельствует   о   необходимости   теоретического
обоснования антиинфляционной стратегии экономического роста.
   Анализ  взаимосвязи  и  взаимозависимости  основных  компонентов  закона
денежного обращения служит ключом  к  пониманию  инфляционного  механизма  и
разработке   методов   его   регулирования.   Однако    отсутствие    многих
статистических  данных  нередко  искажает  сведения  об   уровне   инфляции.
Общепринятый обобщающий показатель инфляции - рост цен на товары и услуги.
   Валютно-финансовый  кризис  1998  г.,  давший  толчок  инфляции,  доказал
неэффективность монетаристских методов подавления инфляции.
   Антиинфляционная  стратегия  экономического  роста   требует   проведения
поэтапных мер, направленных на регулирование инфляции. Необходимо  выстроить
«дерево целей» для сдерживания ее основных факторов.
   Общеэкономические меры:
   Во-первых, следует завершить начатые  реформы  (предприятий,  бюджетной,
налоговой, банковской систем и т. д.) в  целях  формирования  цивилизованных
рыночных отношений;
   Во-вторых, необходима смена целевой ориентации экономической политики  -
с подавления инфляции любой ценой на рост  ВВП.  Без  подъема  национального
производства  невозможно   реальное   оздоровление   финансовой,   денежной,
банковской систем. Основой этой программы должна  быть  научно  обоснованная
модель  управления  переходной  экономикой,  которая  стимулировала  бы   ее
стабилизацию, затем подъем производства  товаров  и  услуг,  которые  служат
обеспечением рубля.
   В-третьих, первоочередной антиинфляционной  мерой  является  преодоление
кризиса инвестиций путем оживления  инвестиционного  процесса,  концентрации
средств на приоритетных проектах.  Мировой  опыт  проектного  финансирования
свидетельствует о возможности максимального привлечения  капиталов  частного
сектора благодаря реальным гарантиям и  страхованию  инвестиционного  риска.
«Правительственная  комплексная  программа  стимулирования  отечественных  и
иностранных  инвестиций  в  экономику  России»  предусматривала  рост   доли
государственных инвестиций с 1,5% до 5% ВВП. Однако жесткий контроль  за  ее
выполнением  отсутствует.  Не  работает  почти  ни  одна   схема   поддержки
инвестиций и НТП. В такой поддержке нуждается и  малый  бизнес,  который  на
Западе  создает  50  -  55%  ВВП,  а  в  России  -  лишь  около   10%.   Для
стимулирования экономического роста необходимы как  государственные,  так  и
частные инвестиции.
        Важную роль в регулировании инвестиции призваны сыграть принятые  в
    конце 1998  г.  нормативно-законодательные  документы,  в  частности  по
лизинговым  операциям.  Должна  активизировать  деятельность   комиссия   по
инвестиционным   конкурсам,   рассматривающая    проекты    под    частичные
государственные гарантии (от 40 до 85%).
        Важно найти выход  из  «ловушки  ликвидности»  (Кейнс),  в  которой
оказалась Россия. Это проявляется в спаде инвестиций при наличии  сбережений
населения.   России   предстоит    разработать    компенсирующий    механизм
перераспределения инфляционных доходов в приоритетные отрасли, в  частности,
путем налогового регулирования.
         Потенциальным источником инвестиций остается репатриация  «беглых»
капиталов, переведенных из  России  за  рубеж  по  нелегальным  и  легальным
каналам. Для этого необходимы решительные меры.
   В-четвертых, традиционно  делается  ставка  на  привлечение  иностранных
инвестиций для экономического развития. Но Россия не может  рассчитывать  на
их крупный приток. Во-первых, в мире мало реально свободных  капиталов.  Во-
вторых, иностранный капитал  занял  выжидательную  позицию  по  отношению  к
России из боязни потерь  в  связи  с  недоверием  к  социально-экономической
обстановке. В-третьих, для  нашей  страны  наибольший  интерес  представляют
прямые  инвестиции  в  производство,  а  иностранный  капитал   предпочитает
портфельные инвестиции (80% иностранных инвестиций в первом  полугодии  1998
г.) в государственные и корпоративные ценные бумаги, что  привело  к  оттоку
инвестиций в ГКО-ОФЗ во время кризиса в России в августе 1998 г.
              Принятые после кризиса меры, направленные  на  восстановление
доверия     зарубежного бизнеса к России, могут стимулировать в  перспективе
привлечение прямых иностранных инвестиций, но в 1998 г. и 1999  г.  (оценка)
их ежегодный объем составил 3-4 млрд долл., или 63% к 1997  г.  Общий  объем
накопленных прямых инвестиций составил около 12 млрд. долл.  в  январе  1999
году.
   Сдерживание финансовых факторов инфляциидолжно осуществляться следующими
методами::
    1. Ключевое место в антиинфляционной  стратегии  занимает  оздоровление
бюджетов  всех  уровней  и   преодоление   специфических   форм   проявления
бюджетного кризиса в России:
   •   неисполнение   бюджета,   финансирование   в   произвольном   объеме;
позаимствованное из мировой практики секвестирование  (сокращение)  расходов
в  зависимости  от  реального  наступления   доходов   распространяется   на
незащищенные статьи бюджета (в том числе государственные инвестиции,  науку,
здравоохранение, образование) ради пожарных мер  (в  середине  1997  г.  для
погашения задолженности по пенсиям и зарплате);
   •  нецелевое  использование  бюджетных  средств  (например,  предвыборная
«черная касса»);
   •  финансирование  бюджетных  расходов  платежными  средствами  различной
ликвидности;
   • слабый контроль за исполнением госбюджета. Рыночная  экономика  требует
строгой  регламентации  бюджетного  процесса.   Поэтому   бюджетный   кодекс
необходим для законодательного регулирования бюджетных отношений.
   2. Проблемой остается  реальное  сокращение  бюджетного  дефицита,  хотя
формально за счет секвестирования он доведен до уровня (3,5% ВВП в 1997  г.,
3,2%  в  1998   г.),   приемлемого   Международным   валютным   фондом   для
предоставления очередного транша кредита России. Не менее важны  методы  его
покрытия без инфляционных последствий.
   С  1995  г.  до  валютно-финансового   кризиса   в   августе   1998   г.
господствовала официальная концепция покрытия бюджетного  дефицита  за  счет
эмиссии не денег, а государственных ценных бумаг,  размещаемых  на  рыночных
условиях среди резидентов и  нерезидентов.  В  России  впервые  появился  не
только внутренний, но и внешний долг по отношению к  иностранным  держателям
ГКО-ОФЗ.  Кризис   и   реструктуризация   ГКО-ОФЗ   привели   к   сокращению
возможностей рыночных заимствований.  В  результате  новации  ГКО-ОФЗ  объем
внутреннего государственного долга России уменьшился  почти  на  30%  с  750
млрд руб. на 17 августа 1998 г. до 550 млрд руб. к 1 мая 1999 г.  Почти  все
российские держатели этих ценных бумаг обменяли их на новые, которыми  можно
оплатить налоги. Однако 60% иностранных держателей  российского  внутреннего
долга пока отказываются от  участия  в  новации  и  требуют  лучших  условий
обмена   ГКО.   Чрезмерное   использование   государственных   заимствований
(внутренних  и  внешних)  для  финансирования  бюджетного  дефицита   всегда
становится инфляционным  фактором  при  отсутствии  реальных  источников  их
погашения. Поэтому необходимо не только устанавливать, но и соблюдать  лимит
государственного долга.
   В сложившейся ситуации в конце 1998 г. стал неизбежным возврат к эмиссии
денег   для   покрытия   бюджетного   дефицита,   которая   официально    не
практиковалась с 1995 г. по ноябрь 1998 г. В 1994  г.  кредиты  Центрального
банка РФ Министерству финансов РФ из 10% годовых  покрывали  50%  бюджетного
дефицита. Возобновление выпуска денег в порядке кредитования  государства  с
ноября 1998  г.  чревато  усилением  инфляции,  если  не  будет  соблюдаться
установленный лимит эмиссии и принцип возвратности этих кредитов.
   Неинфляционным источником сокращения бюджетного  дефицита  должны  стать
экономический рост, увеличение налогооблагаемой базы. По  новой  методологии
к источникам финансирования  бюджетного  дефицита  отнесены  поступления  от
реализации государственных запасов и имущества.
   3. Для сдерживания инфляции  необходима  научно  обоснованная  налоговая
политика, которая не должна парализовать бизнес и толкать  его  в  «теневую»
экономику. Налоговая политика в России должна ориентироваться не  только  на
фискальные цели, но и на регулирование развития экономики. Судя по  мировому
опыту, налоги играют двоякую роль  в  инфляционном  процессе  по  линии  его
усиления и сдерживания в зависимости от методов налоговой политики.  Сужение
налогооблагаемой суммы в условиях экономического  спада  дополняется  низкой
собираемостью налогов. В налоговой  системе  России  сочетаются  карательные
налоговые ставки и обилие лазеек, позволяющие не платить  налоги.  Уклонение
от  уплаты  налогов  связано  не   только   с   несовершенством   налогового
законодательства, но и с работой  налоговой  службы,  несмотря  на  создание
Временной чрезвычайной комиссии (ВЧК) и ужесточение контроля  за  сборщиками
налогов. В этой связи взятый с  конца  1998  г.  курс  на  перераспределение
налогового   бремени    необходимо    дополнить    эффективным    механизмом
ответственности налогоплательщиков.
    4.  Специфическим  для  России  направлением  антиинфляционной  политики
является  преодоление  кризиса  неплатежей  в  хозяйстве,   препятствующего
экономическому подъему. Сумма неплатежей  в  экономике  (1,5  трлн  руб.  в
октябре 1998 г.) в четыре раза превысила денежный агрегат  М3  (365,8  млрд
руб.), в 1999 г. (июнь) - в 2,6 раза, хотя неплатежи  составили  1,49  трлн
руб. (45% обязательств предприятий и организаций).
    В  этой  связи  актуальной  задачей  является  восстановление  платежно-
расчетной системы,  нормализация  денежных  расчетов,  ликвидация  взаимной
задолженности предприятий друг другу  и  бюджету.  При  помощи  государства
предстоит  урегулировать   задолженность   путем   проведения   клиринговых
многосторонних зачетов.
    Что касается предложения ввести «второй» рубль для безналичных расчетов,
то это увеличит число денежных суррогатов, подорвет принцип государственной
монополии на выпуск денег  и  создаст  источник  неконтролируемой  денежной
эмиссии  (например,  П.  И.  Родионов   («Газпром»)   предложил   выпустить
своеобразную параллельную валюту в форме товарных газовых облигаций).
    Регулирование денежных факторов инфляции следует производить  следующими
методами:
      1.  В  условиях  товарного  производства   все   хозяйственные   связи
опосредуются деньгами. Поэтому диспропорции  приобретают   форму,  хотя  их
причины  коренятся  в  процессе  общественного  воспроизводства.   В   этом
проявляется прямая и обратная связь инфляции с воспроизводством. Но было бы
ошибочно  отвергать  роль  денежных  факторов  в   ее   развитии.   Поэтому
антиинфляционная политика предусматривает  регулирование  эмиссии  денег  и
скорости их обращения.
   Однако  в  России  резкое  ограничение  денежной  эмиссии  по   рецептам
монетаристов  привело  к  сужению  официальной  денежной  массы.   Судя   по
коэффициенту  монетизации,  в  России  низкий  показатель  насыщенности  ВВП
рублевой массой: 12% - 19% (против  80  -  120%  на  Западе).  В  итоге  для
удовлетворения   потребностей   хозяйства   в   деньгах   появились   тысячи
неофициальных  эмиссионных  «центров»,   выпускающих   денежные   суррогаты,
которые обслуживают 70 - 80%  хозяйственного  оборота.  В  этом  проявляется
стихийная  реакция  рыночного  хозяйства  на  дефляционное  сжатие  денежной
эмиссии  в  условиях  нехватки  оборотных  средств  предприятий  и  огромных
неплатежей.
   Предстоит восстановить денежные отношения  субъектов  рыночной  эмиссии,
очистить денежный оборот от суррогатов с сомнительной юридической основой  и
рассчитывать  денежный   агрегат   М2   с   учетом   реальных   потребностей
хозяйственного оборота и прогноза экономического развития.
   В результате пересмотра макроэкономической  политики  с  конца  1998  г.
Центральный банк РФ взял курс на некоторое расширение  денежной  массы,  что
важно для повышения монетизации ВВП и ликвидности экономики.
   Судя по мировой практике, денежная эмиссия должна осуществляться по трем
каналам - кредитование государства,  хозяйства  и  под  прирост  официальных
золотовалютных резервов. Однако аргентинская модель «валютного  управления»,
поднятая  на  щит  некоторыми  российскими  экономистами  во  время  резкого
усиления инфляции под влиянием валютно-финансового кризиса  в  августе  1998
г., неприемлема в условиях России.  Во-первых,  нет  надежды  на  пополнение
резко сократившихся (до  10,8  млрд  долл.  в  марте  1999  г.)  официальных
золотовалютных резервов за счет  масштабного  западного  кредита  (на  10-20
млрд  долл).  Во-вторых,   эмиссия   денег   только   под   прирост   чистых
международных  резервов  без  учета  потребностей  реального  хозяйственного
оборота  в  соответствии  с   законом   денежного   обращения   приведет   к
дефляционному сжатию денежной массы в обращении.
   Характерное для кризисной ситуации повышение экономической  роли  золота
проявляется не только в  стремлении  увеличить  эмиссию  денег  под  прирост
официальных  золотых  резервов,  но  и  в  выпуске   в   1999   г.   золотых
сертификатов,  червонцев,  пятикопеечных  монет  по   6   г   583-й   пробы.
Следовательно, практика лишний раз подтвердила, что золото не просто  ценное
сырье,  а  валютный  металл,  используемый  для  государственной  и  частной
тезаврации. По некоторым оценкам, на руках у населения России  сосредоточено
7 т золота. За 1998 г. коммерческие банки продали 500 кг золотых слитков.
   Но это не дает основания для внеисторических проектов  восстановления  в
России золотого стандарта, ликвидированного в мире в 30-х годах XX  в.  Речь
идет о необходимости развития рынка золота, которое в качестве  альтернативы
доллару может привлечь сбережения населения в  условиях  подрыва  доверия  к
рублю и банковским вкладам.
   2. Не менее важно совершенствование структуры официальной денежной  массы
в обращении. В России велика доля наличных денег в денежной массе (30 -  40%
против 5 — 10% в развитых западных странах). Снижению потребности оборота  в
наличных  деньгах  будут  способствовать:   развитие   различных   платежных
карточек; совершенствование безналичных расчетов, выплата  заработной  платы
(где возможно) через банкоматы в надежных банках.
   3.  В  антиинфляционных  мерах  особое  место  принадлежит  регулированию
скорости обращения одноименной  денежной  единицы,  так  как  увеличение  ее
равносильно дополнительной эмиссии ^денег при прочих равных условиях.
   4. Чтобы взять инфляцию под контроль, необходима реальная  статистика  и
внедрение  экономико-математической  модели  денежного  обращения  в   ценах
анализа и прогнозирования многоплановых денежных потоков.
   Оздоровление банковской системы.  Важным  направлением  антиинфляционной
политики и  стратегии  экономического  роста  политики  является  санация  и
реструктуризация  банковской  системы,  основательно  подорванной   валютно-
финансовым кризисом. «Замораживание» 1/3  банковских  активов,  вложенных  в
ГКО-ОФЗ, парализовало с августа 1998 г.  деятельность  крупных  банков,  что
привело к кризису неплатежей в банковской сфере, вызвало натиск  вкладчиков,
изымавших свои  рублевые  и  валютные  средства  со  счетов.  Все  свободные
средства банков хлынули на валютный рынок. Оставшиеся  деньги  многие  банки
перевели на Запад, создали новые финансовые структуры. В итоге многие  банки
фактически оказались банкротами. Количество банков сократилось с 3  тыс.  до
1,4 тыс. в середине 1999 г. Причем парадокс заключается в выживании  средних
банков, у которых меньше спекулятивных амбиций и больше ответственности.
   Кризис банковской системы выявил ее узкие места:
   1)  деятельность  крупных  банков-трейдеров,  которые  бесконтрольно   и
      безответственно  осуществляли  спекулятивные  валютные   и   фондовые
      операции, разбазаривая средства вкладчиков;
   2)  недостаточно жесткий контроль Центрального банка РФ за коммерческими
      банками;
   3)  изъяны банковского законодательства (например, в отношении процедуры
      банкротства, эффективной работы Временной администрации,  арбитражных
      управляющих и др.).
   Для восстановления платежеспособности банков Центральный банк РФ  принял
меры. В их числе: проведение многостороннего клиринга за счет средств  фонда
обязательного резервирования; стабилизационные  кредиты,  которые  оказались
менее  эффективными,  чем  межбанковский  клиринг;  создание  Агентства   по
реструктуризации  банковской   системы   с   целью   ее   восстановления   и
стабилизации.
   Банковская  система  должна,  на  наш  взгляд,  включать   три   уровня:
центральный   банк,   коммерческие   банки;   специализированные   кредитно-
финансовые институты. Целесообразно повысить роль региональных банков.
   Требует особого внимания регулирование и контроль центрального банка над
деятельностью  банковской  системы  в  целях  ориентации  ее  на   кредитно-
расчетное обслуживание реального сектора экономики.
   Банкирам предстоит трудная  работа  по  возвращению  доверия  ограбленных
вкладчиков,  особенно  валютных.  Для  этого  необходимо  введение  реальной
гарантии вкладов с учетом мирового опыта.
      Регулирование цен и заработной платы - составная часть  многофакторной
антиинфляционной  стратегии.  Шоковая  либерализация  цен  в  1992  г.   под
влиянием требований МВФ раскрутила инфляционную спираль заработной  платы  и
цен. Предприятия-монополисты предпочитают повышать цены,  а  не  увеличивать
производство. Торговые посредники также взвинчивают цены.
    Практика России подтвердила, что рыночное регулирование цен недостаточно
 в условиях несовершенной конкуренции и однозначной зависимости динамики цен
 от курса рубля к доллару в связи с высокой долей импорта. Даже при снижении
 курса доллара к рублю цены не снижаются. В мировой практике  при  кризисной
 ситуации принято дополнять рыночное  регулирование  цен  государственным  в
 виде лимитирования их роста. Характерно, что в условиях валютно-финансового
 кризиса в отдельных регионах России были попытки ограничить в пределах 10 —
 20% рост цен во время паники на потребительском рынке (за август - сентябрь
 1998 г. цены выросли на 43,5%).
   Состояние  фондового  рынка  также  влияет  на   инфляционный   процесс.
Российский  рынок  ценных  бумаг  бурно  развивался  и   по   количественным
показателям приближался к статусу развитого  рынка.  По  итогам  1996  г.  и
первому полугодию 1997 г. он вышел на первое  место  в  мире  по  увеличению
курсовой стоимости корпоративных ценных бумаг.  Индекс  Российской  торговой
системы (РТС) повысился с 200 до 400 пунктов, за первое  полугодие  1997  г.
объем капитализации достиг 80  млрд  долл.,  а  торги  -  100  млн  долл.  в
отдельные дни (без сделок, заключенных вне РТС).
   Подобный  бум  на  фондовом  рынке  в  условиях  экономического   спада,
продолжающегося десятилетие, таил опасность  кризиса.  В  частности,  угрозу
представляла пирамида ГКО-ОФЗ, которая сравнялась с объемом денежной  массы.
Безусловно, рынок государственных ценных бумаг необходим, в  частности,  для
^покрытия бюджетного дефицита,  как  это  принято  в  мировой  практике.  Но
выплата высоких доходов по ним «съедала»  1/3  бюджетных  расходов  в  конце
1998 г. - начале 1999 г.  Чрезмерный  рост  сектора  государственных  ценных
бумаг  на  фондовом  рынке  ведет  к  инфляционным  последствиям,   подрывая
инвестиции, истощая кредитный рынок.
   Выход российских правительственных облигаций на мировой финансовый рынок
позволил привлечь инвалюту по более низким ставкам. Но  не  было  обеспечено
эффективное  использование  этих  валютных  заимствований  (не  для  латания
бюджетного дефицита). Отсутствие реальных источников их погашения  усугубили
кризис фондового рынка.
   Финансовый кризис, поразивший российский фондовый рынок в  августе  1998
г., парализовал его. Лишь с октября  постепенно  росли  торговые  обороты  и
ликвидность на этом рынке. Предстоит преодоление кризиса фондового  рынка  и
налаживание эффективного регулирования и контроля за его деятельностью.
   В комплексе мер по возрождению фондового  рынка  важное  место  занимает
слияние инвестиционных и банковских структур. Так, в результате  объединения
инвестиционно-банковской  группы  «НИКойл»  и  компании  «РИНАКО  Плюс»  эта
группа стала контролировать 20% рынка ценных бумаг в  первом  квартале  1999
г. Перспективным инструментом привлечения российских  инвесторов  становятся
корпоративные ценные бумаги.
   Для регулирования инфляционного процесса необходимо нейтрализовать и его
внешние факторы. Поспешная отмена  монополии  внешней  торговли  и  валютной
монополии, интеграция России в мировую экономику -  все  это  открыло  шлюзы
внешних  факторов  инфляции,  которые  переплелись  с  внутренними.   Индекс
открытости экономики России с учетом неорганизованной торговли выше,  чем  в
США и Японии, и отражает уязвимость  и  зависимость  России  от  конъюнктуры
мировых рынков.
   Снижение курса рубля к доллару  стало  активным  фактором  инфляционного
роста цен, так как импортные  товары  составляют  половину  потребительского
рынка в  России.  Механизм  «импортируемой»  инфляции  проявляется  также  в
повышенном спросе на  доллары  и  другие  инвалюты.  С  введением  частичной
конвертируемости рубля  и  расширением  валютных  прав  юридические  лица  и
граждане активно покупают доллары на рубли. Практически  это  означает,  что
Россия кредитует США,  которые  регулярно  экспортируют  доллары  для  наших
банков. Примерно 20% денежных доходов вложено в инвалюту в июле 1998 г.
   Долларизация экономики России неизбежна при  кризисной  ситуации,  когда
рубль плохо  выполняет  свои  функции.  Поэтому  призыв  запретить  хождение
доллара  утопичен  и  чреват  появлением  «черного»  валютного   рынка.   Но
целесообразно и возможно ограничить функции доллара.
   Вместо фиксации цен в условных единицах  надо  применять  цивилизованные
методы страхования инфляционного и  валютного  риска.  Повышенный  спрос  на
доллары периодически принимает форму спекулятивной игры на  повышение  курса
доллара и снижение курса рубля,  порождая  валютный  кризис  (типа  «черного
вторника» 11 октября 1994 г., в августе 1998 г.).
   Для сдерживания «импортируемой» инфляции Центральный банк РФ с лета 1995
г. ввел пределы  колебаний  валютного  курса  с  учетом  мирового  опыта,  в
частности ЕС.  Переход  от  горизонтального  к  наклонному  (более  плавному
изменению)   валютному   коридору,   совершенствование   порядка   котировки
официального  курса  рубля  ЦБ  РФ  вне   связи   с   фиксингом   Московской
межбанковской валютной биржи служили антиинфляционным якорем.
   Под влиянием кризиса 1998 г. средний курс доллара к рублю (5,94  руб.  в
декабре 1997 г., 15,93 руб. в октябре 1998 г., 26 руб. в сентябре  1999  г.)
вышел за рамки валютного коридора, который фактически уступил  место  режиму
свободно плавающего валютного курса. Предложения ввести  фиксированный  курс
рубля  противоречат  условиям  рыночной  экономики.   В   мировой   практике
преобладает регулируемое плавание валютного курса. Учитывая опыт ЕС,  где  в
условиях кризиса Европейской  валютной  системы  пределы  взаимных  курсовых
колебаний летом 1993 г. были расширены с ±2,25  до  ±15%,  целесообразно  по
мере  достижения  валютной  стабилизации  восстановить  валютный  коридор  с
большей  амплитудой   колебаний   курса   рубля,   что   позволит   ослабить
инфляционные ожидания.
   Таким  образом,  составной  частью  антиинфляционной  политики  является
регулирование валютного рынка и стабилизация курса рубля.
   Инфляционным фактором является не только внутреннее «бегство» от рубля к
доллару, но и  внешнее  «бегство»  российского  капитала  за  рубеж  (оценки
колеблются от 60 млрд до 300 млрд долл. и выше), что характерно  для  стран,
переживающих  экономические  и  политические  трудности.  Тем  самым  Россия
лишается одного из источников  инвестиций,  необходимых  для  экономического
роста  и  сдерживания   инфляции.   Необходима   государственная   программа
сдерживания «бегства» капиталов  и  их  частичной  репатриации.  Она  должна
включать меры против:
   а) отмывания «грязных»  денег,  связанных  с  противоправными  действиями
юридических лиц и внедрением их в легальные финансовые потоки;
   б)  нелегального  «бегства»  капитала  (оставление   за   рубежом   части
экспортной выручки, контрабанда,  упущенная  выгода  на  бартерных  сделках,
авансовые платежи  по  фиктивным  импортным  сделкам,  уклонение  от  уплаты
налогов в инвалюте и т. д.);
   в) «бегства» капитала по легальным каналам, что не всегда принимается  во
внимание. Речь идет о чрезмерном увеличении  зарубежных  активов  российских
банков; завышении счетов  «Но-стро»  в  иностранных  банках-корреспондентах;
авансовых платежах по импорту, приобретении недвижимости за рубежом.
   Западные кредиторы, опасаясь  дефолта,  угрожают  арестовать  банковские
счета, на которых хранятся «беглые» капиталы российских должников -  банков,
фирм. Настало время разработки программы их  репатриации  для  инвестиций  в
экономику России, в частности, в форме совместных предприятий.
   Для сдерживания внешних факторов инфляции необходимо  более  эффективное
регулирование    внешнеэкономической     деятельности,     совершенствование
экспортного и валютного контроля, меры против «долларизации» экономики.
   Регулирование внешних  факторов  инфляции  требует  разработки  валютной
стратегии,  стратегии  внешних  заимствований.  В  России  пока  преобладают
пожарные  меры  текущей  политики.  В  частности,  целесообразно  установить
минимум золотовалютных  резервов,  чтобы  противостоять  кризисам,  присущим
рыночной  экономике,  тем  более  в  условиях  так  называемого  догоняющего
развития. Даже в США установлен  стратегический  минимум  золотых  резервов,
несмотря на официальную концепцию «доллар лучше  золота».  В  России  золото
валютные резервы (сократились на 31,3% за 1998  г.  до  12,5  млрд  долл.  в
конце 1998 г. и 10,8 млрд в марте 1999 г.) ниже международного стандарта  их
достаточности,  определяемой  в  размере  трехмесячного  импорта.  К   этому
критерию следовало бы добавить  и  предстоящие  платежи  по  внешнему  долгу
(около 18 млрд долл. в 1999 г.).  Наиболее  реальным  источником  пополнения
золотых  резервов  России  представляется  скупка  золота   государством   у
производителей.
   В  антиинфляционной  стратегии  особого  внимания  заслуживает  проблема
урегулирования  сложной  ситуации  вокруг  кредитного  пакета  международных
финансовых  институтов  (Международный  валютный   фонд.   Всемирный   банк.
Европейский банк реконструкции и развития и др.) для  России.  Установленная
этими организациями высокая планка ограничений и условий  для  заимствования
средств  Россией  снижает  возможности  использования  данного  фактора  для
оздоровления денежного обращения и экономики в целом.
   К тому же подавление инфляции за счет иностранных кредитов, используемых
в  основном  для  финансирования  бюджетного   дефицита,   не   обеспечивает
оздоровления экономики.
   Разработка   эффективного   законодательства.   Отсутствие   действенных
законов,   регламентирующих   функционирование   взаимосвязанных    секторов
рыночной экономики и ответственность экономических субъектов  рынка  -  одна
из причин дестабилизации экономики и  инфляции  в  России.  Принятые  законы
обеспечивают  лишь  половину  потребности  рыночной  экономики  в  них.  Для
нормализации предпринимательской деятельности необходим механизм  реализации
законов,  контроль  за  их   исполнением.   Законодательство   должно   быть
рационально,   устойчиво,   непротиворечиво    и    вызывать    доверие    у
предпринимателей и населения.
   Восстановление  доверия  к  рублю.  Известна  истина,  что   доверие   к
правительству,   которое   выпускает   деньги,   способствует   устойчивости
денежного  обращения.  Для  восстановления  доверия   к   рублю   необходимо
преодолеть кризис государственности, упрочить достигнутую в  конце  1998  г.
политическую стабильность в стране. Не менее важно повысить  профессионализм
управленческих структур, сотрудники которых недостаточно  знают  современные
методы управления рыночной экономикой и инфляцией с учетом  мирового  опыта.
Например, в отличие от России в мировой практике  при  инфляции  не  принято
официально объявлять о предстоящем повышении цен, курса  доллара,  изменений
в денежной системе, так как это усиливает недоверие и «бегство» от  рубля  к
инвалюте.
   Для успеха антиинфляционной программы важно также заручиться  поддержкой
средств массовой информации.
    Любая стабилизационная программа обречена на провал, если власть  не  в
состоянии противостоять «теневой» экономике, которая  контролирует  примерно
половину ВВП.  Огромный  ущерб  стране  наносит  крупномасштабное  «бегство»
капитала; неуплата  налогов,  таможенных  пошлин;  проникновение  преступных
группировок в банковскую систему с целью превращения ее  в  «прачечную»  для
отмывания «грязных»  денег;  присвоение  ими  приватизированного  имущества,
сращивание с легальным бизнесом и властными структурами.
   Переход астрономических сумм под контроль «теневой»  экономики  -  мафии
подрывает основы государственности и усилия по  формированию  цивилизованной
рыночной экономики.
    Лавирование  между  Сциллой  инфляции  и  Харибдой  дефляции   вызывает
негативные последствия, усугубляя экономический спад, безработицу,  снижение
жизненного уровня населения.  Как  свидетельствует  мировой  опыт,  инфляция
может  быть  контролируемым  и  регулируемым  процессом.   Важно   признание
необходимости  государственного  регулирования  экономики  в  дополнение   к
рыночным регуляторам.
   Известно, что монетаризм, утверждающий,  будто  рынок  лучше  осуществит
экономическое регулирование, чем государство, потерпел  фиаско  и  в  чистом
виде ни в одной стране (кроме России до последнего времени)  не  возведен  в
ранг  официальной  доктрины.  Во  всем  мире  его  постулаты  сочетаются   с
кейнсианскими рецептами государственного вмешательства в экономику.
   В России в период  перехода  к  рыночной  экономике  до  конца  1998  г.
преобладала  поляризация  двух  направлений:  либо  безоглядный   либерализм
(пусть рынок сам регулирует),  либо  кейнсианские  рецепты  государственного
регулирования  экономики.  Некоторые  необоснованно  предсказывают  конфликт
этих двух подходов в деятельности Правительства.
   Между тем односторонняя ставка на саморегулирующиеся  рыночные  силы  (в
трудных условиях шокового  перехода  к  рынку  способствовала  десятилетнему
экономическому спаду в экономике, оставшейся без  надзора  и  регулирования.
Наметившийся с  конца  1998  г.  поворот  к  государственному  регулированию
экономики (экономическими, а не административными методами)  в  сочетании  с
рыночными регулирующими механизмами вселяет надежду, что инфляция  в  России
будет поставлена под контроль в целях  стимулирования  подъема  национальной
экономики.



                                 ЗАКЛЮЧЕНИЕ

     Преодоление инфляции остается  одной  из  главных  задач  антикризисной
стратегии в  Российской  Федерации.  При  ее  решении  необходимо  учитывать
причины и последствия  инфляции,  кто  при  этом  несет  основные  тяготы  и
потери,  а  также   влияние   разрабатываемых   мер   на   другие   элементы
антикризисной стратегии, прежде всего на производство и занятость.
     Уменьшение темпов инфляции до относительно безопасного  уровня  (15-20%
в год или 1-2% в месяц)  в  2000-2001  годах  без  значительного  сокращения
производства и, главное,  без  падения  жизненного  уровня  населения  стало
возможным  лишь  при  повышении  эффективности   производства   и   качества
управления.
     В дальнейшем целями антиинфляционной политики должны стать:
    - предсказуемость динамики инфляции (что в принципе  уже  достигнуто  на
      современном этапе);
    - создание институциональных и  финансовых  предпосылок  для  сокращения
      инфляционного   потенциала:   в   частности    необходимо    разорвать
      инфляционную спираль «удорожание затрат –  повышение  цен»  –  в  этом
      активную роль должно сыграть государство;
    - на нынешнем этапе развития требуется особое усиление  антиинфляционных
      действий для того, чтобы удержаться на траектории плавного  сокращения
      инфляции. Для решения этой  задачи  необходимо  осуществлять  комплекс
      мер, направленных на  сдерживание  и  регулирование  трех  компонентов
      инфляции: спроса, издержек и ожиданий;
    - целесообразно было бы ввести ограничительные меры, направленные против
      роста цен в отраслях-монополистах, особенно на современном этапе;
    - важно ограничить уровень дефицита бюджета. Наращивание государственных
      инвестиций должно происходить параллельно с расширением доходной  базы
      бюджета (прежде всего  за  счет  повышения  собираемости  налогов,  от
      внешнеэкономической деятельности);
    -  важно  ограничить  долю  доходов   посредников   в   конечных   ценах
      потребительских товаров;
    - необходимо поддерживать процентные  ставки  на  уровне,  незначительно
      превышающем темпы инфляции, при этом стимулировать их дифференциацию с
      целью замедления оборота денежной массы;
    - для связывания денежных доходов населения и сокращения  доли  наличных
      денег  в  совокупной  денежной  массе  необходимо  расширять   систему
      государственных  ценных  бумаг  для   населения   и   государственного
      страхования  депозитов  физических  лиц.   Следует   принимать   меры,
      ограничивающие наличную  денежную  массу  в  обороте  юридических  лиц
      (прежде всего торгово-посреднических фирм);
    - с целью регулирования доходов важно  усилить  контроль  за  отнесением
      оплаты труда на себестоимость продукции, блокировать сокрытие доходов,
      перечисление заработной платы на депозиты и выплату ее в валюте;
    - для борьбы  с  сезонными  всплесками  инфляции  следует  стимулировать
      фьючерсную    торговлю    сезонными    товарами,    в    том     числе
      сельскохозяйственной продукцией и топливом;
         Снижение  инфляции  до   социально   безопасного   уровня   требует
   постоянного радикального сокращения инфляционного  потенциала  экономики,
   изменения  ценовых  пропорций,  структурных  сдвигов  в  пользу  отраслей
   инвестиционного  и  потребительского  комплексов.  Стабилизация  динамики
   производства и инвестиций делает возможным  (и  целесообразным)  усиление
   дефляционной монетарной политики, ориентированной на  реальный  сектор  и
   повышение качества жизни населения. [7; с. –33]



                      СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

   1. Баликоев В.З. Общая экономическая теория. – Новосибирск: ЮКЭА, 1998. –
      528с.
   2. Барр Р. Политическая экономия. В 2-х т. – М.: Международные отношения,
      1994. – т.2. – 752с.
   3. Булатов А.С. Экономика. – М.: Юристъ, 1999. – 896с.
   4. Видяпин В.И. Экономическая  теория  (политэкономия).  –  М.:  ИНФРА-М,
      1999. – 560с.
   5. Герасименко В.В. Теория переходной экономики: микроэкономика. В 2-х т.
      – М.: ТЕИС, 1997. – т.1. – 317с.
   6. Жуков Е.Ф. Общая теория денег и кредита. – М.: Банки и биржи, 1995.  –
      304с.
   7. Красавина Л.Н. Инфляция и антиинфляционная политика в  России.  –  М.:
      Финансы и статистика, 2000. – 256с.
   8. Лившиц А.Я., Никулина И.Н. Введение в рыночную экономику. – М.: Высшая
      школа, 1994. – 447с.
   9. Макконелл К.Р., Брю С. Л. Экономикс. В 2-х т. – М.: Республика,  1995.
      – т.1. – 400с.
  10. Мэнкью Г.Н.  Макроэкономика. – М.: МГУ, 1994. – 736с.
  11. Мэнкью Г.Н.  Принципы экономикс. – СПб.: Питер, 2000. – 496с.
  12. Соколова О.В. Финансы, деньги, кредит. – М.: Юристъ, 2000. – 783с.
  13. Хейне П. Экономический образ мышления. – М.: Новости, 1991. – 704с.
  14. Белоусов Р., Белоусов А., Белоусов  Д.  Инфляция:  факторы,  механизм,
      стратегия преодоления // ж. Экономист. – 1996. - №4. – с. 40-46
  15. Волков В.Н. Российская экономика в 2000 году // ж. Деньги и кредит.  –
      2001. - №2. – с. 3-12
  16. Волков В.Н. Экономика России в  1996  году:  предварительные  итоги  и
      оценки // ж. Деньги и кредит. – 1996. - №11. – с. 3-10
  17.  Динкевич  А.И.,   Игнацкая   М.А.   Первая   половина   90-х:   уроки
      экономического кризиса в России // ж. Деньги и кредит. – 1996. - №4. –
      с. 23-30
  18.  Красавина  Л.Н.  Регулирование  инфляции  как  фактор   экономической
      стабильности // ж. Финансы. – 2000. - №4. – с. 36-39
  19. Красавина Л.Н., Баранова Е.П.  Комплексная  антиинфляционная  политика
      как составная часть стратегии экономического роста  //  ж.  Банковское
      дело. – 1999. –  с. 14-20
  20. Марьясин М.Ш. Развитие инфляционных процессов в 1 полугодии 2001  года
      // ж. Банковское дело. – 2001. - №8. – с. 7-13
  21. Марьясин М.Ш. Инфляция в 2000 году // ж. Банковское дело.  –  2001.  -
      №3. – с. 16-18
  22. Основные тенденции российской экономики в первом полугодии  2001  году
      // ж. Деньги и кредит. – 2001. - №8. – с. 7-13
  23. Пашковский В.П. Предпосылки и  последствия  инфляционных  процессов  в
      России // ж. Общество и экономика. – 2000. - №1. – с. 106-120
  24. Плышевский Б.П. Инфляция в российской экономики // ж. Финансы. – 1997.
      - №4. – с. 58-61
  25.  Реук  Д.В.  Инфляция:  опыт  Израиля  //   ж.   Вестник   московского
      университета (экономика). – 1996. - №3. – с. 61-68





смотреть на рефераты похожие на "Анализ антиинфляционной политики в РФ на современном этапе с учетом зарубежного опыта"